— А ты чего стоишь, как в землю вкопанный? — бросил он.
— Мастер, он хотел бы облегчить ваше ремесло, — сказал Сэм, выпрямившись. — Предложите ему лишь укрытие над головой, и он станет вам отличным подмастерьем!
— У меня нет работы для таких мальчишек, как ты. Руки свои худосочные обломишь, — ответил Ральф, придирчиво разглядывая Кларка.
Уилл издал смех, подобно счастливой свинье. Мастер не разделил веселья с Уиллом, а только приструнил тучного юношу, и тот умолк.
— Подойди. Мои глаза теряют прежнюю остроту. Хочу взглянуть на твои руки.
— Мои руки вам ничего не скажут. А вот молот в моих руках скажет многое, еще и оглушит.
— Да? — высокопарно залыбился Ральф. — Как погляжу, еще один острый на язык отыскался. — Ральф указал Кларку следовать за ним в наковальню, где указал на стену. — Повтори. Обычная подкова. Если сможешь, то заменишь Уилла в моей наковальне. А он станет убирать навоз от заезжих подковать лошадей господ. Только это будет врядли.
Подслушивающий Уилл побледнел, а Сэм озадачился: как Кларк сможет сковать подкову вот так сразу? И как же его покусанные руки, скрытые рукавами одежды?
— Чего шатаетесь? — прикрикнул на двоих Ральф, вытолкнув во двор. — Замерьте копыто! А ты, Уилл, очисти лошадиный зад, что, не видишь, что это кони важных людей? — Докончив горланить, Ральф выудил откуда-то палку из руды. — Эта штуковина нам уже не сгодится, скуешь подковы из нее. Знаешь, как?.. — Ральф умолк, видя, что Кларк уже взял палку клещами и вложил в печь, над углями. — Ну, видать, знаешь. — Ральф прикрыл двери наковальни, ибо только скопившийся в стенах жар мог помочь делу кузнеца.
Раздувая угли, Кларк следил за цветом руды, как ранее рассказывал Сэм. В полумраке наковальни, где светило одно тусклое оконце, цвет разглядеть было проще, но сейчас руда лишь блестела холодом, отражая всполохи.
К моменту, когда руда стала алеть, Сэм уже перезамерил каждое копыто, сделав засечки угольком на брусках. Уилл же не находил себе места, покуда следил за лошадьми во дворе. Сказанные невсерьез слова Ральфа всерьез его озаботили.
Прошло немало времени, прежде чем Кларк наконец вытащил из печи раскаленный металл и перенес его на наковальню, покрытую тонким слоем черной золы. В его руке появился молот, который в эту же секунду с гулким звоном опустился на раскаленную руду. За первым ударом последовала цепь других. Казалось, что звон звучит нескончаемой волной, в то время как кривая балка под потоком ударов становилась все прямее. Крепкая рука с силой опускала молот, в то время как лицо Кларка оставалось спокойным, даже с едва уловимой улыбкой. Перед глазами была готовая подкова, по которой Кларк сравнивал необходимую толщину. Металл был перенесен на округлую сторону наковальни, и теперь удары сгибали один конец ровно по ее поверхности, придавая округлую форму. С каждым ударом Кларка лицо мастера будто оживало, а сутулые плечи выпрямились. Сэм, заглянувший в кузницу, чтобы передать бруски, подивился тому, что Кларк самостоятельно орудует не только молотом, но и наковальней, имея в опыте одно только наблюдение да пару его, Сэма, слов о ремесле! Он боялся, что Кларк оплошает перед стариком, ведь мастер не терпел, чтобы кто-то тратил его время понапрасну, а уж юному мальчишке бы точно досталось.
— Хорошо бьет! — громко произнес Ральф, стоя в сторонке. — Где бес так поднаторел?
Кларк не пожелал ответить, а продолжил сгибать будущую подкову. Наконец, металл снова остыл и был помещен в угли. На наковальне уже лежала дуга, что отделилась от основы, ее Кларк поставил туда же в печь. В кузницу прошел Уилл, поменявшись местами с Сэмом. Во взгляде его таилась неприязнь, пока он не сводил взгляда с человека, по милости которого ему предстояло погрузиться в дни, полные отскребания навоза от земли. Ему хотелось голыми руками вытащить раскаленную недоделанную подкову и с превеликим удовольствием пустить ее в голову Кларка, чтобы тот напрочь забыл, как пользоваться наковальней.
— Мастер, как бы шелмец не спалил вашу наковальню! Глядите, как задевает угли в печи, а вылети оттуда хоть один уголек да попади на солому – считай, всё!
— Так следи за ним получше!
Уилл потупился. Вот еще! Будет он следить за злобиной Кларком ради захудалой наковальни? Никогда!
— Негодяй, небось, разбойник! Как бы не обнес вашу наковальню!
— Шибко много делаете вы с Сэмом, чтоб наковальню обнести! Что тут осталось? Одни котлы?
— Разве руда не дорого обходится? На сундуке замка не имеется, обнесет!
— Чего раскудахтался, Уиллиам? Испугался, что навоз погонят чистить? — расхохотался старик. — Пусть парнишка и лихо молотом машет, да только это не делает его кузнецом!