— Нормально, Кирилл. Десять минут назад дон Алехандро вколол ей препарат, подавляющий действие возможно всё ещё присутствующих в организме остатков нейроблокаторов. Теперь можно выводить Маргариту Ильиничну из медикаментозного сна. Предупреждаю сразу — процесс не быстрый, так что не дёргайся понапрасну.
Он подошёл к кровати и, быстро нащупав вену в районе локтевого сгиба, ввёл в неё иглу катетера. Я невольно бросил взгляд на браслет, отмечая время. Пустив лекарство из шприца прямо в трубку капельницы, Борисыч несколько секунд поводил диагностом над мамой, после чего удовлетворённо кивнул и плюхнулся в стоящее рядом кресло. Потянулись томительные минуты ожидания.
Бессонная ночь дала себя знать. Достав из футляра мамино кольцо, я сжал его в кулаке, после чего устало прикрыл глаза и… нечаянно задремал. В голове начал неторопливо вращаться калейдоскоп картинок из далёкого прошлого. Вот мать провожает меня на первое занятие с дедом, Петром Хасановичем, целуя меня с непонятной грустью на лице, — "Не волнуйся так, Кирилл. Твой дед, как хорошая книга: немного нудный, местами очень страшный, но в общем интересный". А вот она смеётся, когда я по просьбе её отца, князя Старикова, пытаюсь воспользоваться их родовым кольцом, пыхтя от усилий и изнемогая от желания угодить старому козлу. В тот раз она ему сказала: — "Я же говорила тебе, что мои сыновья Турчаниновы до мозга костей, так что надейся, что я рожу дочь. Кирилл, сними кольцо и отдай его дедушке".
— Кольцо… — услышал я голос матери.
— Сейчас сниму, — спросонья ответил я, и тут же вскочил на ноги, сообразив, что эти слова прозвучали не в воспоминаниях, а наяву.
— Мама… — я опустился на колени, развязал узлы на её руках и осторожно приобнял, еле сдерживая рвущиеся наружу слёзы.
Сознание стремительно затопили тоскливые мысли. Как мне рассказать ей о гибели всех наших родных? А о роли её отца в уничтожении нашей семьи? О появлении в нашем роду новых и незнакомых ей людей?
— Кроме нас с тобой никого не осталось, мама… — начал я и внезапно ощутил на своей голове её руку.
— Знаю, Кира, знаю, — от голоса матери повеяло вселенской тоской, — Я всё видела своими глазами.
Я зажмурился и затих. Недолгую тишину прервал тревожный голос Константина Борисовича:
— Маргарита Ильинична, советую вам немедленно использовать родовое кольцо. Своим даром вы сможет помочь себе намного быстрее и эффективнее, чем мы с доктором Фаренго. Судя по показаниям диагноста, у вас скоро прихватит сердечко.
Разжав кулак, я взял с ладони кольцо и осторожно надел его на безымянный палец матери. Она молча прикрыла глаза и погрузилась в состояние, близкое к трансу. Я и раньше не раз видел, как мама уходит в себя, используя дар Стариковых для управления внутренними энергиями. Полчаса у меня есть точно, за это время надо успеть собрать всех, кто мне нужен, в библиотеке. Тихонько поднявшись с колен, я кивнул обоим докторам и, не отводя взгляда от матери, попятился ко входу. Нащупав рукой дверную ручку, вышел спиной вперёд и аккуратно прикрыл за собой створку.
— Ну, как она?
— Твою ж мать… — невольно вырвалось у меня от неожиданности, когда я развернулся на голос Даны.
У дверей в мамины покои собралась целая делегация: Лика, Рысь, Дана, Альха, Светлана Викторовна, и даже Вжик с Кузьмой.
— Вот и чудненько, — я оглядел всех собравшихся, — Теперь и бегать за вами не надо, все собрались. Пошли в библиотеку, ознакомлю вас с кратким курсом общения с княгинями.
Подхватив под руки Лику и Альху, я потащил их по коридору в нужном направлении, а остальные, тихо переговариваясь, двинулись следом за нами. Кресел на всех не хватило, но у них были широкие подлокотники, чем часто пользовалась Лика — она любила сидеть вместе со мной. Вот и на этот раз, она примостилась сбоку от меня, Дана точно так же села на подлокотник кресла Светланы Викторовны, а три оставшихся заняли Альха, Вжик и Кузьма Фёдорович. Оставшийся на ногах Рысь, просто встал позади моего кресла, облокотившись на его спинку.
— Итак, господа и дамы, — произнёс я, медленно обводя взором присутствующих, — В первую очередь, это касается молодого поколения. Кроме графини Альхи, естественно, она хоть и шебутная, но за её воспитание я спокоен.
Заметив, как фыркнула Дана, я погрозил ей кулаком:
— И защищать не буду и кольцо отберу. Усекла?
Светлана Викторовна подняла руку и выписала Данке подзатыльник. Хмыкнув, я продолжил:
— С этого дня княгиня Маргарита Ильинична Турчанинова является Главой рода со всеми вытекающими для вас последствиями. Для людей, не принадлежащих к роду, на первых порах допустима единственная форма обращения — Ваше Сиятельство, в дальнейшем по обстановке. Слуги рода могут обращаться только с упоминанием титула — княгиня. Для близких людей Маргарита Ильинична сама установит правила общения. Надеюсь на ваше понимание и рассудительность — она иногда бывает довольно резка, но всегда по делу. Моей матери не дерзить, при ней не сквернословить и исполнять всё, что она скажет. Категорически не советую решать спорные или непонятные для вас вопросы самостоятельно, лучше обратитесь либо ко мне, либо к Светлане Викторовне. Все всё поняли? Тогда всем спасибо, все свободны.