Глава 27 - Неожиданная гибель
Вся деревня собралась, чтобы проводить своего священника. Джеймс держался возле лошади и видел на лицах своих соседей скорбь, будто он, Джеймс, уже обречён на погибель. Но если Лэрен однажды удалось пройти лес незамеченной туманами, разве не оставался и у него такой шанс? Священник всё гадал, когда же лучше отправиться: днём или ночью? В конце концов, он решил довериться солнцу.
— Я буду спешить так, как только смогу. Клянусь вам, что не покидаю деревню навсегда. Если мой ум будет в сознании, а ноги идти – я обязательно вернусь к вам, во что бы то ни стало. А пока меня не будет с вами, я заклинаю ваши сердца не впадать в уныние! Пусть я и отлучусь, но Бог никогда не покидает Грейфорд.
Хуффи и Бредди были единственными, кто не благословлял путь Джеймса. Священник видел, как те нахохленно на него глядели, точно не верили его словам. Подумали, небось, что он решил рискнуть и сделать из Грейфорда ноги, оставив борьбу за их ничтожные душонки. Джеймс на них не злился. За время, как грейфордцы узнали о его отъезде, он услышал много чего: его пытались вразумить, остановить, его обнимали и плакались на плече. В конце концов, ему удалось убедить большинство, что у них не осталось другого выхода. Прощание сильно растянулось, а Джеймс всё не мог решиться взобраться на телегу и пронестись сквозь лес, из которого всегда приходили к ним беды. На пригорке, под ярким светом солнца, замер его небольшой серый храм, который стал Джеймсу домом. Он оставил на храме свой взор, возможно, в последний раз. Из сердца гнал он тоску и тревогу за Юно и Лэрен, которым предстояло остаться. Ну, время пришло.
Под вздохи и всхлипы грейфордцев Джеймс влез в телегу и взялся за поводья.
— Ну, до свидания, мои дорогие! Я непременно вернусь к вам! — С этими словами, не медля больше, Джеймс вжал плечи и погнал лошадь.
Кто-то придержал плечо Юно, когда юноша сделал несколько шагов вслед за ним. Небольшой народ Грейфорда так и стоял ещё долго, вслушиваясь в стену леса, едва видимо дыша. На их глазах случилось немыслимое для их робких сердец: человек скрылся в лесу добровольно! Разве не одному дьяволу известно, что ждёт душу того, кого испепелил туман?
— Он не вернётся, даже если выживет, — заключил Бредди. — Надо быть безмозглым болваном, чтобы вернуться сюда. Поздравляю, сегодня мы распрощались с ним навсегда!
— Ага, прав ты, я тоже так думаю, — сказал Хуффи. — Не сдались ему мы и весь Грейфорд.
— А для кого же ещё он поехал в Холлистон? — возразил Юно, обернувшись со слезами. — Для кого ещё, как не для вас?! Отец бы тоже хотел остаться! Эх, сколько бы отец ни молился за твою душу, Бредди, она так и осталась чёрной! А твой язык, Хуффи, грязный!
— Молчи мне здесь, малолетка! — пригрозил рукоятью тяпки Бредди. — Кто знает, может, это Джеймс навлёк на нас столько несчастий! Поглядим, как пойдут дела, пока нет его в нашем храме! И зерно то, что в подвале, я, пожалуй, стану в своём прятать. Что сможет сделать такой мальчишка, как ты, если придёт вор?
— Какой такой вор? — выступил вперёд старик Уолш. — Среди нас воров нет, Бредди! Зерно останется в храме. Не слышал ты — Джеймс велел Юно распределять его.
Бредди грозно глянул на старика, а тот продолжил:
— И не грозись на него тяпкой, у меня тоже есть клюка, и для меня ты такой же малолетка!