Воплощение всего самого страшного и жестокого, что есть в этом месте. Могучая беспощадная тварь. Оно охотится за Первым, оно везде отыщет его, даже во снах. Это не закончится, пока они не сразятся. Пока не останется один.
«Вот именно. Драться. Не трястись, не реветь. Бить изо всех сил!»
Руки сжались в кулаки. Да, больше он не жертва. Даже если и проиграет, то уже не так страшно. Страшнее ощущать себя беспомощным, неспособным даже огрызнуться.
– В атаку! – прогремел боевой клич Деда.
Пушистые солдаты бросились в бой. Несколько зверьков прыгнули на чудовище. Они облепили его тело, но сразу же почернели и безжизненными комками рухнули наземь, где рассыпались, подобно пеплу.
– Ну ты, чепушило! – вскрикнул Дед, выхватывая револьвер и направляя его на тварь.
Прогремело шесть быстрых выстрелов.
Монстр дёрнулся и остановился, переведя немигающий безумный взгляд на обидчика. Следы от снарядов на теле твари постепенно затянулись. Чудовище издало грозный гул, в котором чётко послышалось обещание разорвать назойливого человечишку на части.
Первый оглянулся и увидел, что Огонёк спрятался за угол здания.
– Дед! – крикнул юноша перезаряжающему оружие старику. – Отойдите, я сам.
Военный взглянул с протестом, но встретившись с решительным взглядом голубых глаз, нехотя кивнул и отступил.
Первый шагнул вперёд, взглянув на врага. Чудовище расправило плечи и двинулось навстречу, тяжело ступая сильными чёрными ногами. Юноша сделал глубокий вдох, нахмурился и широко развёл руки.
Из земли с обеих сторон от монстра выросли две каменные стены. Чёрная тварь остановилась, оглядевшись на внезапно возникшие сооружения.
– Ха! – вскрикнул Первый, резко сведя руки вместе.
Стены метнулись навстречу друг другу и с грохотом столкнулись, зажав чудовище между собой. Первый развёл руки, раздвигая каменные тиски. Перед ним вновь предстал чёрный монстр, на теле которого не отразилось ни единого повреждения.
Юноша сжал пальцы в кулаки. Стены стали толще и крупнее, на их внутренних сторонах образовались острые конусообразные шипы.
Первый яростно взревел и начал коротко взмахивать руками. На каждый взмах острые тиски с грохотом щемят врага и сразу же раздвигаются.
– На! На! Ещё! И ещё! И ещё! – злобно рычит юноша, подначивая себя на новые атаки.
Монстра замотало в стороны. Он несколько раз взвыл от жестокого избиения, но в голосе не мелькнуло даже намёка на боль, лишь нарастающее бешенство.
Поймав момент между ударами, чудовище взмахнуло руками. Крупные кулаки врезались в тиски, и каменные глыбы разлетелись на мелкие обломки.
«Гадина!», – ещё больше разозлился Первый.
Но ничего. Это даже не разминка!
И тут раздался грохот, подобный раскату грома.
Подул ветер, сначала слабо, затем сильнее, а потом и вовсе стал шквалистым. Поднялся шторм. Первый прикрыл лицо руками, прячась от подброшенных ветром каменных обломков. Чудовище тоже остановилось, непонимающе мотая головой.
– Ну чего ещё?! – раздался где-то сзади возмущённый крик Деда.
Справа от всей компании прямо в воздухе образовалось пульсирующее фиолетовое пятно. Оно начало разрастаться, а потом закрутилось спиралью и увеличилось метров до пяти в диаметре.
Первый почувствовал, что его словно сковало. Двигаться стало тяжело, но он всё равно движется, только непроизвольно. Его тянет в сторону фиолетовой воронки!
До ушей донёсся испуганный крик Огонька. С трудом повернув голову, юноша увидел, как рыжий катится по земле навстречу бушующей аномалии, в панике пытаясь зацепиться за всё, что попадается под руку.
Чуть левее изо всех сил упирается ногами в землю Дед, которого тоже тянет в провал.
– Первый!!! – истошно вскрикнул Огонёк.
– Давай руку! – откликнулся юноша, пытаясь шагнуть в сторону, чтобы оказаться на пути мальчишки.
Не вышло. Рыжего пронесло мимо и затянуло в воронку. Первый горестно вскрикнул и тут же заметил, что туда же засасывает и чёрного монстра.
– Да что такое?! – сокрушённо взревел он.
Глава 16. Столкновение
Фея вышла на середину двора и торжественным жестом указала на полуразвалившуюся скамейку с прикреплённой сбоку мусорной урной.
– Это артефакт? – скромно поинтересовался Бык, рассматривая указанный объект.
Умник взглянул на спортсмена с сочувствием, почти с жалостью. Недавно высказав здоровяку своё мнение насчёт его умственных способностей (и не став при этом отбивной), он слегка остыл и вновь открыл в себе способность к состраданию.