— Всё-всё, — весело прощебетала та. — Отключаюсь.
Я же погасил экран коммуникатора и, бросив его на прикроватный столик, выскользнул из-под одеяла. Шаг, другой, и вот я уже стою у ведущей в ванную комнату нарочито оставленной приоткрытой двери, из-за которой доносится шум льющейся в душе воды и тихая музыка, которой подпевает мелодичный голос моей жены. Сирена, как есть сирена… И вообще, у нас медовый месяц!
[1] Боярское Слово — здесь имеется в виду свод законов и установлений, регламентирующих права и обязанности боярского сословия. Существует так же Государево Слово, определяющее права и обязанности государевых людей (градских и сельских обывателей, заводчиков и помещиков) и Соборный Судебник, являющийся сводом законов, регламентирующих взаимоотношения упомянутых сословий.
Глава 5
Основы доведения и пакостестроения
С первого доклада Гдовицкого прошла неделя. Неделя отдыха, которую я с удовольствием провёл на базе «Гремлинов» в компании жены и младших учениц. Инга с Анной, давно нашедшие общий язык, заняли большую часть того времени, что я не мог посвятить Ольге ввиду её собственной занятости. А дела… дела я отложил. Собственно, за это время в нашем разросшемся хозяйстве попросту не возникало проблем, требовавших моего личного вмешательства. Близняшки с успехом справлялись с надзором за работой найденных Северским строителей, Гдовицкой и Вербицкая занимались проверкой и дополнением данных, полученных мною от Дитца и Рауса, Елизавета пропадала в лаборатории, время от времени прерывая свою учёбу и опыты воркованием со столь же редко выбирающимся из своей мастерской Вячеславом… в общем, все были при деле и, самое главное, не чапали меня за нервы, как говорил один мой знакомый из того, прошлого мира.
Впрочем, это не мешало мне самому отвлекать их от дел. Точнее, вытягивать своих учеников и учениц на обязательные тренировки. И да, именно учеников. Помимо учёбы заглянувшего в гости к Марии Леонида, каждое утро я открывал окно не только в Кострому, вытягивая на тренировку близняшек, но и в московский бестужевский особняк, чтобы пригласить на очередное занятие главного охранника моего тестя. Аристарх Макарович, наконец-то, нашёл время для повышения своей квалификации эфирника и с удовольствием выбирался из душной летней Москвы в Карпаты. И надо отдать ему должное, перед каждым визитом ярый демонстративно оставлял свой коммуникатор на столике прихожей московского особняка, а оказываясь на базе «Гремлинов», не пытался определиться на местности иными способами. Понятное дело, что в такой демонстрации отсутствия намерения узнавать место расположения базы было больше игры, но… приятно, да. Не скрою.
Но, честно говоря, я бы покривил душой, если бы сказал, что во время вынужденного отдыха на Апецке был занят лишь тренировками своих учеников да общением с женой. У меня нашлось время и на изучение блюфростов, и на чтение документов и книг, рекомендованных бывшим егерем, а ныне управляющим московских владений Бестужевых. Но всё когда-нибудь заканчивается, завершился и этот короткий период затишья.
Первым звоночком стал доклад Гдовицкого по порученному ему делу. Владимир Александрович не поленился и притащил в мой кабинет целый ворох бумаг, составленных не без деятельного участия нашей с ним ученицы. Мария Вербицкая, несмотря на присутствие на Апецке сильного отвлекающего фактора в виде своего суженого, отнеслась к заданию с завидной скрупулёзностью и за одну неделю систематизировала огромное количество информации по заказчику подставы «Гремлинов», занимавшему, как выяснилось, немалую должность в Центре Содействия.
— Славно-славно, — выслушав доклад Самурая и внимательно прочитав подготовленный им доклад, я кивнул. — Что ж, личность заказчика подтверждена, теперь можно и заняться им по-настоящему. По принципу «око за око, зуб за зуб», так сказать.
— Я думал, ты хочешь через него подобраться к Центру, — прищурился Гдовицкой.
— Зачем? — пожал я плечами в ответ, старательно сдерживая вздох. Понять, что Владимир Александрович по своей «учительско-тренерской» привычке опять решил устроить мне проверку, было несложно. Но… ай, хотя бы прежних ошибок не повторяет, уже хорошо. — ЦС нам не соперник и не враг, а вот этот конкретный разумный таковым является. Не соперником, но неприятелем точно.
— Уверен? — протянул Самурай. — Если вспомнить не такие уж давние события, то противостояние с нами начал именно ЦС. Повышение цен, исчезновение с рынка и торговых площадок самого Центра необходимых для работы отряда деталей и материалов…