Я поняла это как приказ, и попрощалась с ним. Мысль о том, что Юалд ранен, не давала покоя, но я была уверена, что Норси справится. Да и прибежать в медблок, испуганно тараща глаза, было дурной затеей, хотя я жаждала поступить именно так.
Пришлось пообедать в кают-компании в обществе Камиэль, пытаясь разузнать у неё обо всём, что приключилось на планете после моего внезапного обморока, и, не получив никаких конкретных сведений, покорно отправиться в свою каюту. Правда, надолго я там не задержалась – пошла в сад наблюдать, как роботы ухаживают за растениями.
Я старалась думать о том, что видела во сне, и о колонистах, которых спасли, но мысли то и дело возвращались к Юалду. Я вспоминала его взгляды, силу голоса и крепость рук, и понимала, что уже не смогу побороть эти мысли. Слишком велико оказалось искушение допустить радость, тем более после всего, что было, и того, что предстояло. Наверное, мне следовало в первую очередь успокоиться, но разве я могла? К счастью, выпал шанс хоть чем-то занять руки: один из роботов делал всё как-то нерасторопно – возможно, был плохо настроен, и я взялась помогать ему, благо что часто трудилась с бабушкой на даче. Участок у нас был большой, соток тридцать как минимум, и работы всегда хватало.
Мне нравилось возиться в земле, нравились природные запахи. Если закрыть глаза, можно было даже представить, что я дома… Вот только хотелось ли мне домой? Я вдруг почувствовала себя предательницей, и покраснела, охлаждая пыл мечты. Грезить можно было дома у окна, но только не на космическом корабле, где в ограниченном пространстве чувства могли устроить взрыв.
– В следующий раз возьму тебя на миссию специалистом по саду, – сказал знакомый голос, и я, не думая о последствиях, вскочила и крепко обняла Юалда. Правда, почти сразу отступила, не успев ухватиться за его теплоту и прочность.
– Прости. – Голос дрожал. – Я просто переживала. Как ты? Нигде не болит?
– В порядке, – отозвался он. Протянул мне руку, и я крепко сжала его пальцы. – Всего лишь несколько царапин. У тебя пульс участился.
– Говорю же – волновалась!
– И зря. Я за тебя волновался больше.
Я мотнула головой.
– Подумаешь, кровь пошла! Я просто перенервничала, никогда ведь не была в такой ситуации! Кто такие эти резаки?
– По-вашему говоря – космические пираты. Гюрз – большая неспокойная планета, контролировать все её области не в силах ни одна раса Содружества. Я поражаюсь другому, – нахмурился он, то ли специально, то ли неосознанно поглаживая кончиками пальцев мою руку, – зачем люди избирают для новой жизни именно такое место? Есть множество других планет, не интересных пиратам, пусть и небогатых ископаемыми, но зато свободных от грабежа и насилия! А жалеть начинают, только когда поздно что-либо менять. – Он прошёлся взглядом по моему лицу. – Прежде у тебя кровотечения бывали?
– Не припомню. И, знаешь, я странный сон видела…
– Какой?
Я рассказала, и Юалд озабоченно нахмурился.
– Вот и ещё один урок: никогда не касайся арша. Полагаю, ты погрузилась в память Ассы. Такое время от времени будет происходить, ничего не поделаешь. Хотя, возможно, мы и с этим что-нибудь придумаем.
Теперь уже я сжала его руку.
– Спасибо. Надеюсь, я не слишком мешала остальным.
– Ты никому здесь не мешаешь, – сказал мужчина строго. – И, пожалуйста, не молчи о своём состоянии. Если вдруг что-то странное почувствуешь – сразу говори мне.
Я кивнула.
– Скажу. Как спасённые?
– Жить будут. Им повезло не оказаться в погребах работорговцев.
Я сглотнула, вспоминая корабль мармутов и созданий с перерезанными шеями.
– Мне жаль.
– И мне. Особенно потому, что выбирать нужно без алчности, а это немногие умеют делать.
– А если бы тебе пришлось покинуть Триану, какой бы мир ты избрал?
– Одну из планет Туманности Сердца, – с улыбкой сказал мужчина. – Эгриду, или Сопхе, или какую-то малоизученную.
– То есть любая раса может высадиться на любую планету и присвоить её себе?
– Нет. У нас чёткое разделение территорий. У каждого свои области для изучения, и мы стараемся не пересекаться с другими расами. Но, как ты понимаешь, инциденты всё же случаются. Чем дальше от второго кольца, тем больше неожиданного и опасного. Ещё поэтому людям важно быть сильными.