Я всё пыталась что-то сказать, но никак не могла справиться с рыданиями. Счастье обладания кружило голову, а прошлое было болезненно-горьким, как и слёзы, бегущие по щекам. Он был рядом – настоящий, живой, тёплый. Не такой, как раньше, но всё равно родной и любимый! И, если мне предстояло погибнуть рядом с мужем – я была готова к этому. Прошло ещё несколько минут – и погода совсем испортилась, превращая небо в один сплошной чёрный ком. Капитан повёл меня прочь от посадочной площадки, обняв за плечо. Глаза его сделались строгими, и стало особенно хорошо заметно, как он устал.
– Как ты смогла вернуться?
– Я не рискую своим здоровьем, – поспешно сказала я. – У меня теперь вовсе нет импланта, но он и не нужен. Это всё мармуты – те, которых мы считали похитителями. На самом деле они никакие не работорговцы… Очень долго рассказывать. Сначала я отправилась на Триану, и там бы и осталась, если бы не Эуар...
– Что?
– Это он меня привёз. Мы улетали на какой-то колымаге только вдвоём…
– Не может такого быть!
Но генерал уже показался в нескольких шагах от нас, и Юалд долго изучал брата, всё больше мрачнея. Эуар тоже хмурился, напряжённо сцепив на груди руки, как вдруг шагнул навстречу, откашлялся… Юалд первым протянул ему руку, и пожатие их ощущалось крепким даже на расстоянии. А потом, неожиданно, старший рванул к себе младшего и обнял.
– Прости меня, Юалд, – тихо, но так, что я услышала, сказал он.
– И ты прости, Эуар.
Я поспешно утёрлась, жалея, что не могу оставить их наедине. Мне одновременно хотелось отпустить братьев, и – не делиться Юалдом, прижаться к нему также крепко и больно, как несколько минут назад.
– Надвигается буря, – сказал капитан. – Быстро, идёмте на корабль!
Он взял меня за руку и потянул за собой, и я сразу отметила, что хватка у Юалда стала жёстче.
– Заблокируй проход, – приказал он системе, когда мы, уже под градом размером с черешни, забежали на борт. – Пойдёмте в кают-компанию… Нет, лучше сначала умойтесь. Эуар, можешь занять каюту Лиандра. Лера, у тебя только этот рюкзак?
– Да.
Мужчина забрал его и понёс сам.
– Подожди, почему второго капитана нет на месте? Где вообще экипаж? – спросил Эуар по дороге к каютам.
– Налли в больничном отсеке, Диам, полагаю, в роще. Тьёрр постоянно в саду.
– И всё? – нахмурился Эуар. – Это все оставшиеся?
– Когда начали появляться эти странные аномалии, я отослал большую часть экипажа. Только мы четверо остались, ещё Норси пыталась, но я убедил её, что на Триане она будет нужнее.
– А что Лиандр?
– Он исчез первым. Я искал везде, и продолжаю искать, но пока что безрезультатно.
Он занёс мой рюкзак в спальню, которая приобрела унылый вид, и кивнул на душевую:
– Вода есть.
Я сглотнула. Юалд был сам на себя не похож, и дело было не только в его посеребревших глазах. Он иначе разговаривал, иначе смотрел. Внутри него произошли серьёзные перемены чувств и энергий, и мне хотелось хотя бы чуть-чуть помочь теплом. Поэтому я принимала душ две минуты, и, даже не помыв голову, выскочила в спальню.
Но Юалда в комнате не оказалось. Он сидел за столом в гостиной и просматривал что-то на экране. Поднялся, отодвинул для меня стул… Я постаралась не упасть на сиденье слишком поспешно, чувствуя, как дрожат колени.
– Итак, Лера, что ты можешь мне рассказать?
Я сглотнула.
– Всё самое важное без воды.
Губы его дрогнули.
– Отлично. Стоит ли ждать Эуара, или он уже в курсе всех новостей?
– Нет. Я лишь сказала, что мне нужна помощь, пообещав открыть правду после.
– И он согласился? Хм. Люди и правда сильно меняются.
Я не выдержала и протянула руку, легонько коснувшись его пальцев, но Юалд как будто не ощутил прикосновения.
– Прости, – пробормотал он, без прежней мягкости сжимая мои пальцы в ответ. – Для того, чтобы справиться с перепадами аномалий, погодными условиями, и прочей чертовщиной, я был вынужден пойти на решительные меры. Я не мог думать о тебе всё время. То есть – не должен был. Поэтому принимал особые препараты, которые блокируют эмоции, и чувственность в том числе. – Он без улыбки взглянул на меня. – Теперь уже я не ощущаю тебя как прежде, Лера. Я вообще ничего не чувствую – ни боли, ни страха.
Я сглотнула. Он не сказал «ни любви», значит, Юалд, которого я знала, просто потерялся во тьме, и мог найти дорогу домой.
– Это можно исправить?
– Не знаю. Я был уверен, что мы расстались навсегда, и не обдумывал варианты возвращения себя прежнего.