Тогда прозвучал первый тревожный звоночек.
В конце ужина, как всегда, ближе к ночи, я ненароком спросила про грядущий Новый год.
“Хорошо бы решить где мы его встретим”...
И тут его словно подменили!
Миша стал в секунду Михаилом. Я не сразу поняла… Просто ошалела.
Он как-то скукожился и стал чаще смотреть в окно напротив, избегал прямого контакта наших глаз.
Что его всполошило? Что заставило почувствовать себя неуверенно?
Семья…
Нет, именно в тот “вечер-с-гирляндой” я ничего не поняла. Мы просто разъехались, окутанные робким молчанием. Я - от неведения. Он - от стыдливости за то, что мне еще предстояло узнать.
Семья…
Скоро он все рассказал. Сам. Я не давила.
Никаких совместных новогодних праздников! Никаких мечт о будущем! Никаких реальных планов!
“Счастья больше не будет” - так было написано на его лице…
Семья…
У него была жена, а со мной он был “в командировке в соседнем городе”. И не какая-то там жена, а чья-то важная дочь. Ну, вы понимаете как это бывает.
Я не стала его уговаривать бросить все, рискнуть, начать со мной новую жизнь. Не стала узнавать детали, “важность” родственников жены. Не стала. Я просто его отпустила.
И стала Ликой - жесткой, расчетливой, в чем-то даже наглой…
Ликой, чье сердце закрыто от всех.
Ликой, которая не боится послать и высказать все в лицо. Потому что настоящее счастья было, было тогда, и оно длилось месяцы, но я хотела, чтобы оно длилось годы…
Ясин прислал сообщение: “Ресторан “Ферлони”, восемь вечера”.
Кто он для меня?
Он - новый Миша?
Или новый Михаил?
Я подошла к большому зеркалу и посмотрела в отражение. Всматривалась долго, несколько минут, но ничего, похожего на счастье не обнаружила.
Но, не время плакать! Время искать!
Раскрытый настежь шкаф ввел меня в привычное всем женщинам состояние “нечего надеть”.
Перебирать то, что ты точно не наденешь сегодня, искать в шкафу то, что ты точно не покупала. Ох, приятные хлопоты, не ведущие ни к чему, кроме волнения. Наконец, иррациональный выбор был сделан - темно-коричневое платье, длинное, закрытое. Оно невероятно смотрится в полумраке хорошего ресторана.
Оно сообщит Ясину то, что надо - “не надейся, но попробуй”.
цок.
Цок.
ЦОк.
ЦОК.
Роскошная тишина на мгновение нарушена. Туфли делают свое дело. Всегда. Всегда! Запомните это.
Приходилось бывать и прежде в “Ферлони”. Невообразимо высокие потолки во всех четырех залах. Огромные, просто исполинские, окна впускают дневной свет и создают какой-то особенный уют. Обедать здесь - всегда удовольствие. Те три, может четыре, деловых обеда, что я провела здесь, мне запомнились. И нет, не гостями, с которым я вела беседу, а именно интерьерами.
“Ферлони” на этом месте давно, я признаться не в курсе, на сколько. Стены украшены картинами - словно это картинная галерея, частная, скрытая ото всех.
Мебель - словно из фильмов Вуди Аллена 20-го века. Благородная, но видавшая свое… Если бы эти столы и стулья могли общаться, им бы не составило труда рассказать о сотне любовных историй, что здесь взяли старт.
Вот и мой восточный гость.
Ясин сидел спиной ко входу. И лишь только слышал “цоканье”, даже не догадываясь, что это по его душу.
- Должна признаться, вы удивили меня выбором ресторана. - не жду от него джентльменских манер, сама отодвигаю себе стул.
- Лика, о… вы… вы прекрасно выглядите. - вот те на! Опять смущается! С первых мгновений встречи со мной.
- Здесь приятно. - улыбаюсь.
- С вами, Лика, будет еще приятнее. - он медленно кладет свое руку на мою, но я не позволяю этому случиться. Не дождется!
Ясин в вечернем, можно сказать торжественном облачении. Темный костюм, он ему правда идет. Сорочка белоснежная, без галстука. Туфли яркие. Ремень тоже.