Каждый из рыцарей с неохотой поднялся со своих мест и принял приглашение священника. Вскоре каждый прошел внутрь храма и остановился в линию у распятия, в то время как священник начал произносить молитвы и обрызгивать рыцарей священной водой.
Каждый житель торжественно присутствовал, разглядывая рыцарей как неземных своих спасителей.
Впервые за долгое время в сердце каждого грэйфордца закралась не тревога, а светлая надежда. Поначалу они не смели сказать воинам ни одного лишнего слова, считая, что те оказывают им несоизмеримую милость. Но уже к вечеру все мужчины Грэйфорда, перебивая священника, сообщали о потерях и трудностях своей жизни во всеми забытой деревне. А ещё каждый из них выражал мнение, где лучше всего будет оставить рыцарей на ночь, дабы те отпугивали туманов от урожая.
Под конец дня Сэм и Кларк начали нести службу, стоило только солнцу скрыться за холмами. Эртон оставил их посреди двора, у нежилого дома, и велел сторожить дворы с огородами до рассвета.
С первой темнинкой все жители до единого закрылись по своим домам, и весь двор погрузился в тишину. Меж домов стоял спокойный и тихий воздух, казалось, будто эту деревню никогда и не тревожила рука серой смерти, порождая хаос. Звучались лишь птицы и кора замерзающих деревьев.
С наступлением ночи, словно по волшебству, на деревню наплыл туман, освещаемый одним синим небом и двумя алеющими факелами. Было жутко от того, что из этой серой занавеси в любую секунду могли выйти серые твари, чтобы забрать с собой в туман души ещё двоих людей.
Сэм стоял возле одного из факелов, прислушиваясь к каждому шороху. Кларк же присел возле факела со своей стороны и, положив меч на землю, грел руки. Весь день Кларка водила за собой какая-то отчаянная женщина, заставляя помогать ей набирать ледяную воду из реки до самого вечера.
— Этим утром я мог бы стать таким же пеплом, какой спадает с этого факела, — сказал Кларк сам себе.
— Сегодня днем, когда тебя увела к реке та женщина, я слышал разговор двух местных. Один из них вспоминал, как сжег двух туманов в амбаре. Та груда пепла — это и есть амбар, сожженный самими жителями, — проговорил Сэм, все так же пристально вглядываясь перед собой.
— Сожгли вместе с амбаром?! Воистину, у меня все больше создается впечатление, что эти жители куда опаснее, чем кажутся на первый взгляд. Взять одного старика с топором, что налетел на Альфа!
— Страх и нужда сделали их такими. Мне жаль этих людей, многие из них так и останутся здесь и будут преданы этой земле, которую не раз проклинали.
— Не думай много об этом, посмотри лучше на нас. Сейчас мы находимся в худшем положении, чем все они вместе взятые, — Кларк отстранился от пламени. — Мы стоим здесь, как привязанная в лесу дичь, ожидающая, когда ее сожрут. Поверь, будет еще печальнее, если мы, из Холлистона, оставим здесь свои потроха или прах. И кажется, все к этому и идет, потому что я уже своих ног и рук не чувствую от холода.
— Я знаю, тебе бы было по душе остаться в Холлистоне, ведь тебе не привыкать к трудностям. Правда, велика вероятность, что ты умер бы прежде, чем я вернулся, — усмехнулся Сэм.
— Я пошел с тобой, потому что ты обещался, что заработаешь много денег. Не обольщайся, я здесь только из-за них, — подшутил Кларк.— Ты обещал, что мы станем верхушкой общества. Будешь жить со своей Кэтти, заведешь семь сыновей, и одного из них обязательно назовешь Кларк, а этот меч станешь передавать по наследству, — пнул Кларк острие оружия. — Тебе удалось меня приманить пройти это испытание, но в королевские прихвостни я вступать не собираюсь. Не хочу, чтобы из меня делали мешок под стрелы.
— Хорошо, но как насчет того, чтобы начать с благодарности? Я ведь тебе жизнь спас, а ты даже не поблагодарил.
— Вообще-то я сказал «спасибо» своими поступками, а они куда важнее слов.
— Неужели? И что же ты для меня сделал?
— Хах! Между прочим, та женщина хотела тебя повести к реке, а я прикрыл и пошел сам.
— Действительно, Кларк, я недооценил твоего великодушия, — со смехом произнес Сэм. — Только вот мне пришлось остаться и нарубить дров с три роста с меня по просьбе Хуффи.
—Ах да! Еще я надеюсь, что в этой деревне я получу укус какого-нибудь дикого зверя. Тогда за этот ущерб ты должен будешь мне пару-тройку слуг.
— Вот еще! — Прыснул со смеху Сэм. — Ты же понимаешь, что ни один простой воин не получает таких денег.
— Я верю в тебя, Сэм, — сказал Кларк. — Всю ночь так и стоять... Скукотища.
— Пойдём, сделаем обход.
— Ты спятил? Даже если там и есть демон, то пусть себе гуляет, лишь бы к нам не совался. Хочешь привлечь внимание?
— Кларк! От этого зависит моя жизнь и моё будущее с Кэти! Слышал, что говорил Оскар? Лучшим достаётся большее.
— Тогда, может быть, ещё помашем факелами перед лесом, чтобы уж точно кто-то явился? Ты ведь никогда с ними не сталкивался, Сэм! А что, если они сильнее нас? Здесь никого не заботит, умер ты или нет, на твоё место поставят следующего, а с таким исходом тебе уж точно не видать будущего с Кэти!
Со стороны послышались приближающиеся шаги. Кларк и Сэм замерли, чувствуя, как от лица отхлынула кровь, но сразу же обнажили мечи и направили их в сторону приближающихся шагов. Легкий стуженый ветерок поиграл с краями их сизых мантий. Сэм готов был увидеть седого тумана с лицом белее снега, но из темноты показалось совсем иное лицо — человеческое. Это была одна из жительниц деревни, и, кажется, та самая женщина, которой Кларк весь день помогал носить воду от реки. Увидев оружие, женщина, казалось, произнесла что-то вроде «ой» и остановилась.
— Фууух, Тейла, это ты! Ну напугала! Так что, принесла? — выдохнул Кларк, убрав меч в ножны.
Сэм недоуменно смотрел на то, как женщина подошла к Кларку и передала ему небольшой сосуд с булькающей внутри жидкостью.
— Как видишь, не забыла, — сказала женщина и улыбнулась. — Можно сказать, от сердца отрываю. Это принадлежало моему покойному отцу. Спасибо, что помог наполнить колодец во дворе.