— Чуть не попались, — выдохнул Уилл, оглядываясь назад.
— Что верно, то верно, — согласился Кэл и посмотрел на лестницу. — Нам сюда?
— Наверное, — пожал плечами Уилл.
Сейчас ему было все равно, куда идти, лишь бы оказаться как можно дальше от стигийцев.
Нижняя часть лестницы была разрушена — на нее упала тяжелая колонна и раскололась, — так что поначалу мальчикам пришлось карабкаться на огромные обломки камней, чтобы добраться до ступеней. Идти дальше было немногим легче — они несколько раз чуть не упали, поскользнувшись на черных водорослях, густым слоем покрывавших ступеньки.
Ребята поднимались все выше и выше, и Уилл, забыв о своем недомогании, остановился посмотреть на город с высоты. Сквозь дымку он увидел вдалеке здание, увенчанное огромным куполом.
— Точь-в-точь собор Святого Павла в Лондоне, — проговорил мальчик, тяжело дыша. — Вот бы поглядеть поближе, — добавил он, любуясь величественным куполом.
— Еще только не хватало, — резко сказал Кэл.
Через несколько минут стало видно, что лестница уходит в зубчатую арку, прорубленную в стене. Уилл обернулся, чтобы бросить прощальный взгляд на изумрудный призрак Вечного города, и вдруг его нога соскользнула со ступеньки на предыдущую. Мальчик зашатался на краю отвесного обрыва и вскрикнул, на мгновение оказавшись лицом к лицу с зияющей бездной. Он лихорадочно схватился в черную поросль на стене, отбросил листья, оставшиеся в руках, вцепился в другой стебель, потом в третий, в четвертый, пока, наконец, не попался достаточно крепкий, и он восстановил равновесие.
— Уилл, что с тобой? — спросил обеспокоенный Кэл, положив руку ему на плечо. Когда брат не ответил, он встревожился еще больше. — Что случилось?
— Я не… Голова очень кружится, — сипло ответил Уилл.
Он не мог глубоко дышать — как будто он плавал с маской, и засорившаяся трубочка плохо пропускала воздух. Уилл поднялся еще на пару ступенек и снова остановился, согнувшись в приступе мучительного сухого кашля. Мальчику показалось, что он продолжался целую вечность. Прижав руки ко лбу, мокрому от дождя и липкому от болезненного ледяного пота, он понял, что больше не может скрыть от брата свое состояние.
— Мне надо отдохнуть, — прохрипел он, когда кашель отступил, и тяжело повис на Кэле.
— Не сейчас, — строго ответил тот, — и не здесь.
Поддерживая Уилла, Кэл провел его через арку, за которой продолжалась мрачная лестница.
Глава 32
Когда усталость достигает крайней степени, когда мышцы, казалось бы, уже ни на что не способны, только мужество и упорство удерживают человека на ногах.
Именно так сейчас было у Уилла. Собственное тело стало для него непомерно тяжелым грузом, но мальчик знал, что он в ответе за брата, что обязан довести его до безопасного места, и потому заставлял себя идти вперед. Но в то же время Уилла грызло нестерпимое чувство вины из-за того, что он подвел Честера и во второй раз оставил его в руках стигийцев.
«Я ничего не могу, я ничтожество…» — крутилось без остановки в голове у Уилла. Они с братом продолжали шаг за шагом подниматься по бесконечной винтовой лестнице. Мальчики не говорили друг другу ни слова. Уилл шел из последних сил, преодолевая ступеньку за ступенькой, пролет за пролетом. Ноги у него горели еще сильнее, чем легкие. Скользя по влажным ступенькам, облепленным водорослями, мальчик отгонял от себя мысли о том, что до конца пути еще далеко.
— Давай остановимся, — пыхтя, произнес Кэл.
— Не надо… Я… потом… не смогу… идти, — прохрипел Уилл, делая паузу перед каждым шагом.
Изнурительные часы тянулись и тянулись, пока он не перестал осознавать, сколько времени они уже идут по лестнице. Во всем мире не осталось ничего, кроме этих ступенек и мучительной необходимости делать следующий шаг, и еще один, и еще… и когда Уилл почувствовал, что не может двигаться дальше, ему в лицо вдруг повеял легчайший ветерок. Он инстинктивно понял, что это свежий, чистый воздух. Мальчик остановился и жадно вдохнул, надеясь избавиться от свинцовой тяжести в груди и нескончаемого хрипа в легких.
— Уже не нужен, — сказал он, указывая на респиратор Кэла.
Младший брат снял с головы громоздкую конструкцию, сложил и засунул за ремень. У него по лицу стекал пот, а вокруг глаз остались красные круги.