— Поверни-ка голову, — обратился он ко мне, сделав круговой жест кистью руки.
Я покрутил головой, давая ему возможность рассмотреть моё лицо со всех сторон. Выполнив его просьбу, я снова уставился на него с немым вопросом.
— Это не моя идея, Кирилл. Свою часть договора с тобой я выполнил полностью, нос же у тебя прямой? — Гримёр криво улыбнулся, — Твоя прежняя внешность полностью подходит для гишпанского гранда, зачем придумывать что-то новое? И согласись — я провёл отличную работу, ты снова княжич Турчанинов, а не хрен знает кто. Единственное, я не стал возвращать тебе старый цвет глаз, я пока не пробовал менять его дважды у одного и того же человека и рисковать с твоими глазами не стал, извини за эту недоработку.
— Так чья идея-то была вернуть мне настоящий облик? — поинтересовался я, отпив вина.
— Совместная, Кирилл. Насчёт этого со мной говорили Рысь, Берендей, Синельников и… Император.
Вот это номер… Мои брови моментально взметнулись вверх, а глаза чуть не вылезли из орбит от изумления. А этот-то откуда нарисовался? Я растерянно уставился на Гримёра. Это что, шутка такая что ли?
— Я не ослышался, Антон? Император?
— Да, Кирилл, сам Император Георгий. Ты только не подумай, что твои друзья с ним как-то связаны, это было раздельное мнение. Император всего лишь изъявил своё "пожелание", просто-напросто оно совпало с хотелками твоих близких.
— Антон, а ты каким боком к Императору? — спросил я, — И как давно?
— Многие знания — многие печали, Кирилл, — Гримёр вскинул бровь и скривил губы в злой усмешке, — Не лезь не в свои дела, поверь, тебе мои связи с Императорской семьёй ничем не грозят. Я ни за кого, я сам по себе. Как и Рысь, как и Берендей, как и ты сам в конце концов. Но у меня есть свои принципы, против которых я даже под пыткой не пойду. Смотри.
Он распахнул рубашку, и я увидел у него на груди старый шрам, наискось пересекавший грудную клетку.
— Работа самого Паши Скуратова, рёбра мне выворачивал. Но клиента я так и не сдал, чем и приглянулся Георгию. Теперь меня не трогают, только иногда просят оказать мелкие услуги по моему профилю.
— Тогда откуда Император про меня узнал? Может ты кому случайно про меня проговорился? — левая ладонь сразу потеплела, готовясь создать джет.
— Да меня про тебя даже не спрашивали, сразу поставили перед фактом, что я должен вернуть тебе настоящее лицо, — Антон снова взял бокал с коньяком и немного отпил, — Сложилось впечатление, что Император давно про тебя всё знает. Вот сам и подумай на досуге — кто, как и почему.
Я встал и подошёл к открытому настежь окну. Вечерний Петербург продолжал жить своей обычной жизнью: неслись в разные стороны машины и флайеры, переливались неоном вывески, где-то вдалеке прозвучал звук полицейской сирены. Кто слил меня Императору? Или хреново сработали мои гвардейцы, проглядев наблюдение Сутормина? Вопросов тьма, ответов ноль. Ну, это только пока, всех наизнанку выверну.
Внезапно в кармане заверещал смартфон, чуть не заставив меня подпрыгнуть. Чёрт, чуть сердце в трусы не провалилось. Неужели связь вернули? Достав гаджет, я взглянул на экран, с которого мне улыбалась Лика.
— Да, милая? Что-то случилось?
— Кира, связь вернули! И интернет!
— Лика, это же было ожидаемо, — тихо рассмеялся я, расслабившись, — Ты чего всполошилась?
— Ну… захотелось с тобой поговорить, мне почему-то стало очень тревожно на душе. Ты сейчас где?
Приятно, когда тебя любят. Вдвойне приятно, когда тебя любят те, кого любишь ты. Я почувствовал, как по телу пробежала волна желания.
— Скоро буду дома, — взглянув на браслет, я быстро добавил, — Через полчаса максимум. Извини, мне тут надо консультацию у Гримёра получить, и я сразу выезжаю.
— Жду, Кира, сильно не гони.
Я отключил звонок, только сейчас сообразив, что разговаривал с Ликой по громкой связи.
Гримёр немного помолчал и неожиданно выдал:
— Извини, Кирилл, ты мне, по сути, никто, только ради Анжелики тебе скажу — Император не просто так довёл до меня свою "просьбу" лично, а не через своих людей. На нашей с ним встрече кроме Великого князя и Мишки Отрепьева присутствовала и принцесса Алиса. Так вот, подозреваю, что присутствие там младшей дочери Императора было неспроста. Дальше думай сам, я всё сказал.
Антон сделал паузу, пригубив коньяк, и перевёл глаза на меня:
— Только хорошенько запомни, княжич, я тебе никогда и ничего не говорил.
Выдержав его тяжёлый взгляд, я молча кивнул, развернулся и вышел из комнаты. Аккуратно закрыв за собой дверь квартиры, спустился вниз на лифте и, выйдя на улицу, запрокинул голову к небу. Звёзды уже сияли в полную силу, наступила полночь.