— Чего? — не понял хакер, переводя взгляд с одного на другого.
— Рассказать не хочешь? — ласково спросил его Берендей.
Вжик только помотал головой:
— Не хочу.
— А придётся. Ты же понимаешь, что тут не грузчики собрались пивка попить. У нас у каждого из-за спины каторга выглядывает, а то и тихая смерть [15].
— Расстреляли меня, — Вжик скинул куртку и задрал рубашку.
На теле виднелись старые шрамы от пуль: два на груди и один на животе.
— Вот так меня наградила Империя за расшифровку одного из государственных кодов. Попытался доказать, что это может сделать противник, а меня сразу же закрыли и через полчаса часа… убили. Повезло, что врача у них не было смерть подтвердить, торопились. Очнулся уже в земле, прикопанный в лесу — видать, поленились рыть глубоко. Вылез потихоньку, но чувствую — скоро подохну. И тут Многоликий сжалился, набрел на меня грибник из местных, он с женой и вы́ходил.
— Дела-а-а, — протянул Берендей, — Ладно, Сергей Петрович, проехали.
Но всем сразу стало ясно, что Берендей обязательно проверит всё сказанное Вжиком, причём очень скоро.
В общей сложности нам потребовалось три часа на составление плана проникновения и ещё парочка на разработку способов отхода. План был один, а вот способов аж четыре. Отсутствие хозяина было обязательным условием, никому не хотелось испытывать судьбу, схлестнувшись с сильнейшим "энергетиком" Империи. Папа пообещал через пару-тройку дней предоставить график передвижения главы СБИ и поставить наблюдателей возле самого дома и подъездов к нему. В общем, ночь прошла плодотворно, план оказался простой и технически несложный. И это ещё никто из присутствующих не знал, что теперь у меня все родовые кольца. Кроме Рыси, естественно, который предупредил меня ещё в "Аду" по поводу молчания. Да я и сам не дурак, светиться перед Берендеем таким приобретением нельзя — это он сейчас белый и пушистый, но если ему понадобится, то ведь может и жёстко в оборот взять. Так что козыри в моём рукаве лишними не будут.
Как только я зашёл к себе в номер, то чуть не захлебнулся слюной. Запах жареного мяса напомнил мне, что эклер давно переварен в ноль и мне чертовски хочется есть. Нет, мне хочется жрать! Нахрен гарнир! Жрать мясо, отрывая зубами куски!
И тут из кухни появилась Лика, одетая… в нечто замысловато-легкомысленное и прозрачное. Осмотрев меня с ног до головы похотливым взглядом, она развернулась и аппетитно дразня своей еле прикрытой грудью и прочими филейными частями, удалилась мимо меня в спальню.
Э-м-м… что-то мне и есть уже не так сильно хочется. В принципе, мясо никуда не денется, визита Рыси можно не бояться, он на обратной дороге носом клевал. Так что выбор очевиден.
— Лика-а-а, солнышко-о-о. А что это за безобразие на тебе надето?
[15] Тихая смерть — удушение без свидетелей. Непубличная казнь, которой предавали самых отъявленных преступников против Империи.
Глава 18
— Похоже, мы плотно подсели на ночной образ жизни.
— Тебе не нравится? — спросил на ходу Рысь, таща к флайеру здоровенный чемодан.
— Это не жалоба, это констатация факта, — улыбнулся я, подкинув на плече большую сумку с барахлом Лики.
Мы наконец-то начали переезжать в мой старый новый дом. Пока только впятером: я, Рысь, Лика с Белкой и Вжик. Кузьма Фёдорович, осмотрев подземный гараж в доме на Большом проспекте, разочарованно скривился и, поджав губы, заявил, что пока его не оборудуют хотя бы до уровня "Ада" — ноги его тут не будет. Соответственно, и его флайера. В ответ на моё возмущение, при очередном рейсе за вещами, он показал мне свою мастерскую в гараже борделя. Сказать, что я потерял дар речи — это ничего не сказать. Там был даже промышленный подъёмник, который мог не только поднимать любой вид транспорта, но ещё и поворачивать его под нужным углом к мастеру. Нецензурно восхитившись, я лишь почесал голову, а когда узнал стоимость этого агрегата, то молча закатил глаза к потолку и сплюнул на пол. Вернее, хотел сплюнуть, но только сделал вид — вокруг стояла хоть и не стерильная, но всё же безупречная чистота. На моё предложение перевезти подъёмник, Рысь только рассмеялся и поверг меня в ступор сообщением, что это собственность борделя. Ну вот зачем публичному дому приспособление, способное вертеть во всех положениях машины, а не девушек?
Давно известно — то, что нельзя получить за деньги, всегда можно достать за большие деньги. Или за очень большие деньги. Так что, каналы и ходы найдутся, тут Берендей поможет, вопрос лишь, где взять эти самые большие деньги. Когда я поделился этой нехитрой мыслью с Рысью, то в ответ услышал: