Константин Сенцов ехал вперёд, сворачивал, выписывая серпантины, переехал через трамвайные пути и вскоре оказался в частном секторе. По обе стороны дороги торчали разношёрстные дома: Константин видел почерневшие кособокие избухи, вросшие в землю, а рядом с ними колоссами возвышались элитные коттеджи “владельцев зелени”. Константин подозревал, что Аська Колоколко скрывается где-то здесь, в одной из избух – какой-нибудь ничейной, заколоченной, но Потапыч велел Сенцову ехать всё дальше и дальше. Вскоре и частный сектор остался позади, “Дэу” Сенцова съехала с шоссе на грунтовку и помчалась по рыхлой влажной земле, расшвыривая её в стороны колёсами. -Э, Потапыч, ты меня не надуваешь? – недоверчиво осведомился Сенцов, не заметив ни одного дома, домика, домишки в радиусе, насколько видел глаз. -Нет, нет, начальник, как можно? – интеллигентно возразил Потапыч, ёрзая в кресле. – За этим пустырём начинается заброшенный район, там и живёт ваша гражданка Колоколко! -Ну-ну... – пробормотал Константин, впившись взглядом в корявую дорожку, сбавляя скорость, чтобы не перевернуться на крышу и не упасть в яму. Ветерков на заднем сиденье молчал, Потапыч заметно нервничал и всё сильнее ёрзал, будто бы под ним торчали гвозди. Сенцов крутил руль, двигая машину вперёд, и ненароком глянул на часы. Три часа сорок минут – катастрофическое время. Уже почти четыре, за Катей нужно зайти в шесть, а до жилища Аськи он пока не добрался... Потом ещё допрос Аськи съест часа два... Нет, Катя точно уйдёт к другому, потому что Сенцов пробыкует свидание, и домой припрётся где-то в полночь, не раньше. Константин миновал и пустырь, и лесочек, который начался за ним. И тут на горизонте, в свете солнца забрезжили очертания неких построек, похожих на дома. -Во-он её райончик! – “включился” Потапыч, и Сенцов почувствовал облегчение: добрались! Константин украдкой глянул на часы: 16:35! Облегчение сменилось свинцовым грузом в желудке: полпятого, за Катей заехать в шесть, Аська не найдена, не допрошена... А ещё отчитываться Крольчихину и ехать назад!! Всё... Катя вновь встала пред очи Константина и ушла к другому... Заброшенный район, который гражданка Анисья Батьковна Колоколко облюбовала своим жилищем, кажется, был заброшен ещё с самой войны. Константин слыхал про это место пару раз, и на бомже-бандитском жаргоне оно именовалось “Трандибуляторный район”. То, что Сенцов издалека принял за дома, представляло сбою выщербленные ветрами, дождями и снегами коробки, крошащиеся и сыплющиеся прямо на глазах, утопающие в редкостно буйной зелени. Зелень не давала прохода, порою сквозь неё приходилось протискиваться. Корни змеюками лезли под ноги, заставляя спотыкаться. Константин спотыкался, но держался за древесные стволы и оставался на ногах, а вот стажёр Ветерков – тот упал раза три – всё носом, потому что не успевал подставлять руки. Потапыч же куницей шмыгал среди деревьев, кустов и бурелома, удаляясь. Порой Сенцов даже терял его из виду и думал, что Потапыч надул их со стажёром и сделал ноги. Тогда Константин ракетой бросался вперёд, находил в растительности вытянутый силуэт Потапыча и успокаивался: вот он, родимый, не сорвался с крючка! А туда ли он ведёт? Или просто запутывает след? Всё, если через пятнадцать минут Сенцов не увидит Аську – он побьёт Потапыча, плюнет на всё и поедет к Кате. Потапыч ползал в проклятых зарослях, казалось, целую вечность. Он огибал деревья, выискивая некие тропки с остатками давешнего асфальта, подлезал под косматые ветви... Сенцов глядел по сторонам и ему казалось, что Потапыч бродит кругами, вертится, и водит за нос. Чего он ждёт? Что Сенцов выпустит его из виду и позволит скрыться?? Фигушки, Сенцов не такой дурачок, чтобы выпустить, он следит за Потапычем орлиным взором! Или Потапыч сам заблудился?? Ну, это нормально в такой-то чащобе! Константин часто цеплялся ногами за большие камни, наполовину скрытые травой и кустами. Кажется, он изуродовал свои туфли, теперь, чтобы попасть к Кате – ему придётся ещё и переобуваться.. Внезапно в кармане Сенцова раздалась трель – ему кто-то позвонил на мобильный телефон. И Константин ужаснулся: Катина мелодия! -Э, Потапыч, стой, мне тут поговорить нужно кое с кем! – крикнул он Потапычу, который успел достаточно далеко отбежать. Потапыч прополз метра полтора и заклинился, озираясь. -Стажёр, пригляди за ним! – приказал Константин Ветеркову, и стажёр послушно прошёл вперёд, догнав Потапыча. Дрожащей рукою Сенцов принялся искать телефон, а другую дрожащую руку – с часами – поднёс к глазам. 17:06 – показали часы, и Сенцов едва не выронил мобильник, который уже успел схватить и вынуть из кармана. -Алё? – проблеял Константин, поднеся к уху телефонную трубку. -Привет! – послышался из неё голосок Кати – счастливый и довольный голосок, потому как Катя была уверена в том, что Сенцов сегодня будет стоять перед нею, “как лист перед травой”. – Ну, что я думаю, планы не изменились? – осведомилась она, пропустив капризную нотку. -Нет, нет! – поспешил отказаться от реальности Константин. – Я заеду к тебе через часик! – обнадёжил Сенцов, прекрасно понимая, что не выкарабкается и до утра. Попробуй, выкарабкайся, когда забурился в такой лес! -Я жду! – елейным голоском счастливой невесты раздушила Константина Катя и повесила трубку. В ухе у Сенцова раздался щелчок, потом посыпались короткие гудки. А Сенцов всё торчал, стёртый в порошок, держал у уха телефон и слушал, слушал, как гудят эти гудки, считая его секунды... -Эй, напарник?! – заорал где-то на другом краю реальности Ветерков, призывая Сенцова к дальнейшему движению. – Идти пора, а то вон, солнышко там! Сенцов по инерции глянул на небо и увидел солнце, которое неотвратимо ехало на запад. Летом, конечно, солнце ныряет за горизонт попозже, чем зимой, но всё равно, время от этого медленнее не пойдёт, и к Кате Сенцов должен хоть на космолёте, а прилететь “через часик”... Константин отлип от места и пополз вперёд, думая о том, что по-хорошему ему нужно закруглиться и отправляться к Кате. Но... Лес кончился, Потапыч выскочил на ровненькое пространство, по сторонам которого торчали реденькие зачахшие деревья и кусты, чьи ветки пестрели чёрными ягодами. Среди этих деревьев и кустов высился дом. Трёхэтажный, широкий и основательный дом без крыши, ободранный весь, с заколоченными окнами без стёкол. Кое-где на доме сохранились остатки раритетной лепнины в виде каких-то цветов и завитушек, окна были высокие и узкие, а над одной из стен возвышался полуразрушенный мезонин. Увитый пышными плющами, этот дом казался полным призраков и всяких тварей из пекла, которые впиваются в шею и высасывают кровь... -Довоенный дом! – тихо присвистнул Ветерков, разглядывая остатки мезонина и потрескавшуюся, отпадающую лепнину. -Вот тут кантуются! – буркнул Потапыч, остановившись перед этим зловещим разрушенным домом. – Ну что, мне идти, или как? – осведомился он, обернувшись и поглазев на Константина Сенцова через узкое плечо. -Нет! – отрезал Сенцов, выдвигаясь из зарослей, направляясь к Потапычу широкой ментовскою походкой. – Иди, только внутрь! Потому что засядешь далеко и надолго, если надул! -Да я правду тебе сказал, старлей! – захныкал Потапыч, бочком отодвигаясь в сторонку, к кустам. -Сейчас, глянем! – не поверил Сенцов и пихнул Потапыча в спину рукою, подгоняя поближе к дому. – Кстати, как в него попадают? – поинтересовался он, оглядев щербатое строение сверху до низу и не найдя ни единой лазейки. -Да есть там нора... – проворчал Потапыч и нехотя отправился куда-то вдоль серой ободранной стены, из которой вываливалась штукатурка и мелкие кусочки кирпича. -Нора? – уточнил Сенцов, следуя за Потапычем попятам, чтобы тот ненароком не улизнул в свою “нору”. -Нора! – угрюмо согласился Потапыч. – Аська Дылда только в норах живёт! -Ладно, – согласился Сенцов, а перед ним стояла Катя и по этой вот, мощёной, но побитой дорожке уходила к другому... Потапыч недолго тянулся вдоль стены – пройдя до угла, он остановился и согнулся пополам. -Тут, – изрёк он, показав пальцем куда-то вниз, где колосились пышные сорняки. Сенцов зорко вперился туда, куда тыкал крючковатым пальцем Потапыч и увидел, что там и правда – нора. В стенке дома кто-то когда-то чем-то пробил брешь – неширокую тёмную дырку, ведущую куда-то туда, внутрь. Константину почему-то не хотелось туда влезать, веяло из дырки сыростью и холодом. -И это вход? – небрежно бросил он, скрывая суеверные страхи. -Другого нету, не в ресторане! – огрызнулся Потапыч и тут же спросил: -Мне лезть? -Естественно! – настоял Сенцов и буквально запихнул Потапыча в дыру, толкнув в бок коленкой. Потапыч завалился под сырую сень довоенных кирпичей и забарахтался там, ноя: -Убил, старлей, тут же камни! -Не развалишься! – отпарировал Сенцов, засветил карманный фонарик и проворно подлез под низкий свод “норы”. Константин оказался в сыром и мрачном воздухе, наполненном какими-то звуками, похожими на стоны или тихий плач, или безумный смех... Скорее всего, это сквозняк, но страшно, словно в пещере сатаны... На улице висел день, но тут было темно из-за толстых досок, которые наглухо заткнули все окна. Сенцов надвигал фонарик на стены, а стены были серые, сырые и одинокие, словно стены настоящего склепа. И как можно тут жить? Пусть даже и Аське Колоколко?? Стажёр Ветерков влез самым последним и, влезая, оступился. Он полетел на пол, гулко стукнувшись, и заныл, потому что ударился. -Осторожнее, медведь! – проворчал Сенцов, понимая, что сам не упал только потому что ему повезло. – Вставай уже, увалень! -Сейчас! – спокойно ответил Ветерков и лёгким прыжком вскочил на обе ноги. Сенцов про себя признал, что не смог бы так сделать даже за деньги, но не сказал об этом, а только проворчал: -Кузнечик! В руках стажёра тоже возник фонарик, он зажёг его, рассеяв мглу, и Сенцов понял, что фонарик стажёра куда мощнее и лучше, нежели его собственный. -Ну что, идём? – весело осведомился Ветерков, сделав большой шаг вперёд. -Ползи уже! – пробормотал Сенцов, пытаясь представить себе того, другого, к которому уйдёт от него Катя. Ветерков, не обременённый ни свиданиями, ни отношениями, бодро потопал в серую глубь дома, унося свой мощный фонарик. Потапыч тащился около него, опасаясь нырять в темноту. Сенцов же всё одиноко стоял, держа фонарик так, что свет его летел вверх и упирался в обшарпанный, отсыревший потолок. -Напарник! – крикнул откуда-то из-за поворота Ветерков, и его голос повторило звонкое эхо. – Идём, а то потеряешься! -Та, иду, не разрывайся! – огрызнулся сам себе Сенцов и потянулся вперёд, угрюмо глядя под ноги, чтобы не встретить кирпич или хлам, о который можно споткнуться. Константин быстро догнал Ветеркова и Потапыча, но всё равно, держался последним, в стороне от них, чтобы никто, особенно, стажёр, не заметил, какие невесёлые думы гложут Сенцова. Взгляд Константина поминутно охватывал циферблат часов, вырывая из темноты светящиеся электронные цифры: 17:32. Всё, свидание утеряно, Константин даже на ракете не успеет к Кате вовремя, и Катя уйдёт к другому. К такому, всему из себя, в дорогом костюме с отливом, с приглаженными волосами, с “Порше” и с собственным банком. Он будет одаривать её всякой всячиной и никогда не пробыкует поход в кино... Размышляя о Кате и о виртуальном банкире, Сенцов не заметил, как стажёр и Потапыч впереди него застопорились, и даже едва не налетел на спину Ветеркова. Остановившись вовремя, Константин понял, что всё, Потапыч привёл их со стажёром куда нужно – большая захламлённая комната, посреди которой торчала железная бочка. В бочке уютным оранжевым пламенем потрескивал тёплый костёр, а вокруг неё валялись косматые, грязные тулупы. Под тулупами кто-то лежал – Константин явно различал холмики: лежащих людей. Кажется, пора ему действовать. А он стоит тут, боится банкиров. Константин Сенцов пробился в авангард, напустив на себя непробиваемую уверенность настоящего мента. Он легонько пихнул башмаком ближайший к нему “холмик” и громогласно потребовал: -Так, граждане, просыпаемся, милиция!
“Холмик” зашевелился, недовольно загнусил, забормотал, а потом – тулуп свалился, и из-под него показалась кудлатая, разноцветная башка, похожая на голову крупного примата. Башка закрутилась, мотая грязными космами, потом показалась тяжёлая рука, потёрла пропитую “морду”.
-Ыыыы, хто тут хамит, зараза, грызло раздолбаю и сожру! – разразилась сия “сущность” гнусавым, пропитым и свирепым рёвом. Константин узнал этот характерный “диалект” – перед ним копошилась сама Аська Колоколко. Ура! Нашлась, дорогуша! -Так, Аська, давай, вставай! – сказал ей Сенцов, отходя, чтобы Аська не наградила его блохой или вошью. -Ну и ну... – долетел до Константина изумлённый выдох Ветеркова. “Давай, стажёр, учись работать!” – хохотнул про себя Константин и тут же снова оборотился к Аське. -Слышь, ментюк! – подала басовитый глас Аська Колоколко, выползая из-под серо-коричневого, латанного тулупа. – У нас тут кадры, шо Шварценеггер! -Да? – удивился Сенцов, размышляя, что же такое могло произвести на местных “зверей” такое тяжкое впечатление? -Ы, ментюк! – это из-под другого тулупа явился “Барибал” Кузьмич, потирая свои синяки, наставленные Аськой. – Раньше всё путём было, жили?, шо человеки! А теперь?? -Кузьмич! – придвинулся к Барибалу Сенцов, выискав копию карандашного фоторобота, что принадлежал неизвестному “напарнику” дезертира Александра Новикова. – А не знаешь ли ты часом его? Сенцов надеялся на то, что Барибал опознает незнакомца и скажет, что сталкивался с ним на “узкой дорожке”, но ошибся. Кузьмич почесал макушку, расшвыривая блошиные сонмы, и проревел медвежьим голосом: -Неа, начальник, гадом буду, вот те крест! – он широко перекрестился чумазою левой лапой. – Не видал я такого гуся. Но скажу... – Кузьмич сделал попытку придвинуть расквашенные губищи поближе к уху Сенцова, однако Константин отступил, опасаясь заполучить блоху и задохнуться в “ароматах”. – По глазам вижу: отмороженный гад!.. -Дай позырить! – отпихнула Кузьмича Аська Колоколко и уставила в фоторобот выпившие, красные глазки. – Слышь, начальник! – повернула она к Сенцову кудлатую цветную башку. – У нас на хате гусёк как-то закантовался! Такой – ух! Башка с огурец, глазки – шо у твоего типа?! -А точно, не он? – уточнил Сенцов, примериваясь, как бы ему лучше вырубить Аську, если та полезет в драку. -Не, не! – отказалась Аська. – Другой какой-то гусь! Сидел во-он там! – она показала испачканной рукою в угол, где сейчас никто не сидел и не лежал. – Мы с Кузьмичом “стипендию” делили, а он глазел, шо на сериал! -Ага, сидел такой, нахохленный, шо клуха! – перебил Аську Кузьмич. – А оно видно, шо отбитый в смерть! И только всё сопло продувал, да тулупы наши себе нагрёб! Я его отметелить решил и залепил, а он так мне печёнку всю отшлёпал, шо я чуть не крякнул, вот те крест, начальничек, не сажай! -Та, за что тебя сажать? – огрызнулся Сенцов, злясь на то, что из-за этих вот “зверопотамов” не успевает к дорогой и любимой Кате. – Давай, соберись, Кузьмич и базарь: тут он или где? -Неа! – отказался Кузьмич. – Вчерася ночью сполз кудысь и с концами! Хто, шо, куды – не в курсах, начальник. -Но видно, шо сидел! – добавила Аська Колоколко. – И “стипуху” нашу себе гадюка, карманил, кранты б ему были, да сполз, змей! -Ы, Дылда, ты за “стипуху” не клекочи! – заревел Аське Кузьмич, недовольный тем, что Аська рассказывает милиции о награбленном. -Грызняк забей! – посоветовала ему Аська и подняла тяжеленный кулак. – Расколю! -Да я ща сам тебе наваляю! – пьяно изрёк Кузьмич, поднялся на ноги и двинулся на Аську, как боец сумо. Аська встала в боевую стойку, выпятила кулаки, но тут же на неё налетел Ветерков и ловко скрутил, заставив пасть на разбитые коленки. -Пустиии! – истошно запищала Аська, потому что стажёр больно заломил её толстую руку. Сенцов же скрутил Кузьмича, не дав ему нанести удар. Чёрт, ну и блохастый же этот Кузьмич! А вонючий! Сенцов едва не потерял сознание, пока крутил ему ручищи. А если ещё и блоха перепрыгнет – тогда точно, не видать ему Кати... Разве нужен ей блохастый Сенцов, когда против него банкир на “Порше”?? КАТЯ!!! – в голову Константина ударила молния, он сейчас же выпустил Кузьмича и рванул к глазам часы. Кузьмич треснулся об пол, а Сенцов увидел циферблат. 18:03 – это смертный приговор. Он опоздал к Кате на три жизненно важных минуты, и теперь будет казнён... В кармане заплакал мобильник, а Сенцов уже сделался ватным и апатичным: Катина мелодия, Катя звонит, чтобы спросить, где он, а Сенцов тут, развлекается... -Катенька, ты должна меня понять, я сегодня не приду.... – на одном дыхании выпалил Сенцов, поднеся трубку к уху, не дожидаясь, пока Катя ему что-нибудь скажет. -Костя? – вопросительно воскликнула Катя на том конце радиоволны. -Да, да, я осёл, баран, козёл... – зачастил Сенцов, суча ножками. – Но, понимаешь, работа и работа... -Кто?? – на этот раз Катя зарычала, как разъярённая львица, и Сенцову показалось, что она сейчас выпрыгнет из телефона и загрызёт... -Ты неправильно поняла... – начал оправдываться Сенцов. – Там Аська... -Да? – запищала Катя и застучала чем-то очень громко. – Ты променял меня на Аську?? -Нет, нет... – проблеял сокрушённый напором Константин, шатаясь на ногах. – Аська это не то... Аська – она бомжиха, её надо допросить, это по работе... -Ползи к своей Аське! – заключила Катя и швырнула трубку, оставив Константина наедине с бестолково гудящим телефоном. -Э, ментюк! – раздалось под боком Константина, и тут же он заметил, что Аська Колоколко дёргает его за куртку. -Чего? – брезгливо сморщился Сенцов, отпихнув от себя изгвазданную “лапу”. -Там в нас такое чудо-юдо вляпалось! – Аська с рёва перешла на загадочный шёпот, пугая Сенцова. А солнце за слепеньким заколоченным окном всё ниже и ниже съезжало за горизонт, норовя исчезнуть и потопить всё во мраке. Тут нет ни фонаря, и, если солнышко скроется – они не увидят ни зги... -Да? – уточнил Константин, заставляя себя не бояться, а думать. -И что же там такое? – голосом Пинкертона поинтересовался стажёр Ветерков, которому надоело топтаться без дела и глазеть на пол и на Кузьмича. -Стажёр, сторожи Потапыча! – предписал ему Сенцов. -А я и так сторожу! – отозвался Ветерков, светя своим мощным фонариком в сторону интеллигентного “друга бомжей”. -Та, за хатой нашей, на свалке! – вещала тем временем Аська, скукожившись на полу, уткнув подбородок в коленки. – С неба упало, и встряло туды! -А потом приходили мужик и баба, всё здесь обшаркали, обнюхали, шо те собаки, и Тухлого куда-то за черти уволокли! – встрял в разговор Кузьмич, перебив Аську. – И я не брешу – у меня тогда на пузырь бабла не было, бо Дылда всё закарманила, и я помню! Помню, как на духу! -Да? – изумился Сенцов. – И куда же они его? -В грызло!.. – замахнулась на Кузьмича Аська, но её скрутил Ветерков и посоветовал: -Цыц! -А шут разберёт! – продолжал гнусить Кузьмич, подобравшись к бочке с костром, отогревая над огнём свои перепачканные руки. – Чи в ментуру, чи на органы... Скажи, ментюк, есть у тя в ментуре такие менты? -Как они выглядели? – оживился Константин, подозревая, что хоть какой-никакой, а появился след. Иногда в убогих жилищах бомжей скрываются опасные бандиты... -Мужик – качок здоровый, весь в крестах да в перстнях и лысый, шо та коленка! – забасила Аська, не дав Кузьмичу и рта открыть. – А баба – такая себе баба, как баба... -В штанах! – добавил из своего угла пьяный в стельку Кузьмич. Константин знал на пять с плюсом, что у него “в ментуре” уж точно нет “таких ментов”... Это были какие-то другие “менты”... а может быть, и не “менты” даже, а неизвестно, кто... -Показывай твоё “чудо-юдо”! – приказал полудикой Аське Сенцов, выгоняя из своей головы горькие мысли об утрате Кати. -Э-эх... почапали... – вздохнула Аська, недовольная тем, что её разбудили, поднялась на “лапы” и небыстро потянулась куда-то... Сенцов же отметил, что Дылда тянется совсем не в ту сторону, где был похожий на нору выход, а куда-то ещё... Может быть, там есть другой выход, получше, а Потапыч заставил их лезть в “нору” из вредности... -Ы, а я? – зверем возопил Кузьмич, копошась под своим тулупом, пытаясь подняться на ноги, но всякий раз валясь на спину от избытка алкоголя в крови. -А ты сиди! – оставил его Сенцов. Не хватало ещё поднимать этого пьяницу под мышки через каждый шаг! Вдруг он заразный какой-нибудь? -А я? – заныл Потапыч, корчась от повышенного милицейского внимания к своей персоне. -А ты топай! – не отпускал его Сенцов. – Ты нам ещё пригодишься! Потапыч проворчал нечто себе под нос и угрюмо поплёлся, освещаемый мощным фонариком Ветеркова. Сенцов оказался прав: из мрачной обители бомжей, действительно, был ещё один выход, куда получше “норы”. Аська Колоколко придвинулась к давешней щербатой двери, толкнула её наружу и открыла его, этот выход, впустив зловещий свет полной луны. Константин вдохнул ночной воздух, и едва не раскашлялся: откуда-то нестерпимо воняло неизвестно чем, гадким, от чего резало в глазах и становилось трудно дышать. Огромная луна висела низко над мусорными “барханами” – скоро она закатится, и тут наступит кромешная тьма... Сенцов решил позвонить Кате и попытаться просить прощения, вынул из кармана мобильник, увидел время – полдесятого вечера и слегка ужаснулся. Он никогда не успел бы за Катей к шести... даже если бы был суперменом... Катя отвечать ему не стала: вместо неё робот-оператор заунывно гундосил про отключённый телефон. -Взорвись! – негромко пожелал ему Сенцов и спрятал бесполезный телефон обратно, в карман. Аська же Колоколко, выбравшись на улицу, выпятила вперёд нижнюю челюсть, показав единственный зуб, который в ней торчал, и лосем двинулась напролом, через груды мусора в какую-то тёмную неизвестность. -Не, ну можно мне идти? – вновь подал недовольный голос Потапыч, топчась около стажёра Ветеркова. -Нет! – отрезал мольбы Сенцов, с мрачным сожалением вспоминая о пробыкованном свидании и об жестоко обманутой Кате. “Через часик!”. Где там тот часик, когда с этой Аськой приходится возиться вечность?? Стажёр Ветерков топал вперёд едва ли не вприпрыжку, плохо скрывая свой бодрый энтузиазм. Ну, да, он наверное, ни разу не бывал в “Трандибуляторном” районе и не ловил там бомжей – вот и радуется очередному приключению – Константин отлично видит в свете луны, как он закусывает губы, чтобы не разулыбаться на все тридцать два. Сенцов же мрачно наблюдал за Аськой, заключив её в круг света – а вдруг Дылда решила обмануть их и потихоньку рассеяться среди темноты и отходов? Аська двигалась прямо и решительно – не озиралась, не петляла и не пыталась прянуть в щель, словно бы действительно, шла куда-то прямой наводкой, собираясь показать Сенцову некое “чудо-юдо”. Луна опускалась всё ниже: уже “зацепилась” за самую высокую “гору” и собиралась нырнуть за неё, утопив “Трандибуляторный” район в зловещей мгле. Сенцов ожидал этого момента со страхом: во мгле куда сложнее станет охранять Потапыча с Аськой, и эти “троглодиты” вполне могут “испариться”, а их с Ветерковым бросить в адских дебрях, где, возможно, водятся звери-мутанты... Терзаемый утратой Кати и смрадными “ароматами” помойки, сенцовский мозг рисовал повсюду жуткие морды чудовищ, наделённые длиннющими острыми зубами, которые возникают из темноты и впиваются в глотку, перегрызая шею напополам... -Тут! – изрекла Аська и заклинилась напротив высоченной мусорной кучи, от которой лёгкий ветерок приносил удушливый смрад. -Да? – уточнил Сенцов, отогнав от себя ненужный страх, который только мешал работать, и посветил своим фонариком на эту самую кучу, стремясь разглядеть “чудо-юдо”. Но никакого “чуда” не увидел: куча содержала лишь разнообразный мусор, абсолютно не интересный милиции. -Во, быки, навалили! – сердито фыркнула Аська. – Ментюк, навалили дряни всякой! Ща, откопаю! Проревев сии слова, Дылда вплотную придвинулась к высоченной куче и принялась рыться в ней руками, словно огромная собака, разыскивающая кость. -Ну, копай... – вздохнул Сенцов, а перед ним опять стояла Катя. Разогнав всех виртуальных чудовищ, она вышла из тумана, обиженно надула губки, помахала Сенцову ручкой и уехала на “Порше” с блистательным банкиром... Луна уже давно исчезла, вокруг висел тот самый страшный мрак, но Аська Колоколко невозмутимо копалась в завалах, швыряя мусор за свою широкую, бойцовскую спинищу. -Во, ментюк, зырь! – заорала она, когда, очевидно, в мусоре кое-что нашлось. И что она там смогла отрыть?? Сенцов изумился, но всё, же, покрепче взял в кулак фонарик и отправился туда, куда кликала их всех Аська. За Сенцовым поспевал Ветерков – тоже с фонариком – и тащился сонный, злой Потапыч. В мусорной куче лежала машина. Странная такая, какой-то “ракетной” формы, покрашенная в бледный серо-голубой цвет. Словно бы тот, кто её красил, хотел сделать машину невидимой на фоне небес... А потом Константин заметил, что из левого бока машины торчит длинное и острое крыло. Вот это да! Новинка – машина с крыльями. Такого Сенцов ещё не видал... Константин продвинулся к фантастическому автомобилю поближе, расшвырял пищевые останки, бутылки и бумажки... и едва не упал: позади машины торчали настоящие дюзы, какие бывают у ракет... Вот это – да! НЛО, что ли?? -Откуда оно взялось? – осведомился Сенцов у Аськи. -Понимаешь, начальник, на этой штуковине тот гусёк наш прилётал! – дико заорала Аська и запрыгала, как шаман вокруг колдовского котла. – Я сама, как на духу слышу: Вж-ж-ж-ж-ж! Шо самолёт падает – так воет. Выскакиваю и зырю: валится вот эта балда. И – Ба-бах! – сюда ка-ак вбилась! А из неё гусёк наш выполз, шатается весь и гугнит, гугнит... Я – бежать, бо жуть, как жутко стало! А потом он до нас прибился, а мы молчали, бо жутко было! Ветерков позади Сенцова молчал, а Потапыч пытался под шумок отодвинуться и сбежать. Однако Ветерков не дал ему шанса на побег, задержав под локоток. -Да пусти меня! – рванулся Потапыч. -Шеф прикажет – тогда пущу! – коротко и ясно ответил Ветерков, не выпуская костлявый локоть Потапыча. -И что было дальше? – напёр Сенцов на Аську, подозревая, что фантастический сообщник Александра Новикова мог прилететь на такой же штуковине... с другой планеты. – Откуда оно взялось? Я спросил, а ты что тут бухтишь?? -Да не знаю я, откуда оно взялось! – замотала башкою Аська. – Базарю же: с неба свалилась! -А кто знает? – сурово потребовал Сенцов, скидывая на Аську всё своё недовольство жизнью. – Давай, Дылда, говори, или я всю твою “стипуху” конфискую, пробью и запихну тебя далеко и надолго! Аська Колоколко оскалила реденькие коричневые зубы в количестве трёх штук, сжала кулаки и широко шагнула не к Сенцову, а к Потапычу. Занеся один кулак, она второй рукою схватила Потапыча за воротник, оторвала его от Ветеркова и грозно заревела: -Стукач ты, Потапыч, позорный! Ща, грызняк распушу, печень расшибу, соплю будешь гонять! Моя “стипуха”, а ты ментам меня продал ни за грош! Убью! -Так, так! – вмешался в “разговор” Сенцов, оттаскивая Аську от Потапыча на жёстком буксире. – Гражданка Колоколко, угрожаете убийством? – Константин применил приём и с трудом скрутил здоровенную Аську, вонючую, как помойная куча. Аська ревела и вырывалась, пытаясь сбросить Сенцова. Уже бы вырвалась, но подоспел стажёр, помог Сенцову, и они вдвоём уложили Дылду лицом в сырую, замусоренную землю. Сенцов отпустил её только тогда, когда Аська перестала барахтаться и плаксиво, басом заныла: -Козлыыы! Грызло расшибу, волчары!! Ветерков отошёл от Аськи, отряхиваясь и плюясь. -Фу! – бормотал он, размазывая грязюку с Аськи по футболке и по куртке. -Ну вот тебе, чистюля, и нюансы! – довольно сообщил Сенцов Ветеркову и снова вернулся к Аське. Аська плакала, лёжа в грязи, потому что Константин достаточно сильно закрутил ей руку. А Потапыч, воспользовавшись моментом, куда-то скрылся. -Эй, стажёр! – заволновался Сенцов, заметив, что испарился Потапыч. – Пойди-ка, поищи этого, “Кощея”, как его там?.. -Потапыча? – уточнил Ветерков, отряхиваясь, как селезень, топчась в мусоре около рыдающей Аськи. -Его, его, – кивнул Сенцов. – Быстрее, а я с этой Дылдой возиться буду. -Есть, шеф! – шутливо ответил Ветерков, поглощённый работой, и убежал на поиски Потапыча. -Ну что, гражданка Колоколко, продолжаем разговор! – Константин тронул Аську за плечо, повернув к себе её страшное, грязное лицо. – Как звали того, кто прилетел на этом... автомобиле, чи как? -Он мне не отчитался! – пробурчала Аська, явив на “обезьянью морду” проблеск человеческого интеллекта. – Сидел в углу и молчок! Дубасил нас по чём попало! Тухлого издубасил так, шо он смылся от нас чёрт-те куда! Три недели чалился чёрт зна хде, а потом приполз, бо жрачки в него не стало! -Ясно, – кивнул Сенцов. – А вещи какие-нибудь от него остались? -Да шо, не было в него шмотья, только тачка эта и баста! – проревела Аська, размазывая слёзы грязными руками. -Ладно, – кивнул Сенцов. – Придётся нам эту тачку в отделение везти. Да и тебя тоже, как свидетеля. -Нееее!! – завыла Аська, не желая в милицию. – Заметёшь меня-ааа, мент позорный! Забьёшь в кутузку и помру я-ааа!!! -Да от тебя, скорее, кто-нибудь другой помрёт! – проворчал Сенцов, поднимая Аську на ноги. – Идём уже, горе! – кряхтел он, справляясь с тяжеленной Дылдой, которая, кроме всего, ещё и вырывалась. Аська побрела в час по чайной ложке, загребая ножищами грязь. Константин же думал о том, как подогнать сюда служебную машину, чтобы взять на буксир этот “нло”. Кажется, у него имеются колёса, можно привязать его на канат и тащить. Да, лихой “кортеж” получится, если ехать так через город – можно даже будет сорвать аплодисменты... -Слышь, ментюк, може, не надо в ментуру, а? – плаксиво просилась между тем Аська, утирая разбухший красный нос ветхим грязным рукавом. – Я больше не буду, а, ментюк? -Надо, Федя, надо! – злобно пробурчал Сенцов, отыгрывая на Аське всю свою злость из-за пропущенного свидания. И как теперь просить прощения у Кати? Проклятая Аська! Константин сейчас бы отметелил её по первое число! Сенцов поискал стажёра глазами и фонариком, однако нашёл лишь хитросплетения кустов и массы листьев. Мусорные кучи высились в стороне... Исчез куда-то стажёр. -Стажёр! – крикнул Сенцов в надежде на то, что Ветерков отзовётся и придёт – один или с Потапычем, не важно. Главное, что он придёт, они пригонят сюда служебную машину и потащат странный “НЛО” в отделение, под нос Крольчихина. Стажёр молчал. Константин услышал лишь собственный голос, жуткий в тихой пустоте, что висела вокруг. Солнце сползало за горизонт, наполняя воздух сиреневыми сумерками – такими тихими, какие бывают только в аду... Катя ушла к другому – и всё, Сенцов ввергнут во ад... -Слопали его! – гавкнула Аська, почесав башку. – Тут лопают! -Та, заткнись ты! – посоветовал ей Сенцов, оглядываясь по сторонам и не видя стажёра. – Ветерков!!! – заорал он, набрав побольше воздуха. – Сюда иди, кидай Потапыча!! -Да сожрали его! – снова гавкнула Аська, и Сенцов не залепил ей “в грызло” только потому, что было противно марать руку. -Цыц! – рыкнул Константин. – Тащись молча! Стажё-оооо-ёр!!!! – Константин позвал так громогласно, как мог бы зареветь гудок парохода. Однако стажёр всё равно не услышал, не ответил, не пришёл. -Чёрт! – чертыхнулся Константин, чувствуя, как холодеют пальцы на руках и на ногах. Аська переминалась около него бесформенной кучей серых мослов, трясла своей жуткой гривой, награждая Константина блохами. Кажется, они уже поселились на нём – что-то пребольно кольнуло под рубашкой в левый бок и нестерпимо зачесалось. Константин принялся елозить ногтями по спине, стараясь прогнать блоху. -Чёрт, да чтоб тебя! – выругался Константин, вертясь на месте. Так бы и навернул Аську кулаком и ещё ногами бы отходил... да неохота мараться... -Стажёр, чёрт бы тебя подра-ааа-ал!!! – заголосил Сенцов и отправился в ту сторону, где исчез Ветерков. Аська молча потопала за Сенцовым, озираясь звериными глазами, для чего-то копаясь в своих продырявленных карманах. -Не копошись мне! – предупредил её Сенцов, опасаясь, как бы Дылда не выпростала нож. – А то точно забью в каталажку! -Ы! – гориллой изрыгнула Аська Колоколко и вынула ручищи из карманов. -Так-то лучше! – одобрил Сенцов и тут же заметил Ветеркова. Стажёр выпростался из-за угла и шагал к ним. Один. -Где ты был?? – насыпался на него Сенцов, поддав башмаком некую жестянку. Жестянка с хриплым лязгом покатилась по остаткам асфальта, а Ветерков, засунув руки в карманы, прогудел: -Потапыча искал! -Нашёл? – спросил Сенцов. -Нет, – глухо отозвался стажёр, глядя в землю. -Стажёр, – сказал Константин, поглядывая на Аську, как бы та не сбежала, как проклятый Потапыч. – Я решил забрать эту крылатую машину в отделение – там есть Овсянкин, Крольчихин – пускай, они разбираются, что это такое и кто мог на нём прилететь. -Ты что?? – изумился стажёр, выпучив зрачки. – Как же ты сюда нашу тачку впихнёшь?? -Смотри челюсть не от