— Но это ведь тебе не помешало плюнуть на заветы Предков и взять себе несколько женщин? — с той же мягкостью и добротой сказала Диньбинь, но в голосе отчётливо слышались ироничные нотки.
— В мире слишком много красивых женщин, — беззастенчиво ответил переселенец, стыд которого, когда поднимаются интимные темы, умер в муках. — Если я могу им дать всё, что они просят, то думаю, что могу себе позволить маленькую слабость, — не стал уточнять парень, что некоторые «слабости» в него чуть ли не кинули.
Также он не стал уточнять, что сейчас боится сделать неправильно движение бровью и привлечь внимание ещё кого-то. Не говоря уже о ещё паре абсолютно незначительных уточнений, которые, конечно же, он не станет упоминать.
— И твоя старшая сестрёнка тоже красива? — лукаво улыбнулась Диньбинь.
Манера речи Минхе для неё была довольно непривычна. Обычно тут всё более… Тонко. Слишком «тонко». Разные луны, нефриты, цветы. Почти всегда нефриты, впрочем. Особо одарённые «ловеласы» девушек даже сравнивают с деревьями.
Переселенец был первым Практиком на памяти девушки, который открыто говорил комплименты. Это было… непривычно.
Парень, услышав вопрос Диньбинь, внутренне сжался. Портить отношения с кем-то столь опасным — не выход. Да и человек ему тут столько помогает, поэтому гадость он не может сказать чисто из принципа, даже будь это ложь. Но и переборщить с комплиментом переселенцу не хотелось… Как тогда ответить?..
«Страшная женщина», — в который раз подумал парень.
В его голову пришла весьма необычная и даже несвойственная ему идея: попробовать объединить обычный комплимент местных с тем, что он обычно говорит своим девушкам. Тогда, в теории, должно получится что-то плюс-минус нейтральное.
Глупая мысль…
— Старшая сестра Диньбинь настолько прекрасна, что мне не хочется отводить от неё взгляда, боясь, что образ сестры окажется сном, который мне больше никогда не приснится, — выдал Минхе с лицом-кирпичом, после чего съел ещё один кусочек пирожного. Он это произнёс таким тоном, будто просто констатировал факт. Не сделал «комплимент», нет. Он будто сказал «данность».
Охренеть.
«Я придурок», — понял простую истину переселенец, смотря на Диньбинь, впавшую в лёгкий ступор, явно не ожидавшую, что она услышит нечто подобное.
Щёки девушки предательски заалели, на секунду она отвела взгляд, достала из пространственного кольца веер и прикрыла им лицо, после чего вновь посмотрела пронзительно в глаза парня, будто пытаясь там что-то найти. Взяла себя в руки она почти мгновенно, убрав веер.
Почему-то парень, смотря на шипы на этом оранжевом веере, который явно подбирали под глаза девушки, был уверен, что его сейчас используют не совсем по назначению.
— Младший брат Минхе очень хитёр. Познакомил с маленьким влюблённым младшим Ванхеном, ушёл, чтобы вернуться и начать говорить столь опасные слова… — ещё более лукаво, даже немного мечтательно пробормотала она, явно играя «на публику», что совершенно не скрывала, добавив в голос ещё и иронию. Не только ледяные дриады умеют столь мастерски играть интонациями. — Неудивительно, что у тебя получилось найти сестёр, согласных на столь… интересные отношения, — даже как-то понимающе улыбнулась она в никуда, видимо, вспоминая лица этих самых «сестёр».
— Что на счёт резиденции клана Кровавого Тумана… — в голосе переселенца стало слышаться отчаяние.
Диньбинь мягко улыбнулась, взяв чашку с чаем.
— Старшая сестра всё сделает. Младший брат может не переживать.
«Да я, как бы, сейчас переживаю даже больше… — продолжил он сидеть с лицом-кирпичом, после чего взял чай и сделал глоток, про себя добавив: — Чай тут везде классный, но у бабушки Хафаты самый лучший».
Иногда он скучал по деревеньке — там он только грезил о «красивых тётях», даже не представляя всё то, что ему теперь приходится… Превозмогать, видимо?.. Да, определённо, он не избежал бича всех культиваторских новелл. Просто его превозмогания не самые обычные и адекватные.
«Надеюсь, что они там доживают свой век хорошо. Честно говоря, боюсь возвращаться обратно», — покачал головой парень, вновь сосредоточившись на разговоре с Диньбинь. Что-то его повело на ностальгию…
Итак, сладкое он теперь тоже будет есть реже, а то уж больно непривычные вещи говорит. Может, сладкое имеет свои концептуальные способности?.. Впрочем, судя по всему, в этом мире всё имеет какую-то «концепцию», и уже хватит каждый раз их упоминать…