-Здорово. Тогда нарекаю тебя... - я задумалась. Обычно имена нашим животным давала сестра, а тут я, - в общем, имя у тебя теперь Алекс. Все, мне пора работать, а ты тут отдыхай.
Я заперла входную дверь и пошла в лекарскую. Начинался новый рабочий день. Но теперь я возвращалась не в тихий дом, чье молчание нарушалось лишь тиканьем часов, а туда, где меня ждал мохнатый комок, который, как я надеялась, будет видеть во мне не только кормильца, но и друга.
Ужин
Неделя работы пролетела быстро. Пациенты приходили сначала только за лекарствами, потом стали просить посмотреть рану, ожог или осмотреть уши («мне кажется, в них кто-то живет» - доверительно как-то сообщил мне мужчина средних лет. Шутить, что там действительно живет что-то, что помогает ему слышать, я не стала, поэтому просто прочистила уши от ушной серы).
Зелья готовить мне было легко. Во-первых, я любила это занятие. Во-вторых Нина так тщательно выписывала каждую букву и граммовку, что ошибиться было сложно. Сама я пока не решалась проводить эксперименты, планируя обсудить это все с губернатором в конце недели, когда пойду за зарплатой. Ко мне в начале недели забегала Мария, которой я спешно отдала лекарство, обещанное еще пару дней назад, но из-за потока пациентов не могла выбраться. Она махнула на меня рукой, благоговейно взяла склянку и, отдав мне приглашение от губернатора на ужин в воскресенье, умчалась дальше разгребать завалы чашек и тарелок. Что творилось у губернатора на кухне, я боялась даже представить.
В воскресенье я закрыла аптеку, повесив на нее объявление о том,что нахожусь у губернатора, в случае острой необходимости искать меня там. И легко зашагала по тропинке в сторону центра города. Встречавшиеся мне по дороге люди вежливо здоровались, улыбались и шли дальше, обсуждая между собой мою лекарскую. Подслушивать я не стала, тем более, что мне от этого не будет ни горячо, ни холодно — скажут хорошее, стану гордиться, а плохое если услышу наоборот, расстроюсь.
Дверь в дом мне открыла сияющая Мария. Выглядела она много лучше, чем в самую первую нашу встречу.
-О, леди Элис, проходите! Губернатор ждет вас! И да, спасибо вам за лекарство, я действительно стала и высыпаться, и быстрее делать все по дому! - девушка щебетала как птичка, провожая меня в скромную столовую, накрытую на несколько персон.
Губернатор Аргон сидел в кресле у окна. Повернувшись ко мне, он радостно улыбнулся.
-О, Элис, какая радость!
Я застыла. Губернатор был.. в инвалидном кресле. Ноги закрывало красное шерстяное покрывало, гармонирующее по цвету с его зеленым свитером, еще сильнее оттеняющим его седые волосы, глубокие синяки и глаза, уютного кофейного цвета.
-Неожиданно,да? - он усмехнулся, увидев мою реакцию, - но ничего не поделаешь. Проклятье, брошенное обиженной женщиной — страшная вещь. Но при необходимости я могу вставать. Правда, - он грустно вздохнул, - дракон мой спит. Но ничего, он и так много потрудился, ему положена пенсия.
-А вы, как я понимаю, работаете теперь за двоих? - фыркнула я.
Губернатор рассмеялся живым, радостным смехом.
-Элис, я вас обожаю. Давно я так не смеялся. Но что же мы стоим с вами, присаживайтесь. Мария приготовила бесподобный ужин.
Ужин прошел в беседах, рассуждениях и даже спорах. За столом с нами сидела вся прислуга губернаторского дома — Мария, которая была одновременно и за служанку и за повара, средних лет полненькая прачка Эмма, ее муж, помощник губернатора в письменных обращениях Макс, их сын конюх Джим (его жена работала в библиотеке и сегодня у них была какая-то важная встреча с писателем, поэтому она, к сожалению мужа, не смогла присутствовать), и «на-все-руки-мастер» Сэм — высокий голубоглазый паренек. Судя по взглядам и «случайным» касаниям во время передачи приборов, между первой и последним что-то было. Губернатор или не замечал, или делал вид, что не замечает этого. От моего же зоркого глаза ничего не укрылось, и перехватив взгляд девушки, я понимающе улыбнулась. Та вспыхнула и потупила глаза в пол, пряча смущенную улыбку.
-Элис, я хотел бы рассказать вам про город, - начал губернатор, - но для начала, если вы не против, хотел бы соблюсти некоторые формальности.
Я напряглась. Обычно после этих слов начиналась какая-то государственная волокита с бумажками, которые я терпеть не могла. И действительно, Аргон кивнул Максу и тот помчался в кабинет. Его не было не так долго, но я уже вспомнила все папины советы, которые он мне давал во время обучения гос.делам, готовая отрапортовать их губернатору. В руках возвращающийся Макс нес какой-то сверток.