– Никита Безопасный узнал, что станет отцом и …
Пламенная речь Виноградова оборвалась с телефонным звонком. На другом конце провода девушка металлическим голосом без лишнего трепа объявила код «Сирена». Это означало, что нужно немедленно собрать манатки и прибыть в Управление Госавтоинспекции. Дина на удивление легко и без и вопросов отпустила Женю. Докурив она закрыла окно, съехала на подкаченной попе с подоконника и не проронив ни слова отправилась восвояси. Виноградов пулей вылетел из квартиры №88 в доме на «Океанском проспекте». У подъезда его ждал негаданный сюрприз – служебная «шестерка» под парами с включенными проблесковым маячком и Мезенцевым внутри. Виноградов долго не думая прыгнул в салон.
– Серега ты как узнал, где я живу?
– Операторша сказала.
– А, где Палыч?
– Не будет сегодня Палыча, болеет наш Палыч. – И подал Виноградову бронник и шлем прапорщика.
Автомобиль рванул с места, а Мезенцев ржал не мог остановиться.
– Ха-ха. Как тебя твоя девушка на ночь глядя на работу проводила, случайно ни пинком под зад? – Ха – Просто ты из дверей вылетел как пробка из бутылки.
– Да нет, все нормально.
– Неревнивая – это здорово. А моя представляешь, дура психованная, всю плешь проела, думает я вру, а с ней уже кто только не разговаривал и Борис Палыч, и Лопатин. Скоро заставит справки из милиции носить, что я ни у проституток, а на задании нахожусь. – И хмыкнув прибавил. – Все-таки сердце бабское чувствует.
– Кстати о задании, случилось чего или так учебная тревога? – Натягивая бронежилет между делом поинтересовался Виноградов.
– Ага. Случилось. Ща общий сбор, нах…, там командир разъяснит детали плана оперативных мероприятий, получим оружие и в путь.
– Знаем мы эти детали, какой-нибудь пацан сопливый на шушлайке прокурорский «Крузак» подрезал и смылся, а нам в конторе отборной лапши на уши навешают, мол хулиганы-наркоманы пенсионера-сироту обидели.
Серый снова заржал как конь.
– По сводке двоих пострадавших, все совершеннолетние, а эти самые дорожные хулиганы не такие уж и сопливые, все грамотно обстряпали, вытолкали лохов из города на трассу, где тихо и безлюдно, а там уж дело техники, стая загоняет кабанчика на флажки и устраивает трепку. Поймал мыша и ешь не спеша.
В управлении, в холе, любому вошедшему являлась на обозрение непривычная картина. В угу, на кушетках, обитала группа гражданских. Двое женщины и двое молодух людей, все четверо сидели у столика и вкрадчиво изучали какие-то бумаги, вокруг них бегали мужчины солидного вида с телефонными трубками и громко кричали. В толпе особо выделялась парочка ребят с отекшими физиономиями пурпурного цвета. Лицо каждого из юношей сильно смахивало на раскатанный синий блин, с узкими щелками вместо глаз, будто бы на головах парней взвод десантников отплясывал буги-вуги или гопака. Сорочки и джинсы разодраны на коленях и локтях откуда зияли глубокие рана, руки заметно тряслись, а в нос бил сильный запах газолина. Лопатин ничего нового сообщить не смог, он просто пересказал версию в изложении Мезенцева, только без матов. Исключением, пожалуй, стало подробное описания транспортных средств на которых передвигались злоумышленники, скудный перечень особых примет, и еще Виноградов узнал, что в поле зрение приморской милиции эта группа, занимающаяся исключительно разбоем, попадает не впервые – подчерк соответствовал, однако задержать таинственную шайку грабителей на шассе пока не получалось. Несуществующие регистрационные номера, хорошая подготовка преступников, продуманные действия, пути отхода и малое число свидетелей все играло на руку злодеям, остальные подробности совсем скоро Виноградову поведает Мезенцев, по его словам, однажды он и Палыч даже лично принимали участие в гонке-преследования.
В патрулировании толку особенного не было, смеркалось и машин на улице становилось меньше. После проверки с десятка подходящих под описание авто, Серега, обозвав план «Сирена» – мартышкиным трудом и со словами «пусть менты вкалывают!» плюнул и взялся за более осязаемых преступников чьи моськи были роднее, а преступления понятнее и простительнее. Виноградов привык, и со временем этот вид приработка ни казалось ему чем-то из ряда вон непристойным, просто один человек оказывал услугу другому – обычное дело, тем более, что иные автолюбители, понимая серьезность содеянного, чуть ли со слезами на глазах и под железные гарантии исправиться буквально умоляли инспекторов войти в положение, отпустить их и не наказывать. Да и денежка лишней не бывает.