Еле дождавшись утра, я помчался на фирму.
– Вот примерный план. – Протянул я Маргарите листок. – Главное, что от нее требуется, это выключить свет в квартире и сделать звонок в оговоренное время. Потом сообщить о поломке на вахту, чтобы меня пропустили без проблем. Почему именно моя фирма будет устранять поломку, пусть сама придумает.
По мере того, как Маргарита читала, ее улыбка становилась всё шире и шире. Затем мы некоторое время спорили о том, что клиентке может не понравиться поведение электрика-маньяка. В итоге я согласился не материться.
– Тихо. – Маргарита приложила палец к губам. – Сейчас буду звонить.
Во время ее разговора с клиенткой мне стало скучно. Я подошел к Маргарите и развернул кресло так, чтобы сидела лицом ко мне. Она стала отпихивать меня и подавать разные нехорошие сигналы, из которых я понял лишь одно – отстань от меня! Это меня воодушевило. Я тащусь, когда женщина говорит «нет!», а сама приподнимает попец, чтобы мужику было удобнее стянуть с нее трусы. А в большинстве случаев она сама снимает трусняк, но с упорством фанатика продолжает трындеть: «Нет, не надо!» Сама же при этом раздвигает ноги! И на десерт вопрос: «Что ты делаешь?» Замечательный такой вопрос! Особенно когда ты ее уже пендюришь. До чего же мне нравятся женщины! Такие юморные. Я присел на корточки и, похотливо облизываясь, стал поглаживать Маргариту по бедрам. Тут пепел с сигареты упал прямо на чулок. Маргарита вскрикнула, попрощалась с клиенткой и треснула меня телефоном по лбу.
– Это что еще такое? – зашипела она. – Дыру прожег! Ты знаешь, сколько они стоят? – Маргарита толкнула меня, и я шлепнулся на пятую точку. – Как теперь пойду домой?
– Снимешь да пойдешь. Проблема-то.
– Действительно. Сними туфли. – Маргарита перешла на официальный тон.
– Слушаюсь и повинуюсь, – сказал я и занялся правым башмачком.
– Она хотела подробностей, но я, как ты слышал, не всё ей рассказала. Егор, повторяю, будь с ней поласковей, пожалуйста.
– Само собой. – Я принялся за левую туфлю. – Разве я могу обидеть женщину, которую всегда хотел? Лучше скажи когда?
– Планы поменялись. Встреча через три дня.
– Как обидно! – вскочив на ноги, я схватился за голову. – Ой, башка разболелась. Нельзя мне волноваться и резко подниматься.
– Кристина, – Маргарита нажала кнопку селектора. – У нас есть таблетки от головы?
– Нет. Но сейчас схожу и куплю.
Маргарита стала стягивать целый чулок, но не успела.
– Становись лицом к столу! – приказал я. – Сейчас дверь закрою.
– Что?! – Маргарита окаменела.
Я не ответил, потому что был уже у дверей. Выглянув в приемную, никого не обнаружил. Щелкнул замок, я медленно повернулся.
– Ты почему еще не у стола?
Подскочив к Маргарите, я выдернул ее из кресла и повернул лицом к массивному столу.
– Да как ты смеешь, Егор? Что ты себе позволяешь?!
– Что хочу, то и позволяю. – Взяв левой рукой Маргариту за шею, а правой под живот, я резко согнул ее. Даме поневоле пришлось упереться руками, чтобы не треснуться мордашкой об стол.
– Да что ж ты делаешь, Егор?! Я не хочу!
– А я тебя не спрашиваю, дрянь ты эдакая! – Прижимая Маргариту одной рукой к столу, другой стал задирать юбчонку.
– Нет! – завопила она.
– Да! – ответил я и вполсилы шлепнул пятерней по гладкому полушарию. Затем лихо отскочил от Маргариты и уселся в ее кресло. – Вот так примерно будет и с твоей телеведущей, – сообщил я, тяжело дыша.
– Ты что творишь, совсем очумел?! – Маргарита стала выпрямляться.
– Это всего лишь репетиция!
– Я тебя убью, – прошептала она, надвигаясь на меня. – Ты чего так на меня смотришь, прохвост?
– Вся всклокочена, юбка задрана, в одном чулке. Бе. Ты похожа на вокзальную шлюху. – Я встал с кресла. – Стой! Не надо приводить себя в порядок. – Я подхватил ошеломленную Маргариту под руки и усадил на стол. – Совсем забыл, что снял с тебя туфли. Видишь ли, посадка у тебя низковатая, неудобно будет, – объяснил я и повалил женщину на спину. Ноги ее естественным образом взлетели ввысь, и я увидел проклятые стринги. Так как времени было в обрез, просто рванул их в сторону.
– Егор! – заорала Маргарита на весь кабинет.
– Да что ж ты так орешь-то? Сбежится весь офис. – Примостив на плечах ноги уже слабо сопротивляющейся начальницы, всадил ей по самые коки. Маргарита заохала, обхватив меня за шею.
– Сильнее, сильнее, черт тебя возьми! – захлебываясь от злости и слюны, предвкушения и радости, приказала она. Я кончил слишком быстро, но Маргарита не пожелала остаться неудовлетворенной и всё же успела получить свой кусок пирога, подмахивая, как и полагается приличной и без комплексов женщине.
– Можно я быстро схожу туда? – Я показал на дверь персонального туалета.
– Нет, сначала я! И не смотри на меня сейчас. Салфетки в столе, – добавила она, ковыляя в туалет.
Приведя себя в относительный порядок, я выскочил из кабинета.
– Егор Борисович, с вами всё в порядке? – спросила секретарша, готовая расхохотаться в любую секунду. – Может, вам таблеточку какую? Не надо? У меня есть другое лекарство, более действенное, – понизив голос, она качнула грудью. – А это мой номер телефона. – Кристина сунула мне в карман пиджака писульку. – Позвонишь?
– Не сегодня, извини.
– Я подожду, но совсем немного. Уходи, а то застукает!
Кристина права. Надо быть поосмотрительней. Клиентки клиентками, а трах с секретаршей совсем иное. Маргарита может не понять. Зачем мне такие проблемы? Но чпокнуть Кристину я обязан: у нее такие пригожие сиськи! Я несколько секунд наблюдал как она, изображая попой круть-верть, идет к столу.
Вот зачем она это делают, размышлял я, идя по коридору. Мы ведь практически договорились о перепихоне, к чему эти дешевые уловки? Никогда этого не понимал. Почему не вести себя естественно? Нет, надо задницей вертеть так, что хоть впору вешай знак «Занос 1 метр!» Усядешься сверху, тогда и вертись, как юла да показывай, на что способна. Или грудь так выпячивают, что, кажется, сейчас позвоночник согнется в сторону противоположную от естественной. А уж когда вышагивают на каблучищах, что цапли, делая шаг в половину своего роста, так это вообще ни в какие рамки не лезет. А надо еще не забыть и ногу за ногу таким образом заворачивать, что можно в конец запутаться и так мандануться об пол, что брызги из глаз. А в этих самых глазах еще и катастрофическое непонимание – я же всё правильно делала! Почему такой случился форс-мажор?! Или навешают на себя всяких бирюлек, которые всё равно снимать. Или накрасятся, дуры, так, что ты к утру и сам весь в тенях-помадах-туши, что педрила! И всё ради того, чтобы тебя отодрали как сидорову козу?! Прикольные эти девушки.
Вечером я поехал к выписавшемуся из больницы Саньке: мне не терпелось навестить одно замечательное место. Адрес публичного дома «Не мечтай, а заходи!» подкинула перед расставанием Юлька. Я съездил туда, осмотрелся. Теперь же, когда Санек, пусть и палкой, но может передвигаться, можно выдвигаться в люди. Мы махнули за его здоровье по рюмахе и я предложил продолжить выздоровление в борделе.
– Но есть, Санек, одна фишка: публичный дом необычный. Там собраны такие телки, которых ни я, ни ты в одном месте никогда не встретим.
– Врешь! Какие?
– Остальная инфа на месте – таков сюрприз. Больше ничего не скажу. Ты ж соскучился по бабам? – хохотнул я.
– Но я ж хромой!
– Не ссы, прорвемся. Сейчас звякну, скажу, что приедем. А ты начисляй по сотке, не стесняйся.
Вскоре мы сидели в неприметном особняке за городом. Вышибалы-охранники не обращали на нас внимания – резались в шахматы. Обслуга в лице нормальной такой девахи в одних трусах, угостила кофе и положила на стол альбом с фотографиями.
– Как выберите, позовите меня, – сказал она, и я проводил взглядом попец красотки.
– Выбирай, Санек! – я открыл альбом.
Санек чуть не разлил кофе: фото белоснежной девушки килограмм под двести впечатлило.