- Что он сказал? - рявкает Луи. - Дай я с ним поговорю!
- Нет, - быстро отвечает Гарри. - Он, ну… сказал, что нас не выпустят из автобуса, пока мы… не обсудим наши чувства, что ли…
- Я выражу свои чувства на его гребаном лице, - Луи процеживает слова сквозь зубы. - Зейн! Я знаю, что ты меня слышишь! У тебя есть пять минут, чтобы выпустить меня отсюда, иначе я…
- Да перестань уже! - срывается Гарри. Луи замолкает, а Зейн делает резкий удивленный вдох. - Неужели тебе настолько противна мысль, что мы заперты здесь вдвоем? Еще год назад мы бы были рады этому. Это бы вообще не было проблемой. А сейчас мы ведем себя так, словно нас медленно убивают, заставляя провести время вместе.
- Да, ну что ж, - Луи фыркает, - это было до того, как ты стал меня ненавидеть.
- Нет, это было до того, как я понял, что чувствую к тебе гораздо больше, чем ты ко мне, - медленно говорит Гарри. - В этом разница. Я никогда не ненавидел тебя. Я ненавижу то, что я к тебе чувствую, да, но не тебя.
Зейн кладет трубку. Он не хочет этого слышать. Это не его дело, и создается впечатление, что он вмешивается, подслушивает. Положив трубку, он замечает, что Лиам смотрит на него с любопытством, и объясняет:
- Вроде бы они разговаривают.
- Это хорошо, - Лиам прижимает его к себе. - Может, теперь они во всем разберутся.
- Итак, чем сегодня займемся? - Зейн зевает, прикрывая рот ладонью. Лиам пожимает плечами.
- Чем хочешь. У меня целый день свободен.
- Может, сходим все вместе пообедать? - перебивает Джош, облокотившись на дверной косяк их комнаты с виноватым видом. - Извините, я случайно услышал ваш разговор. Найл еще спит, и мне стало скучно.
Зейн инстинктивно смотрит на Лиама, проверяя, одет ли он (иногда тот спит вообще без ничего, и ему не нужно, чтобы кто-то еще это увидел), и, убедившись, проводит рукой по волосам, пожимая плечами.
- Вчетвером? Типа как двойное свидание?
- Найл и я не ходим на свидания, - говорит Джош.
- Да, вы сидите дома и трахаетесь, как кролики.
От этого краснеют и Лиам, и Джош, и Пейн неодобрительно хлопает его по ноге.
- Как скажешь, - непринужденно отвечает Джош. - Наверное, это так. Но я не против хотя бы раз прогуляться.
Зейн на секунду задумывается и поворачивается к Лиаму:
- Что скажешь, милый?
- Я смогу держать тебя за руку?
- Если хочешь.
- А целовать тебя?
- Конечно, Лиам.
- Тогда, при одном условии, - говорит он, и Зейн выжидающе поднимает брови. Лиам набрасывается на него, присосавшись губами к шее, заставляя Зейна инстинктивно выгнуть спину. Он зарывается пальцами в волосы Лиама и крепко сжимает: то ли в попытке оттянуть его голову, то ли подначивая.
С его губ срывается стон, который очень напоминает имя Пейна. Он закидывает голову назад, давая лучший доступ к шее, и Пейн перестает сосать, чтобы оставить вдоль нее дорожку легких поцелуев, заключая каждое нежное прикосновение губ резким прикусом кожи - от удовольствия у Зейна сжимаются пальцы ног, потому что ему это нравится. Ему нравится, когда тянут за волосы, когда кусают, когда он знает, что Лиам оставил на нем свою метку.
- Ой, ничего себе, - говорит Лиам, отстраняясь. - Кажется, я немного перегнул палку, - он прикасается пальцами к шее Зейна, глядя на него огромными, виноватыми глазами. - Прости.
- Не извиняйся, - слегка изумленно отвечает Зейн. Лиам улыбается в ответ.
- Теперь, когда я оставил на тебе свою метку, думаю, я готов идти на двойное свидание. Так что, Джош… Куда он делся?
Зейн смотрит на дверной проем, но Джош уже ушел, захлопнув за собой дверь — все, как положено. Малик снова притягивает парня к себе:
- Кого это волнует?
Когда они наконец-то выбираются из постели, на часах уже практически полдень. У Зейна куча пропущенных звонков и неотвеченных сообщений от Луи и Гарри, но он их игнорирует. Пока что. Как только они вернутся, то выпустят их, даже если они не решили проблему. Даже если проблема в принципе нерешаема.
- Куда мы пойдем? - спрашивает Найл, когда они забираются в машину. Они с Лиамом садятся сзади, а Найл с Джошем — посередине. - Вы же понимаете, что мы не можем себе позволить места, в которых питаетесь вы, да?
Зейн улыбается в ответ:
- Можете, если нас обслужат бесплатно за то, что я напишу об их ресторане в твиттере.
- Поп-шлюха, - упрекает Найл.
- Что это вообще значит? - спрашивает Джош.
- Ну… он как бы вместо тела продает свою популярность. Поп-шлюха.
За это Зейн отвешивает ему подзатыльник:
- Значит, за Джоша и себя плати сам.
Ресторан, в который они идут, относительно дорогой, но не из тех, в которые принято ходить в официальной одежде, - это несомненный плюс, учитывая то, что вся компания одета в футболки и джинсы, не считая Лиама, который надел борцовку, ведь сейчас лето, жарко, и, возможно, это была просьба Зейна из-за бицепсов Лиама.
Обслуживающая их официантка кажется немного взволнованной и разливает практически всё, что ставит на стол. Но в целом всё хорошо. Еда вкусная, несмотря на то, что Лиам растерянно разглядывает меню, и Зейн заказывает за него. Найл и Джош всегда составляют замечательную компанию: оба могут поднять даже самое ужасное настроение, и, может, именно поэтому у них всё так гладко складывается. Найл сияет ярко, как солнце, - всегда живой и оптимистичный, а Джош, как и Лиам, излучает тепло, напоминающее о костре в холодную летнюю ночь.
Под конец обеда Зейн замечает, что возле входа в ресторан начинает собираться толпа. Лиам тоже замечает и наклоняется к нему, чтоб прошептать:
- Хочешь, я найду запасной выход, чтобы избежать этого?
- Нет, не хочу, - Зейн уверенно качает головой. - Я на свидании с любимым и моими лучшими друзьями. Я даже хочу, чтобы этот момент был запечатлен на обложках журналов, чтобы в будущем можно было посмотреть и вспомнить, как счастлив я был сегодня.
- Ты уверен?
- Да, - говорит Зейн. - И теперь, когда я наконец имею возможность тобой похвастаться, не думаю, что смогу остановиться.
Взгляд Лиама падает на засос на шее Зейна. Он не так заметен, как думал брюнет, но все же явно виден — розовый, с мелкими красными укусами; прикасаясь к нему, чувствуешь легкую, приятную боль. Лиам не может оторвать от него взгляда, который моментально становится собственническим. Возможно, это должно его беспокоить, но нет. Это лишь заставляет его ерзать на месте и поправить штаны в области паха, потому что этот взгляд непозволительно для публичных мест возбуждает его.
- Ладно, - соглашается Лиам и целует его в щеку, прямо на виду у всех стоящих за окном. У Зейна нет сомнений, что кто-нибудь да успел сделать размытое фото, и его нисколько это не заботит.
- Сходим куда-нибудь после этого? - спрашивает Найл, доедая пасту из тарелки Джоша. - За мороженым, например?
- Я не люблю мороженое, - говорит Лиам, и Найл с Джошем смотрят на него с открытыми от удивления ртами.
- То есть… как?
- Оно слишком холодное, - пожимает плечами Лиам. - И текстура странная. Просто не люблю.
- У тебя проблемы, чувак, - задумчиво говорит Найл. - Серьезные проблемы, Лиам.
- В нескольких улицах отсюда есть лазертаг, - говорит Джош, копаясь в телефоне. - Там дешево, весело, и мне всегда хотелось поиграть в лазертаг.
Зейн кривится — кажется, это подразумевает бег и физические упражнения. Лиам и Найл напротив светятся от счастья, как дети на утро Нового года.
- О, ну хорошо, - уступает Зейн.
- Мы разделимся на команды, - предлагает Лиам. - И надерем им задницы!
- Чем выше взлетаешь, - говорит Найл Лиаму, - тем больнее падать.
С них правда не берут деньги, но Зейн оставляет официантке приличные чаевые. Они не стали вызывать машину, так как лазертаг находится совсем недалеко, но Зейн жалеет об этом в ту же секунду, как только они выходят на улицу. Он думал, что всё будет не так уж плохо, но ошибся.