Эти же ветры толкнули и ее, взъерошили ее волосы и раздули юбку, но она продолжала идти по земле. Потоки света вырывались из сражающегося Бога-Солнца, плескались у ее ног и отражались от половиц, а она шла и шла, маленькая тоненькая фигурка.
Несмотря на порывы ветра, чудовищные козлы Питера потащили коляску по полу; Гален цеплялся за спинку. Они с трудом добрались до Ворона, и Питер закричал, пытаясь перекричать ветер:
— Что за чертовщина? Что она вытворяет? Что? Ничего не слышу…
Ветер превратился в ураган.
— Хватит! — громко и спокойно сказал Ворон, и глубоко вздохнул. Ураган мгновенно исчез.
В неожиданно наступившей тишине они услышали, как Пендрагон кричит во весь голос, — …заткнись и перестань болтать о королевских делах. Лучше сделай хоть что-нибудь.
— Ваше Величество, я не в состоянии, — пробормотал Азраил. — Вот если…
— Венди! — громко крикнул Лемюэль. — Перестань быть глупой маленькой девчонкой и немедленно вернись сюда. Пускай Кощей вернет Галену его жизнь, а Гален вылечит твою болезнь своим луком.
Венди повернулась, ее глаза стали большими и круглыми.
— А это сработает? — Но тон ее голоса говорил другое: Быть может, я не должна умирать…?
На ее лице появилось выражение страха и облегчения, поколебавшегося мужества и покорности судьбе, выражение, которое появляется только у тех, кто добровольно шел на смерть и был помилован в последний момент.
— Поторопись, дорогая, до заката осталось совсем мало времени, — Лемюэль добавил энергии в свой голос.
Венди повернулась и побежала к ним, из ее глаз лились слезы облегчения.
В это мгновение свет за окном стал серым, а потом и черным. Ночь, внезапно, накрыла землю и море.
— Затмение! — сказал Пендрагон, взглянув наверх.
— Луна не на месте! — добавил Лемюэль.
— Нет, это тело больше, чем луна, — возразил Азраил де Грей, — и тень его крыльев больше, чем тень луны.
Голос Войны потряс большой зал.
— Побежденный Гиперион, уходи! Окончилось твое время и время Галена! Отныне и всегда будет ночь!
На щеках Бога-Солнце вспыхнули розовые пятна, и он склонил массивную голову. Свет, лившийся от него, стал фиолетовым и растаял. Бог исчез. Три бога тьмы вступили в огромный зал. Голос Судьбы произнес: УХОДИ, УРИЭЛЬ. СОЛНЦЕ БОЛЬШЕ НЕ ПОЯВИТСЯ НИКОГДА: АХЕРОН ПОДНЯЛСЯ.
В глубоких сумерках, повисших над дамбой и волнами, отчетливо видимая через окна арки, находившейся за тремя темными богами, на восточном небе замигала утренняя звезда, набирая яркость.
17 Сильный Беспощадный Тиран
I
Высоко на галерее, глядя округлившимися глазами на неестественную ночь, простершуюся за сломанными окнами, Азраил де Грей хлестнул поводьями скелетоподобные зады жеребцов и крикнул изо всех сил:
— Измена! Предательство! Я предал всех! Короля, дом, родственников, всех! Я предал мое имя! Летите, проклятые, летите! Летите на ветрах страха, и заберите с собой мою душу!
Жеребцы-кэлпи прыгнули в воздух и вылетели через разбитые окна со скоростью ночного кошмара.
Гален поднял лук, собираясь выстрелить по жеребцам и помешать Азраилу сбежать, но в этот момент Смерть ворвалась в огромный зал как надвигающийся шторм или как сумерки на море; взгляд пустых костяных глазниц сбросил Галена на пол, где он и остался, не в силах пошевелиться.
Питер поднял автомат, который он успел перезарядить, и выпустил очередь в неземную огромную фигуру. Бесполезно, как если бы он стрелял в склон горы или в созвездие.
Лемюэль, бросившись на колени, вынул золотую стрелу из колчана Галена и уколол наконечником лежавшего внука. Но в руках Лемюэля стрела не вспыхнула; лишь на коже появилось пятно крови.
Ворон встал на колени с другой стороны.
Губы Галена открылись. За зубами дрожал и трепетался маленький светящийся шарик, который начал вылетать через рот.
Ворон не сумел коснуться шарика руками: пальцы прошли мимо. Тогда он, не обращая внимания на свет, прижал губы ко рту Галена, зажал его нос и вдохнул в него воздух. Огонек затрепетал и очень медленно полетел обратно к Галену.
Ворон пощупал пульс: нет. Тогда он переплел пальцы, наклонился вперед и начал массировать грудь над сердцем.
— Не трогай его! — сказал Ворон Лемюэлю, взял маленький ящичек, который дал ему Пендрагон и ткнул в Галена электродами. Тело Галена вздрогнуло.
На шее Галена забилась жилка: есть пульс! Ворон опять прижал губы к губам Галена и выдохнул. Когда он отвел голову, маленький огонек мгновенно соскользнул к горлу Галена и залетел внутрь.