Туристы (СИ)

�идишь, куда идут эти коты? – Звонящая громко осведомилась, а Сенцов который только начал разбираться в схемах на игрек-экране, заставил себя мучительно отвлечься и смотреть туда, куда показывала Звонящая. Да, “аномальные” коты навязчиво льнут к заполненному пыльными книгами огромному шкафу – буквально, на каждой полке пытаются гнездиться, а так же – бегут на кухню, очевидно, пристраиваясь у холодильника. -Мы должны пройти через эти коридоры! – хладнокровно определила Звонящая без тени страха. – Только тогда мы сможем найти штуковину, которая их создала! Вот оно, что! А Сенцов ещё удивился, почему Звонящая увешана игрек-пистолетами?? Ведь в пустой квартире, кроме котов, опасностей никаких... Оказывается, она решила проброситься в нехрональный мир, к фашистам на завтрак... -Ты понимаешь, почему Репейник выбрал для этой миссии тебя? – вопросила Звонящая, уставившись на Сенцова своим страшным суровым взглядом, до боли похожим на взгляд Траурихлигена. -Н-нет... – выдавил правду Сенцов, собирая все силы, чтобы не отвести свои несчастные глаза. Большой рыжий кот тем временем запрыгнул ему на колени и принялся тереться головой о сенцовскую грудь, громко урча прямо в лицо. -Потому что ты – Траурихлиген! – пояснила Звонящая, что-то усердно вычисляя на игрек-ноутбуке. – С кем ещё к фашистам соваться, как не с Траурихлигеном! -Понятно... – угрюмо буркнул Сенцов, поняв, что ему предстоит отвлекать фашистов на себя, пока Звонящая будет портить траурихлигеновский гаджет. Он – никакой не Траурихлиген, он – подсадная утка. -Идём, кошачий брат! – поторопила Константина Звонящая, поднявшись с дивана и перемещаясь поближе к нехрональному шкафу. – Я рассчитала проброс – осталось только нажать на “Старт”! -Ага, – Сенцов отлип от дивана, разгоняя котов, и нехотя потащился... на верную смерть. *** Сенцов как обычно, сделал глубокий вдох перед тем, как Звонящая надавила на этот самый “Старт”... И дьявольские перегрузки сдавили его тело, скрутили в бараний рог, буквально, разорвали на части, стремясь прикончить... Константин пытался кричать от дьявольской боли, но только беззвучно разевал свой рот, а перед глазами мигали острые злые искры, ослепляя, едва ли не вырывая глаза... БАБАХХХ!! – жуткий грохот разорвался в ушах, и Константин, будто бы, со всего маху напоролся на бетонную стену, размазавшись в лепёшку, теряя руки, ноги, голову... Он даже подумал, что пробросился прямо на мину, и его разорвало в клочья... ПЛЮХ!! – какая-то противная жижа заглотила его с покрышкой, и Сенцов в ужасе решил, что это – смерть... Погружаясь всё глубже, Сенцов задыхался, инстинктивно стремился вынырнуть, и находил сначала руки, потом ноги... Мины не было, он уцелел – только вылетел из петли переброса чересчур жёстко, и, кажется, куда-то не туда... Вокруг была страшная подводная мгла, а воздуха в лёгких не осталось ни грамма, и Сенцов, судорожно копошась, ринулся туда, куда ему показалось “наверх”. Вырвав свою бедную голову из цепких лап погибельной жижи, Константин принялся хватать воздух перекошенным ртом, кашлять, плеваться, всё копошась и копошась, пока, наконец, не понял, что этой жижи ему всего лишь по колено, опустившись на противное, вязкое дно. Разлепив глаза, вытирая их руками, Константин обнаружил вокруг себя жёлто-коричневые камыши и осоку, грязную воду, длинные ветки ивы, свисающие откуда-то сверху... И тут же Константин осознал, что противное дно под ним – трясина, она засасывает его, и если Сенцов не поторопится её покинуть – ему придёт ужасный конец. Продираясь сквозь камыши, Константин едва выбрался на грязный, склизкий бережок, вымотавшись так, что просто плюхнулся на него лицом вниз и лежал до тех пор, пока не отдышался и не смог ощутить свои руки и ноги. Вместе с конечностями к нему вернулся разум. Константин, наконец, вспомнил, что пробросился вместе со Звонящей... и осознал, что её рядом с ним нет... Неужели, утонула в болоте?? Да, нет, Сенцов скорее бы утонул, чем Звонящая – наверное, их разбросало, нужно установить игрек-связь... -Звонящая, приём! – заговорил он, включив свой передатчик. – Приём, это Старлей! Но передатчик изрыгал только какой-то вой и хрипы, шипел, зудел... но Звонящая почему-то не отвечала... -Чёртовы помехи... – Константин нашёл объяснение молчанию Звонящей, поднялся с коленей на ноги, сделал пару шагов вперёд. И тут же наткнулся на автоматное дуло, которое смотрело прямо ему в лицо... -О, а ось и вин! – незнакомый скрипучий голос вырвался из-за дула, и Сенцов вздрогнул, посмотрел поверх автомата и увидел некоего субъекта, обряженного в грязный тулуп, шаровары и картуз. Сенцов не успел и пикнуть, как к нему сзади подкрался второй незнакомец и принялся вязать руки верёвкой. -Гэй-но, Петро, мы словили Краузе! – крикнул этот субъект из-за сенцовской спины, и Константин понял: проклятая “штукатурка” Красного сыграла с ним злую шутку, придав сходство с Траурихлигеном, а эти типы – местные партизаны. Они считают, что действительно, “словили Краузе”, и они его расстреляют, а то и нанижут на кол... Резко развернувшись, Константин залепил жёсткий удар ногой тому, кто вязал ему руки, а потом – второй ногой выбил направленный на него автомат, скользнул в сторону и тут же столкнулся с тем, кого звали Петром. Петро попытался его ударить, но Сенцов опередил его, залепив тяжёлую затрещину, и помчался, куда глаза глядят, лишь бы избавиться от этих партизан, найти Звонящую и продолжить миссию. Сорвав на бегу со своих запястий дурацкую верёвку, Сенцов отшвырнул её в траву и тут же столкнулся с целым десятком таких вот, партизан, которые обступили его и напали все разом, осыпая тумаками. Сенцов защищался от них, отбиваясь, но кто-то навернул его в затылок прикладом автомата, и для Константина наступила темнота... Мир Сенцова был тих и тёмен, а потом в него вторглась мучительная головная боль, рассечённое левое ухо, из которого сочилась тёплая кровь... Потом появилось что-то сырое, холодное и твёрдое, на котором покоилось сенцовское тело, и только после этого – больно связанные за спиною, затёкшие руки. Сенцов лежал на боку в каком-то месте, где царила мгла и сырость, но он пока что был жив, хоть и поколочен так, что едва дышал... -Блин... – прокряхтел Сенцов, с огромным трудом поднявшись с отлёжанного замёрзшего бока на расквашенные колени. Бедные руки – если Сенцов о них не позаботится – они у него отсохнут к чёрту... Превозмогая дикую боль, Константин с трудом просунул нижнюю часть тела через скрученные руки, поднёс запястья ко рту и принялся зубами терзать верёвку, пытаясь освободиться от неё и для начала восстановить кровоток, а уж после этого хоть как-нибудь действовать. -Приём, Старлей! – это заговорил сенцовский передатчик, и Константин узнал голос Звонящей. – Где ты, Старлей, приём, это – Звонящая! -Та у меня заминка тут... – закряхтел Сенцов, мочаля верёвку зубами изо всех сил. Перегрызть он её не сможет – он не бобр – он вот немного расслабить узлы ему удалось. -Что ты там жуёшь?? – рассердилась Звонящая. – Ты что, лопать пробросился или что?? -Та я не ем! – принялся оправдываться Сенцов, не переставая работать челюстями. – Я развязываюсь! Меня тут партизаны прихватили, чёрт! -А меня – фрицы! – фыркнула Звонящая, и Сенцов только сейчас услышал, что она тоже жуёт. – Сейчас, объясню им, что я – из опа – и продолжим миссию, ясно? -Угу, – прогудел Константин, давая челюстям каторжную работу, которая, кажется, получила награду: верёвка отпускает руки, и по ним бегут острые мурашки. Звонящая сидела в подводе, которой управлял толстый фашист в очках. Погоняя пегую лошадь, он свистел маршевый мотив, отчаянно фальшивя, а, прекращая на минуточку свистеть – брал вожжи в одну руку, а другой – подносил ко рту “Сникерс Кинг-сайз”, откусывал от него большие куски. Рядом с ним сидел ещё один фашист – тощий такой, носатый,в надвинутой каске, который ничего не ел и не свистел, а только развлекался тем, что палил куда придётся из своего пистолета-пулемёта. Они разоружили Звонящую, положив её игрек-пистолеты сюда же, в подводу перед ней, глупо надеясь на то, что она не сможет развязаться и взять их. Но путы Звонящей уже лежали около неё, а сама она неслышно собирала своё оружие, рассовывая его по кобурам. Они даже не обратили внимание на то, как Звонящая разговаривает с Сенцовым по игрек-связи – решили, что она молит их о пощаде по-русски – и продолжали заниматься своими обезьяньими делами: один ел, второй – тупо стрелял. Вооружившись, Звонящая встала на подводе в полный рост. Одним точным ударом ноги она сшибла вниз, на жухлые листья, сначала толстого возницу, а потом – и его тощего товарища, который, замешкавшись от неожиданности даже стрелять перестал, застыв с МР-38 в скрюченных руках. ЛЯП! – получив сокрушительную оплеуху, он свалился вниз, а Звонящая, схватив вожжи, изо всех сил стегнула лошадку, бросив её в сумасшедший галоп. -Но! – крикнула она, нахлёстывая, и лошадь, молотя копытами землю, понеслась через неприветливый лес. Включив игрек-очки, Звонящая настроила их на сенцовский пеленг, без труда обнаружив местоположение Константина. Сенцов почти стащил с себя верёвку, когда в его тёмный мир некто впустил луч света. Константин вздрогнул, а к нему, мимо распахнувшейся двери небыстро вдвигались люди. Их было шестеро, все вооружены, шли грозной стеной. Сенцов понимал, что от партизан ему ничего хорошего не следует ждать. Они люто ненавидят Траурихлигена за то, что тот подверг их товарищей ужасной смерти, сжёг их деревни, поработил их города... Сейчас, эти люди придвинутся, схватят его и поволокут на казнь. -Ну, що, Краузе, допрыгався, поганый фашист? – осведомился один из этих грозных субъектов, хватая Сенцова за шиворот. Сенцов так и хотел им сказать, что он – никакой не Краузе, а всего лишь Сенцов... Но они бы ни за что не поверили: лицо Константина обезобразила “штукатурка”. Крепкий партизан оторвал Сенцова от сырого пола и толкнул, требуя, чтобы тот шёл к этой самой распахнутой двери, а пятеро его товарищей свирепо надвинули на Константина свои автоматы. Сенцову ничего больше не оставалось, как плестись под прицелом, и он поплёлся, выходя из тьмы на свет, под серое осеннее небо. Его вывели из землянки и поставили в плотный круг, составленный из многих людей. Они все таращились на него, как на чудо какое-то... или как на пойманное чудовище. Лица их были озлоблены, брови сдвинуты, кулаки – стиснуты. Кажется, ещё секунда – и они набросятся на Сенцова и забьют до смерти. Руки Константина оставались связанными, но он изо всех сил старался скинуть проклятые путы, растирая запястья в кровь. Свирепый крепыш пихнул Сенцова, заставив повалиться на колени в этом дьявольском кругу. Кто-нибудь другой уставился бы в грязную землю, но Сенцов не мог так раскапуститься – он смотрел и искал в плотном кругу крепышей слабое звено, которое можно будет сокрушить и вырваться. -Ну, шо, Краузе, зараз мы тебя в луне искупаем! – сообщил Сенцову тип по имени Петро, которому Константин на кануне засветил “фонарь” под глазом. -Нарешти мы тебя словили! – обрадовался другой тип, оснащённый пышными казацкими усами. – Житья тут никому не давал, проклятущий ирод! -Ну що, товарищи, на кол его, чи как? – осведомился Петро у остальных, а они загудели, наперебой предлагая для Константина страшные казни. Кажется, они сошлись на том, что Сенцову следует усесться на кол – двое даже пошли дерево рубить, чтобы сделать из него этот самый кол. Другие плевали на него, кто-то подходил, чтобы дать тумака... говорили гадости, обзывали, а Сенцов не мог сказать им, что он – Сенцов... Внезапно ближайшие кусты затрещали, будто сквозь них ломилась стая медведей, Сенцов услышал грузный топот, скрежет, гвалт... -ИИ-ГО-ГО-ГО-ГО!!! – с диким ржанием в круг партизан вломилась лошадь, смяв людей под своими копытами, а за лошадью неслась бешеная подвода, на которой, стоя, мчалась Звонящая. В одной её руке был игрек-пистолет, она нажимала на курок, меткими выстрелами прикончив тех, кто вздумал стрелять в неё из автоматов. -Давай, Старлей, прыгай! – свирепо приказала она, несясь на своей подводе прямо через смешавшуюся толпу к Сенцову. И Константин приготовился к судьбоносному прыжку. Опомнившиеся партизаны стреляли очередями, пытаясь подбить лошадь, подводу, Звонящую... Звонящая по-ковбойски отстреливалась, а Константин изо всех сил прыгнул. Он едва достал до высокого края подводы, ударился носом о её жёсткое, занозистое дно, а Звонящая выполнила суровый разворот, направив подводу обратно в кусты. Сенцов не сорвался только чудом – успел сбросить верёвку и уцепиться обеими руками, удержавшись на вираже. Позади грохотали взрывы: партизаны, кажется, бросались гранатами, и пустились в погоню, вскакивая на лошадей. -Ну ты и встрял, блин, Старлей!! – ругала Сенцова Звонящая, убивая партизанских лошадей, чтобы отделаться от погони. Две первые лошади покатились по земле, застреленные, остальные спотыкались о них и тоже падали... Погоня смешалась в ужасную кучу-малу и слава богу, отстала, а то Сенцов уже решил, что прощается с жизнью. А Звонящая хлестала и хлестала лошадь, заставляя её ломиться через заросли кустов куда-то вперёд. Убедившись в том, что за ними никто не гонится, Звонящая натянула вожжи, сбавляя бешеный ход, а Сенцов, наконец-то смог усесться на дне подводы и принять более удобное положение. Запястья болели страшно – были растёрты в кровь верёвкой, и несчастные руки были, словно чужие. -Давай, Старлей, кончай капуститься – миссия продолжается! – сурово приказала Звонящая. – Я уже вычислила наш маршрут – нам туда! – она махнула рукой вперёд, где змеилась едва заметная в кустах и листьях тропка. -Угу, – прогудел Сенцов, счищая болотную грязюку с игрек-комбинезона. -Ты, хоть, понял, что произошло?? – осведомилась у него Звонящая, направляя лошадь. -Нас раскидало... – пробормотал Сенцов, наконец-то расслабившись после страшных злоключений. -Штука Траурихлигена создала барьер для хронокоридора! – постановила Звонящая, повернувшись к Сенцову. – Ты, хоть, понимаешь, насколько он обскакал нас в технологии трансхронов?? -Я ничего не понимаю в технологии трансхронов, – честно признался Сенцов. – Из меня плохой Траурихлиген... -Твоя самокритичность достойна похвалы! – заметила Звонящая. – Хорошо, что ты верно оцениваешь свои силы! Давай, причешись, хвост пистолетом – и никому ни слова, что ты- не Траурихлиген! Будем брать наскоком! Осознал задачу? -Ага, – вздохнул Константин, опасаясь, что с треском эту задачу провалит... -Не “ага”, а “есть”! Соблюдать устав! – рявкнула Звонящая – для того, чтобы Сенцов собрал свои силы и прекратил капуститься. -Есть, – вздохнул Сенцов, причёсывая свои прежжённые волосы неуклюжей пятернёй. *** Сенцов не знал, правильно ли Звонящая рассчитала маршрут, но вскоре на пути вырос шлагбаум. Константин вздрогнул, осознав, что ему сейчас придётся быть Траурихлигеном... -Хайль Гитлер! – рявкнули солдаты-постовые, вытянувшись в струночку, потому как сразу приняли Сенцова за Траурихлигена. Они даже пропуск у него спрашивать не стали, и Сенцов почувствовал облегчение, когда молоденький солдатик принялся крутить ручку, поднимая шлагбаум. Если они и дальше так минуют посты – миссия будет легче лёгкого. Лицо Звонящей было бесстрастно, как у статуи, когда они проезжали мимо суровых немецких солдат, которые, не задумываясь, расстреляют любого, кого сочтут врагом. Внезапно Сенцов узнал то место, где они находились – впереди над лесными верхушками замаячила страшная чёрная башня, которая, казалось, высилась до самых мокрых небес. “Излучатель” – сказал об этой штуковине Красный, и Сенцов невольно подумал, что эта штука, действительно, какой-то излучатель, который и создаёт эти аномальные коридоры... И если они его не сломают – он не сможет отправить Катю домой. Сенцов никогда не вошёл бы в замок с призраками. И в ядерный реактор он бы тоже не сунулся... А то место, где он оказался сейчас, напоминало ужасный гибрид замка с привидениями и ядерного реактора – тёмные булыжные стены, широкие каменные ступени, сырость и холод в сочетании с высокотехнологичными дверями, которые открываются карточкой, уходя вверх с лёгким жужжанием... Константин никогда бы не открыл эти двери сам – им со Звонящей повезло, что возник этот тип, затянутый поясом, который не задавал вопросов – только крикнул “Хайль Гитлер!” – и принялся открывать двери, как робот. -Его зовут Заммер, – Звонящая на всякий случай подсказала Сенцову его фамилию, чтобы он, пустоголовый, не перепутал его с кем-нибудь другим. И Сенцов мысленно сказал ей спасибо, потому что фамилия затянутого напрочь вылетела из его головы, изгнанная партизанами, Катей и нервами. Здесь было очень много таких дверей, и Заммер их всё открывал, молча пропуская Сенцова всё дальше и дальше по страшным коридорам, до тех пор, пока они не попали в некий просторный кабинет. Слишком просторный – как зал кинотеатра, с очень скудной мебелью: компьютерный стол и вертящееся кресло. На компьютерном столе стоял выключенный тихий компьютер, а в стороне Константин заметил вычурный, огромный камин, украшенный статуями драконов, героев, злодеев, зверей... Странное место – только никакого трансхрона или осциллятора тут нет – только обыкновенный компьютер. Сенцов взглянул на Звонящую, а она, повернув к нему своё лицо, приказала по-французски: -Прогони Заммера! Сенцов кивнул и напустил траурихлигеновскую суровость, сдвинул наштукатуренные брови и постарался рыкнуть: -Заммер, вон! -Яволь, – послушно кивнул Заммер и исчез, растворившись в хитросплетении коридоров -Класс! – похвалила Звонящая, подняв большой палец, и вытащила игрек-ноутбук. – Не думаю, что этот комп – причина помех... – негромко сказала она, включая игрек-ноутбук, и запуская на нём программы, не известные Сенцову. – Сейчас, я это место просканирую – думаю, тут есть тайные ход... И откуда она всё знает? Сенцов удивлялся, бродя от одной пустой стены к другой до тех пор, пока Звонящая не одёрнула его. -Ты что? Ты же – Траурихлиген! – ругнулась она, пригвоздив Константина к месту. – А ты бродишь тут, как суслик! Давай, подходи к ноуту, я что-то нашла! -Угу, – Сенцов приблизился, взглянув на голографический экран, увидел снова эти кубические схемы, светящиеся линии и ничего в них не понял... -Камин проверь! – приказала Звонящая, выключив ноутбук, и широким шагом проследовала к этому самому камину, переступила латунную решётку, приблизилась к испещрённой барельефами дальней стене. Сенцов последовал за ней, занёс ногу, переступая эту самую витиеватую решётку. Правой ногой он перелез благополучно, а левой – сурово споткнулся, не удержал равновесие, влетел в камин как пуля, стукнувшись об эту самую стену лбом. -Та осторожнее ты, увалень! – услышал Сенцов сквозь звон в ушах. – Стоп, молодец! Ты нашёл ход! -Какой ход? – удивился Сенцов, приходя в себя, и тут же заметил, что эта дальняя стена, казавшаяся монолитной и толстой, сдвинулась, открыв тёмный коридор неизвестной длины. -Вот этот! – постановила Звонящая, отодвинув фальшивую стенку настолько, что за неё смог бы протиснуться человек. – Пошли, нам сюда! -Хорошо, – кивнул Сенцов, заходя за страшную стену вслед за Звонящей. Там висела полнейшая жуткая темнота, и Константин первым делом натолкнулся в ней на что-то. -Режим ночного видения включил? – осведомилась невидимая во тьме Звонящая впереди него. -Чёрт... – Сенцов совсем забыл включить в своих игрек-очках режим ночного видения, вот и натыкается на что не попадя... Включив этот самый режим, Сенцов смог увидеть коридор, который, казалось, тянется на километры вперёд – даже страшно становилось от его небывалой длины... Мурашки бежали по сенцовской спине, пока Константин неслышно крался вслед за бесстрашной Звонящей. А что, если этот ход ведёт прямо в ад? В ад, откуда выполз настоящий Траурихлиген?? -Стой! – внезапно Звонящая заклинилась, и Сенцов увидел, что она стоит у двери, похожей на переборку корабельного водонепроницаемого отсека. -Что это? – осведомился Сенцов, остановившись около неё. Дверь была задраена, а около неё висел сканер. Она открывается карточкой, которой у Сенцова нет. У Заммера её, тоже, наверное, нет – такая карточка была только у настоящего Траурихлигена, а теперь её нет ни у кого. -Дверь! Давай ключ! – потребовав, Звонящая протянула руку, а Сенцов в ответ только вздохнул: -У меня нет... -Как это – нет? Ты же – Траурихлиген! – разозлилась Звонящая. – У тебя должны быть тут ключи от всех дверей! -А от этой – нет... – проканючил Константин, чувствуя, что завалил операцию. Нужно было получше копаться в траурихлигеновском столе, а он не копался – ленился... -Ну, ты, Старлей, даёшь! – свирепо фыркнула Звонящая, сложив руки на груди. – Я уже поверила, что ты похож на него! А ты? Чёрт... ладно, по карманам копни – тебе Красный там карточек напихал... Сенцов глупо полез своими глупыми руками в карманы и действительно, что-то там нащупал... Вытащив, он понял, что это – портмоне, а в нём – полно всяких карточек: визитных, кредитных, дисконтных... Неужели Траурихлиген ими пользовался?? Или просто тащил и складировал, как Плюшкин? -Ну, давай карточку, Старлей, чего застрял? – Звонящая несильно пихнула его локтем, заставив включить мозги и выбрать ту карточку, которая, на его взгляд, смогла бы открыть эту дверь. -На... – булькнул Сенцов, протянув Звонящей эту саму карточку, а Звонящая, вместо того, чтобы взять её и справиться с дверью, вдруг отскочила к дальней стене и оттолкнула туда же Сенцова. -Ай, ты чего?? – изумился Константин, восстанавливая хрупкое равновесие. -Сканер ДНК с системой удалённого сканирования! – рыкнула Звонящая. – Ты понимаешь, что для того, чтобы открыть – мало одной карточки?? -Ага... – промямлил Константин, догадываясь, что Звонящая только что спасла его от чего-то страшного. – И... что? -Куриное капшто... – вздохнула Звонящая, держась около стены. – Мы бы эту дверь не открыли никогда, а если бы попытались – нас бы убило из этой пушки! – она кивнула головой, показав куда-то вперёд и вверх, Сенцов глянул и увидел, что она права: над дверью, действительно, висит пушка устрашающего вида, и если сканеру ДНК они не понравятся – пушка выстрелит... -Пойдём дальше по коридору, посмотрим, хотя бы, что там... – настроение Звонящей заметно подпортилось, она без энтузиазма отправилась вперёд, в страшную темноту коридора, в которой – Сенцов уверен – скрываются другие пушки, ещё похуже этой. -Ага, – Сенцов кивнул в десятый раз за этот страшный день и уныло потянулся за Звонящей, до тех пор, пока она не уперлась в новую дверь... Дальше хода не было – задраенная дверища превратила коридор в непроходимый тупик. -Чёрт! – Звонящая, было, зарычала, потому что и эта преграда несла такой же сканер ДНК, как и предыдущая, но быстро взяла себя в руки и сказала Сенцову: -Так, Старлей, он запер свои двери, но я вычислила: источник хронопомех находится здесь! Я передам Репейнику эти координаты, параметры дверей и полей вокруг них – пускай, пробивает – мы потом сюда вернёмся! *** Сенцов думал, что Звонящая пробросится на Базу, и его мучения подойдут к концу, но – нет, она вместо Базы решила навестить Красного и Бисмарка в Еленовских Карьерах. Константина пронзил ледяной страх: Звонящая ничего не знала про Катю, и дай бог, чтобы Красный не проболтался ей... Репейник молодец, не проболтался... Сейчас Звонящая сидела в кабинете Траурихлигена, за его зловещим столом, а Красный, Бисмарк и Сенцов стояли перед ней “на ковре”. -Мы нашли источник помех! И он действительно, находится в этой башне! – вколотила Звонящая, стукнув по столу Траурихлигена кулаком. – Мы со Старлеем попали внутрь, но у нас возникли проблемы! Траурихлиген защитил свои пожитки сканером ДНК! Наша задача – узнать, что создаёт помехи! Красный, идеи есть? -Ну, это надо у Старлея спросить, – отбоярился Красный. – Он же у нас тут голова! -Теплицкий похитил тело Траурихлигена у нас из-под носа! – сурово напомнила Звонящая, нервно роясь в бумагах, которые лежали на столе сенцовскими россыпями. – Старлей, у тебя свинник на столе! – заметила она, выхватив из хаоса одну бумажку. – Я ни за что не поверю, что у Траурихлигена был такой свинник на столе! Сенцов решил отмолчаться – и так уже за сегодняшний день натерпелся... Но Звонящая посмотрела на выхваченную бумажку. Сенцов грешил тем, что вместо генеральской работы писал Кате неуклюжие стихи. Он испугался, что Звонящая такой его стих прочитает... -О, Старлей, это ты меня нарисовал? – осведомилась она, помахав бумажкой. – Неплохо! Не знала, что у тебя такая ловкая рука! -Это не он – это турист тебя нарисовал! – поспешил хихикнуть Красный, уводя Звонящую от украденного тела и навечно запертых дверей. -Так! – Звонящая снова стукнула кулаком по столу, и прожгла Красного свирепейшим начальственным взором... наверное, даже Траурихлиген не был на такой способен... – Ты мне тут не заговаривай зубы, а работай получше, а то уволю! Ты тело Траурихлигена нашёл? -Следы теряются... – неопределённо пробормотал Красный, осознав, что его жучат. -Смотри в отчёте так не напиши! – рявкнула Звонящая, сатанея. – Я вот, что решила: припашу Репейника на всю катушку – пускай, выискивает Теплицкого хоть в аду! Чёрт... – она посмотрела на часы, увидала время и поняла, что задержалась в нехрональном срезе слишком долго – перебрала остаточных молекул, придётся в бессбойном боксе сидеть. -Так... – буркнула она, поднявшись из траурихлигеновского кресла-трона, и сурово, сухо приказала: -Значит, так! Мы со Старлеем всё там просканировали, и я передам это Репейнику – пускай, работает! А вам приказ такой: пока Репейник не выдаст мне результат – в башню ни ногой, и за Старлеем глаз да глаз! -Есть, – протарахтел Красный. -Есть! – отчеканил Бисмарк, а Звонящая смяла злополучный рисунок в кулаке. -Старлей, тебя это тоже касается! – рявкнула Звонящая, а Сенцов вздрогнул. – А то ещё крякнешь, и твоя Катя тут зависнет навечно! Сенцова прошиб холодный пот... Откуда она узнала про Катю?? Неужели, проболтался Репейник?? -Ну и чего ты застыл?? – наехала на Сенцова Звонящая, сунув рисунок Траурихлигена в карман своего мундира. – Тебя это дело касается в первую очередь, как и все остальные дела! -Есть, – выдавил из себя Сенцов, мучительно топчась. -Другое дело! – оценила Звонящая и включила свой игрек-ноут, чтобы связаться с Репейником. -Алё? – Репейник пробухтел сонным голосом, продирая заспанные глазки, и Звонящая окрысилась и на него: -Дрыхнешь, Репейник?? -Та я же не робот... – зевнул Репейник, надвигая очки. – Тебе чего?? -Обратный проброс в нормохронос и чашечку кофе! – рявкнула Звонящая, прожигая его глазами через игрек-нет. -Я, между, прочим, дома... – буркнул Репейник, зевая во весь свой большой рот. -Я знаю, что ты торчишь в пробойной! – отрезала Звонящая. – Режешься в онлайновые игры, детский сад, вторая четверть! Давай, запускай мне проброс, я все данные собрала – теперь твоя работа! И её столько будет, что на игрушки времени не будет! -Та ладно, не зверись так... – зевнул Репейник. – И какая муха тебя укусила? -Видимо, цеце... – негромко пошутил около Сенцова Красный, а Сенцов видел, как он рад тому, что начальница их покидает. Репейник на экране зашевелился, защёлкал клавиатурой, на которой до этого покоилась его голова. На руке Звонящей запищал флиппер, начав обратный отсчёт, и все вздохнули с облегчением: разнос закончен, начальница улетает, и всё будет в шоколаде. -Я проверю вашу работу! – рявкнула на прощание Звонящая, после чего исчезла в коридоре переброса, унеся с собой свой игрек-ноутбук. -Фу, пойдёмте спать! – предложил Бисмарк, который давно уже зевал, как и Репейник. -Ага, давно пора! – согласился Красный, и направился прямиком к фальшстенке, чтобы покинуть кабинет и вернуться в ретоподъезд. – Слушай, Старлей, – сказал он на прощание Сенцову. – Я, кажется, понял, какая муха укусила нашего “капрала”! -Цеце? – механически, без интереса осведомился Сенцов, зная, что Красный не оставит его в покое до тех пор, пока не расскажет свой бред. – То, что у меня своя ДНК, а не траурихлигеновская? -Да нет же, индюк ты! – хихикнул Красный, отодвигая фальшстенку. – Её же турист нарисовал – вот она и озверела! Ты видел, она клочок этот себе забрала! Всё, Старлей, ложись спать, ты у нас сегодня ас! -Спокойной ночи... – зевнул Сенцов, прощаясь с друзьями и снова оставаясь один в этом месте – жутком и ужасном, где до скончания времён будет обитать зубастый призрак Траурихлигена...