— Придется идти пешком.
— Хорошо, — беспрекословно ответил Кэл. Он запрокинул голову и рассматривал звезды на огромном пологе неба. — Наконец-то я их увидел, — прошептал он себе под нос.
На горизонте появился вертолет.
— А почему вон та звезда двигается? — спросил Кэл.
— Ей так полагается, — резко ответил Уилл, слишком усталый, чтобы объяснять.
Они пошли вдоль реки, держась в тени берега, чтобы их не заметили, и почти сразу же наткнулись на ступеньки, ведущие на тротуар. Лестница проходила у самого моста. Уилл понял, где они — у моста Блэкфрайарс.
Калитка наверху лестницы была заперта, так что мальчики и кот быстро перелезли через широкую стену рядом с ней и остановились на тротуаре, дрожа от холода и озираясь. Уиллом овладела ужасная мысль, что даже здесь их могут заметить шпионы стигийцев. Увидев в Колонии одного из братьев Кларк, он понял, что доверять нельзя никому, и подозрительно огляделся. Но поблизости никого не было, кроме молодой парочки. Девушка и парень прошли мимо, держась за руки; они были настолько поглощены друг другом, что не обратили ни малейшего внимания на мальчиков и их гигантского кота.
Уилл повел брата и Бартлби по лестнице, ведущей на сам мост. Наверху он снова посмотрел по сторонам, увидел справа кинотеатр IMAX и тут же почувствовал, что на этом берегу им делать нечего. Лондон представлялся ему мозаикой, составленной из мест, которые он видел на школьных экскурсиях или во время походов в музеи с отцом. Все прочее было для него загадкой, темными пятнами на карте. Уиллу оставалось только одно: положиться на свое умение ориентироваться и идти на север.
Когда они повернули налево и быстро пошли по мосту, где сновали машины, Уилл заметил указатель на вокзал Кингс-Кросс и понял, что ведет брата и Бартлби в верном направлении. Они приближались к концу моста, и Уилл остановился у фонаря посмотреть на Кэла и кота. Их маленькая процессия определенно бросалась в глаза. Он с горечью сознавал, что два промокших с головы до ног мальчика, бродящие по Лондону в такой поздний час, привлекут внимание даже без огромного кота. А им меньше всего сейчас было нужно попасть в полицию. Уилл на всякий случай попытался придумать оправдание, проигрывая в голове сценку.
«Здравствуйте, здравствуйте, — говорили два воображаемых полицейских. — Что это у нас тут такое?»
«Э-э… мы просто идем… — Уилл в воображении начал запинаться. Нет, так не пойдет, нужно говорить увереннее. Он начал заново. — Добрый вечер, офицеры. Мы просто выгуливаем соседское домашнее животное».
Первый полицейский наклонился над Бартлби, с любопытством посмотрел на него и сморщился в гримасе отвращения.
«По-моему, это опасный зверь, сынок. Почему он без поводка?»
«И кто это вообще такой?» — вставил второй воображаемый полицейский.
«Это… — начал Уилл. Что же сказать? Ну да. — Это очень редкий… очень редкое животное, помесь собаки и кошки. Называется собокот», — услужливо объяснил Уилл.
«А может, котобака?» — сухо поинтересовался второй полицейский. По выражению его глаз было понятно, что он не верит ни единому слову.
«Да как ни назови, на редкость уродливая тварь», — сказал его напарник.
«Тихо! Вдруг оно обидится!»
Тут Уилл понял, что напрасно тратит время. На самом деле полицейские просто спросят их имена и адреса, а потом свяжутся с участком и проверят. Даже если они назовут фальшивые имена, их наверняка быстро раскусят. Вот так все и будет. Их задержат и отвезут в участок. Уилл подозревал, что его разыскивают, обвиняя в похищении Честера или еще в чем-нибудь настолько же нелепом, так что он, скорее всего, попадет в исправительный центр для несовершеннолетних преступников. А Кэл вообще окажется неразрешимой загадкой, ведь о нем нет никаких официальных записей в Верхоземье. Нет, встречи с полицией надо было избежать любой ценой.
Размышляя о будущем, Уилл в глубине души даже немного хотел, чтобы их задержали и сняли с него тяжкое бремя ответственности. Он посмотрел на съежившуюся фигуру брата. Кэл был чужаком в этом холодном негостеприимном месте, и Уилл не знал, как его защитить.
Зато он знал, что если сдастся властям и расскажет им о Колонии, то расследование — если, конечно, в полиции поверят подростку, сбежавшему из дома, — поставит под угрозу бесчисленное множество жизней. Жизней его родных. И кто знает, чем это может кончиться? Уилл вздрогнул при мысли о том, что подземных жителей откроют, как выражалась бабушка Маколей, и попытался представить, как ее, прожившую долгую жизнь в Колонии, выведут на свет. Нет, он не мог так с ней поступить, не мог даже подумать об этом. Уилл не мог сам по себе принять такое важное решение за целый народ, и он почувствовал себя ужасно одиноким и заброшенным.