Вжавшись с спинку трона, он едва ли касался носками сапог пола, отчего чувствовал себя уязвленно. Как раз в этот миг в зал влетел сэл Дью, и, восторженно разведя руки, поклонился на самом пороге:
-Ваша светлость! О, бог мой, до чего же вы бледны! Как себя чувствуете, мой господин?
-Скорбь меня обессилила, но сейчас все отлично. -спокойно произнес Леандр.
-И вы больше не плачете? – участливо поинтересовался сэр Дью.
Мальчик искренне надеялся, что его зазывания в мех родительской мантии был неслышны. Ибо были они всю ночь.
-Глаза мои сухи уж давно, или у втебя помунилось зрение?
Сэр Дью выпрямился, и голос его раздался порывисто:
-Смилуйтесь, ваша светлость! Я лишь тревожусь о вас! Вы всхуднули, помрачнели, пали духом! Сидите себе взаперти! Ежели есть в вас ко мне недоверие, я исчезну, как только вы окрепнете силами! Как только не останется вокруг вас людей со злым умыслом...Уж они скоро себя покажут! Как только просочится весть о смерти короля и королевы, бог весть что ждет нас! Поэтому, ваше сиятельство, покуда время тихое..ешьте, пейте, спите..а все тревоги свои возложите на меня. И заклинаю вас, о благословенный, одевайтесь же теплее!
Леандр смотрел на сэра Дью сверху вниз. Этот человек не внушал ему доверия, и тем не менее, сейчас Леандр мог положиться только на него. Мальчик опасался, что этот муж прекрасно запомнил его ненавидящие взгляды, еще при жизни короля. Аннора и вправду не выдалась осторожностью, даже маленькому Леандру было ведано, что сердце матери отдано не одному лишь королю...Сэр Дью был как червоточина, пробравшаяся слишком далеко.
-Моя мать согрешила, поэтому так скоропостижно скончалась? -спросил Леандр.
-Что вы имеете ввиду? – насторожился сэр Дью.
-Мистрисс Берту. -уточнил мальчик. -Ведь когда-то и мистрисс Брета окончила жизнь так же, заперевшись в покоях. -Мальчик не вдавался в подробности своего подозрения, и то, что он произнес было самой малой частью злодеяний Анноры, но об остальном говорить было страшно. Будто стоит произнести, и его, ее сына, разразит молнией на этом самом троне. Так страшна и ужасна была тайна Анноры. Мальчик опасался, что уже проклят богом, за просто так, только за то, что он сын Анноры.
Сэр Дью не нашелся что ответить, пока он подбирал слова, грудь мальчика распалилась настолько, что он в сердцах вымолвил:
-Если бы был бы я королем, то самым справедливым, самым мудрым и бесстрашным! Если бы я в вырос в мужчину, то сильнее меня было бы не сыскать, и не ыскать еще на три века вперед! Я не пил бы дни и ночи вино, не засыпал бы на пирах под свирели..! Я...я..-по щекам Леандра Лампелуч покатились слезы, то ли от того, что поперхнулся, то ли от того, что было горько в груди.
-...Вы никогда не будете как свой отец, ваша светлость. -подытожил сэр Дью, усаживаясь на табуретку у длинного стола.
-Почему ты так говоришь? -оживился юноша, желая услышать доводы, подкрепляющие сие слова.
-С самого рождения в вас заложена невиданная мудрость, она и будет вашей спутницей у трона. Вы отважны, честолюбивы и набожны. От лица вашего народа, я заявляю, что именно такого короля давно уж хотел видовать Холлистон. Готовы ли вы служить своему народу, во благо его?
-Безусловно! Я готов служить народу во благо его, и однажды...дурная слава моего отца сгинет напрочь! Это то, чего я хочу! – ответовал мальчик, мимолетом утерев нос.
-Ежели так, то только в вас хватит силы взять на себя это бремя. Ваша светлость, при жизни вашей матушки, мы не были дружны, и то не тайна. Но помните ли вы эти фигурки? – мужчина выудил из-за пояса тканевый мешочек, где что-то побрякивало. Он высыпал содержимое на стол, и Леандр увидел самые разные фигурки...здесь была и королева с королем, и даже маленький королевич, лошади и стражи с шутами.
-Ты подарил мне их.– вспомнил юноша.
-Но вам они по нраву не пришлись. Я все же сохранил их, и. вот, кажется, сейчас они нам пригодятся...-он взял в руку фигурку королевича, и, поднявшись с табуретки, подошел ближе к трону. -Позволите ли вы мне показать вам небольшую сценку, с помощью этих фигурок?
-Зачем оно надо?
-Я хочу донести до вас то, что не в силах донести словами.
-Что ж, начинай, и не затягивай с этим баловством.
-Как скажете, ваша светлость. В мире, о мой мудрейший, есть слова, есть помыслы и деяния...Стоит лишь одному из этого каснуться слуха простого люда, как превращается слух этот в...дракона! Дракона, с которым бороться предстоит лишь вам. Увы, я знаю, что цените вы честность...-во второй руке Дью появилось деервянное туловище с большими клыками и вопящей пастью.-Почивший король, отец ваш, оставил вам в наследство такого дракона. Он живет в народе, и питается черной плотью выдумок и скверны. Сейчас для него вы – рок, несущий злоключения, ибо рождены своей матерью Аннорой, и от своего отца-короля. Но люд не слеп! И однажды, конечно же, увидит вашу доблесть и превосходительство! И тогда-то дракон станет вашей преданной собакой. Будет ради вас ловить зайцев и фазанов, и лежать у ног ваших. Однако! Дракон – это еще не все зло. Зло заключается в тех, кого возомнил дракон лучше вас, ваша светлость. И ежели кто-то вознамерится посигнуть на трон, дракон станет им большой подмогой.
Лицо Леандра покраснело от гнева.
-Но ведь они еще не знают своего нового короля, они не знают, что я не как отец! Небеса не прощают убийство короля! -закричал он, вскочив с трона.
Сэр Дью еще раз для себя подчеркнул, что Леандр очень походит на мать.
-Вы все великолепно поняли. Народ не ждет благполучие без короля, а король на сей день один, и это вы. А теперь, что мы с вами можем сделать, дабы глупый дракон не навредил ни нам ни себе? Иногда приходится брать ответственность за глупых людей, ваша светлость. Во имя их же блага.
-Я выйду навстречу дракону, и тогда он поймет, что ошибается, скаля на меня клыки. Я извинюсь за своего отца, и это будет последний раз, когда прозвучит его имя! Потому что никогда, никогда отныне его со мной не сравнят!
И тут-то понял Дью, что нет, что сошли на нет все толки его матушки, все нравоучения и жертвы, пылкий шепот в ухо будущему королю, под ногой которого будет трепетать Холлистон! Нет, слишком рано она почила, недолепив из мальчишки короля.
-Нет, ваша светлость. Мы просто вырвем у дракона когти и зубы.
Леандр болезнено нахмурился:
-Что ты задумал?
-Взять ответственность. -уточнил Дью, с хладнокровием в глазах. -И теперь прошу вашего согласия.
-...Сначала скажи мне, что ты задумал!
-Я избавлю вас от ваших врагов. -громче голоса королевича, сказал Дью. -Это мой долг, как вашего покровителя. Я обещал вашей матушке, что буду щитом перед вами, а если нужно буду и мечом.
-Ты..казнишь их? – холодно спросил мальчик.
-Всех недругов отца вашего, пока до их ушей еще не дошла молва о смерти его. Это ради народа, ваша светлость! Освободим же Холлистон от ему неугодных..!