Но дед-то был всяко поопытнее моих молодых гвардейцев, и его следующий шаг стал для всех, — включая и меня, — чертовски неожиданным. Он использовал кулак Белки, как опору. Запустив навстречу ледяному навыку Вики две огненные струи, он оттолкнулся от него, как от стартовой площадки и, выбив спиной стекло, вылетел в окно, как ракета. Комната мгновенно окуталась облаком пара.
— Очистка! — заорал я.
Но как сражаться в закрытых помещениях моих гвардейцев учить не требовалось. Уже через секунду комната полностью освободилась от марева — Белка сконденсировала из пара воду, которая мгновенно пролилась на пол небольшим дождём.
Все бойцы одновременно рванули к окну, и даже не посмотрев предварительно вниз, начали в него выпрыгивать. И тут снаружи раздалась короткая очередь "Пустельги".
— Всем стоять! — закричал я, что есть мочи.
Но было поздно, к этому моменту в комнате из восьмерых бойцов осталось только четверо: я, Дюжина и два обожжённых, лежащих без движения бойца, которые первоначально охраняли деда внутри помещения. Выглянув в окно, я увидел Белку и трёх её бойцов, стоящих вокруг… разорванного на куски тела князя Старикова. Пилот "Пустельги" выполнил приказ ни секунды не сомневаясь в его правильности. А приказ у него был стрелять во всех, кто приближается к особняку или покидает его с применением боевых способностей.
Я чуть не схватился за голову — твою же мать, вот это нежданчик мне прилетел. И ведь никто, кроме самого деда, не виноват. А нет, всё же и я буду виноват, потому что прямо сейчас могу откатиться назад на одиннадцать и ещё раз на пятнадцать минут. Почти полчаса запаса. Но не буду. Быстро прикинув все последствия своего шага, я почти сразу отказался от этой мысли. Слишком уж я ненавидел князя Старикова, а тут он погиб по собственной инициативе без моего прямого участия. Стечение обстоятельств, и ничего более. Дед в глухой опале у Императора, и никто мне за его смерть ничего предъявлять не станет. Кроме матери. Поэтому она ничего не должна узнать, надо озаботиться этим вопросом со всем тщанием. Да и про то, что дед был у меня, знают только двое посторонних — Греков и Даманский, но я абсолютно уверен, что оба будут об этом молчать. В общем, был князь Стариков, и нет его больше, сгинул в неизвестность, хрен его кто найдёт.
— Белка, труп пока спрятать где-нибудь во дворе, — свесившись в окно, сказал я, — После этого сменить пилота в "Пустельге" и всех, кто знал, что Стариков тут был — ко мне на инструктаж. Я жду в библиотеке. И давайте побыстрее шевелитесь, день рождения никто не отменял, так что у вас максимум полчаса на всё про всё.
— Принято, — ответила Вика, и дав знак своим бойцам, достала из-под полы куртки рацию.
Уже через пять минут в библиотеке собрались двенадцать бойцов. Последними пришли Белка с Дюжиной. Мои брови немедленно поползли вверх, потому что они явились под ручку. Я чего-то не знаю?
***
— Что там случилось, Кира? — подошедшая Лика, пристально посмотрела в мои глаза.
— Всё нормально, милая, не бери в голову. Дедуля сбежал, паразит, — я покачал головой, скривив рот в злой усмешке, — Главное, что наши все живы, только двое раненных.
И крепко обняв девушку, поцеловал её в губы, внутренне проклиная себя за то, что сейчас мне приходится врать ей прямо в лицо.
— Кто приехал, пока меня не было? — сменил я тему.
— Ну… машину Синельникова ты уже видел. Ещё приехали Ждан и шесть ребят из моей тусовки байкеров, а больше мы никого и не приглашали, остальные с нами в одном доме живут, — улыбнулась мне Лика.
— Байкеры и аристократы за одним столом? — округлил я глаза; слова Лики поразили меня, как гром среди ясного неба.
— А что ты о них знаешь, Кира? — рассмеялась та в ответ, — Неужели до сих пор не понял, что байкеры тоже могут быть аристократами?
Ждан, гад такой, мог бы и раньше мне сказать, что в миру он сын графа Третьякова. Остальные тоже были отпрысками знакомых мне фамилий. Почему я их не знал в лицо? Да потому что я не успел поступить в университет, а все приглашённые Ликой байкеры-дворяне были его студентами. Причём не ниже третьего курса. И все они дружно игнорировали светские рауты, предпочитая им свою тесную, сплочённую тусовку, потому я их раньше и не встречал.
Как говорил нам с братом отец — "Век живи — век учись тому, как следует жить". А я пока вынужден заниматься только какой-то хренью и постоянной беготнёй. Тут же мелькнула мысль, что у меня впереди два дня покоя, и надо бы потратить их с умом. Ну вот после операции и подумаю, а пока… Гуляем!
С подарками покончили довольно быстро. Про наш с Берендеем подарок Лика знала заранее, — дать бы за это хорошего ремня Дане, — остальные подарки, слава Многоликому, оказались гораздо менее габаритными. Я наблюдал за этой церемонией издалека, справедливо полагая, что вечером мне предстоит выслушивать восторги от самой виновницы торжества и потому охи-ахи, которые сейчас раздавались метрах в пяти от меня, были мне абсолютно не интересны. Я пока спокойно обдумывал, что мне ещё предстоит сделать в связи с внезапной гибелью Старикова.