Не подчиняйся мать-природа слову божьему, никогда бы не посмела омрачить чело цветущего молодца грубой морщиной тяжбы, что кусает сердце денно и нощно. Будь ее воля, не возложила бы она и на его лицо паутину старости. Мало природа любуется молодостью, мало... Залитый теплым светом дом мирно пускал ввысь дым. Запах жженой древесины слился воедино с ощущением покоя. Мирно скрипнула дверца, когда из дома вышла она, та, что заставляла сердце Сэмюэла биться громко и часто, точно речная рябь в непогоду.
– Здравствуй, Кэтти! – позвал Сэмюэл.
О, лицо Кэтти порозовело, точно мак. Девушка пошла навстречу, смущённо поглядывая под ноги. Непроизвольно Сэм протянул к возлюбленной руку, как тянется цветок к солнцу, да только солнце прошло мимо, не удостоив цветок и взглядом...
— Кэтти! — встревоженно позвал её Сэм.
Девушка оказалась в объятиях тёмного силуэта. Чьи-то чужие руки обхватили её, чернее ночи.
— Кэтти!
— Ха-ха-ха-ха! — Громкий смех заставил Сэмюэла распахнуть глаза ото сна. Он отпрянул от земли. Рядом находились Одри, Заломина, Кларк и все остальные, глядя на него с развесёлыми улыбками на лицах.
— Кто такая Кэтти? Твоя подружка? — спросил Одри, поигрывая бровями.
— Не твоё дело, — ответил Сэм без настроения.
— Ой, он расстроен, что милой след простыл! — выкатил губу Заломина.
— Интересный был сон, Сэм? — спросил Кларк, опершись на меч.
— Вы явно не в своём уме, иначе как объяснить вашу беспечность? — начал Эртон Берт, сурово глядя на молодёжь. — Ваши сердца и мысли должны быть там, за этим лесом! Служить его высочеству и его народу! Если не жаль жителей Грэйфорда, то хотя бы задумайтесь о сохранении собственной жизни!
Взбираться на холмы приходилось по бездорожью. Совсем скоро всем, кроме норовистого Эртона, пришлось слезть с коней и вести их за собой. Терновые кусты не собирались никого пропускать мимо, не расцарапав одежды и кожу. То и дело слышались возмущённые восклицания людей и недовольное ржание лошадей.
— А другой дороги совсем нет? — спросил один из будущих Холлистонских рыцарей.
— Есть. Только через лес. Можешь ступать туда, встретишь нас на другой стороне.
— Ну уж нет. Лучше сдуру пробежать сквозь эти тернии.
— Нужно взобраться повыше — там меньше растительности. Раньше отсюда пролегала дорога до самой деревни, но со временем заросла, — поведал Эртон, выкрикивая слова.
— А как жители выбираются из Грейфорда? — озадачился Одри.
— А они и не выбирались. Кроме одного священника. Бог знает, смог ли он вернуться.
— Деревенька та хоть точно есть? — спросил Кларк. — И оттуда ли был тот священник?
— Во время правления Годфри, храни боже его душу, про Грэйфорд ходили разные слухи. По большей части все сочли, что Грэйфорд сгинул, как и другие деревни, оставленные жителями. Но сегодня мы знаем, что Грэйфорд есть. Мы восстановим пути, ведущие от деревни в город.
— Эти грэйфордцы смельчаки, раз не покидают землю. Кто они? Волки? Медведи? Предвкушаю их увидеть, — насмешливо отозвался Кларк.
— Они те, кому нужна наша помощь. Хватит мелить языками. Лучше ускоримся! Или вы думаете, в тернях серая тварь не затаится?
— Здесь бы даже черт таиться не стал, — произнес Кларк, который стал испытывать терпение Эртона. — Интересно, гадюки уже уснули? Сэр Берн, что делать, если укусит гадюка?
— Лечь и сдохнуть, я полагаю, — ответил Берн.
— Как в лесу мы могли бы умереть от руки тумана, так тут можем полечь от клюков гадюки. Надеюсь, те пять змей, что я видел, были лишь ужи.
— Какого цвета они были? — спросил Сэм, остановившись на мгновение.
— Черные.
—Каким может быть и гадюка, и обычный уж! – вознегодовал Сэм.
После этих слов все путники помчались сквозь тернии с такой прытью, что заревели медведями.
Днём, когда они взобрались на вершину холма, были сильно огорчены тем, что деревни всё не было видно. Это означало, что их путь всё ещё не окончен. Небо стало совсем низкое, и сквозь тёмно-серую пену виднелись ярко-белые трещины. Дождь некстати хлынул на их головы непрестанным потоком. Рядом не было ни одного деревца выше человеческого роста. И путники уныло брели по хребту холма, изрядно промокшие.