Аксель внимательно посмотрел на неё, затем кивнул.
– Хорошо, вам слово.
Девушка элегантно прокашлялась в кулак, выпрямилась на стуле и опустила блокнот на столешницу.
– Итак, Первый. Обладает он пси-способностями, или нет, но тот мир был порождён его разумом. Причём старт этому Творению дали сильные негативные эмоции, пережитые в реальности – в частности, отчаяние, которое воплотилось в самого сильного из монстров Первого, – она остановилась и посмотрела в глаза Акселю. – Правильно?
– Да, – коротко ответил парень.
– Отчаяние поразило ту часть личности создателя, которую олицетворял Умник, но Первый проявил характер и… как бы, спас его. Другая часть личности, которую, выходит, олицетворяли вы, помогла Первому бороться с Отчаянием. Но у него не получилось спасти вас, и под влиянием тёмной энергии монстра вы стали тем, что было названо Киллером.
Афина перевела дыхание.
– Если я правильно поняла, Умник, как одно из первых воплощений личности создателя, был наделён большой силой. Но он не смог ею воспользоваться в помощь Первому, чем невольно вызвал всеобщую амнезию и раскидал всех участников событий по разным концам новорождённого мира. А потом, в порыве вины, Умник лишил себя силы и разделил её.
Она вновь вопросительно посмотрела на Акселя. Он кивнул в ответ.
– После спасения Умника, монстр Отчаяние едва не поглотил Первого, и тот, чтобы спастись, отделил от себя часть… скажем так, души, которую отдал в жертву чудовищу, благодаря чему спасся, но стал неполноценным. А затем начались события вашего рассказа. Выходит, что Первый должен был встретиться со своим самым сильным монстром – Отчаянием, освободить из его плена часть себя, собрав воедино своё «я», и победить. Но чтобы сделать это, ему пришлось пройти путь самопознания и преодолеть все свои комплексы и сомнения, – Афина вздохнула и спросила, – Я ничего не перепутала?
– Нет, – мотнул головой Аксель. – Вы правы. Что-нибудь ещё?
– Если я правильно поняла, то каждое чудовище олицетворяло собой слабости и тёмные стороны Первого. Чёрный монстр – отчаяние, пауки – страх, визжащее нечто в метро – уныние, химера в пещере – гнев, металлические чудовища – боль. Ах да, ещё же была забавная дамочка в вагоне. Полагаю, это был стыд, иного в голову не приходит. Соответственно, так называемые «добрушки», наоборот, были воплощением позитивных и добрых мыслей.
– Всё верно.
– В итоге приходим к выводу, что всё рассказанное вами произошло не за каким-то барьером и не в параллельном мире, а, если можно так выразиться, в голове Первого.
– Да.
Афина приложила левую руку ко лбу, а в правую взяла ручку и тихонько постучала ею по корочке блокнота. Она немного помолчала, после чего с неуверенностью произнесла:
– Всё это рассказал Умник. И Первый ему поверил?
Аксель обратил внимание, что первоначальный восторг девушки в какой-то момент резко сошёл на нет.
И это странно – она не ошиблась ни в чём, с точностью собрав крупный пазл из, казалось бы, невоспроизводимых фактов. Парень даже был близок к тому, чтобы отметить навыки собеседницы, что для него ещё более несвойственно, чем разглядывать её прелести.
И всё же, Афина выглядит если не расстроенной, то, как минимум, разочарованной. Может, из-за того, что на волне возбуждения ненароком упомянула термин «пси-способности»? Ранее она упорно избегала этого обозначения, используя вариант «уникальные способности» и тому подобное.
– На самом деле, Умник рассказал вдвое меньше вашего, – беспристрастно объяснил Аксель. – Поначалу Первый возмущался и отказывался верить. Ему не нравилось думать, что все героические свершения тех, кто погиб из-за него – лишь потуги его собственного сознания помочь самому себе. Но Умник был на удивление убедителен, хоть и не особо настаивал на своём.
Парень опустил слегка нахмуренный взгляд на стакан с водой и продолжил:
– Даже я в тот момент поймал себя на мысли, что верю каждому его слову. Первый принял эти объяснения и даже сам додумал их до той схемы, которую озвучили вы. Либо Умник – идеальный лжец, либо он заставил создателя иллюзорного мира осознать правду.
Афина сдержанно улыбнулась. Аксель заметил тщательно скрываемую иронию.
– А как же он обозначил людей в том мире? – спросила девушка, положив ручку на стол и посмотрев на собеседника. – Я уже поняла, что это части личности Первого, которые были призваны помочь ему, а их внешность взята с тех, кого он знает в реальности. Но учитывая некоторые… логические нестыковки, не осмелюсь строить догадки.
Аксель поднял руку и начал перечислять участников истории, загибая на каждом по пальцу.