Девушка на любовавшись моим обожженным телом торопливо достала из кармана айфон и принялась меня снимать, что то тихо бормоча в экран.
«Блогер»!
Суомари сделал вперед крошечный шаг и откусил девушке кисть руки вместе с телефоном. Несколько мгновений красотка неверяще смотрела на кровящую культю, после чего сделав глубокий вдох оглушительно завизжала. Через секунду в палату ворвался боец спецназа с коротким АС Валом в руках. Увидев вопящую девушку, которая к этому времени уже лежала на полу и разбрызгивала свою кровь во все стороны, не растерялся и бросился к ней, выдернув на бегу из специального кармана жгут. Ловко перетянув ей культю, достал из ещё одного кармашка шприц-тюбик и прямо через халат сделал ей инъекцию. Убедившись, что девушка затихла и ей ничего не угрожает, боец разогнулся и посмотрел на меня, его взгляд наполненный ненавистью мне не понравился.
— Сука! За Светку я тебя кончу!
Сквозь зубы прошипел здоровяк. Ждать когда он схватится за висевший у него на боку автомат, я не стал. Кошмарик беззвучно клацнув зубами откусил бойцу обе ноги.
Солдат умер через несколько минут, просто истёк кровью, за всё это время в палату так ни кто и не заглянул, девушка же безмятежно спала в луже, своей и солдата, крови, погруженная в наркотический сон.
Только спустя пять минут ко мне в палату заглянул молодой мордоворот, в точно такой же форме, как и истекающий кровью труп, на полу. Выражение легкого беспокойства на лице громилы, мгновенно сменилось ужасом, едва он увидел своего напарника на полу в луже крови. Этот видимо был по умнее и не бросился на помощь покойнику размахивая оружием, в место этого он исчез за дверью и судя по донёсшимуся до меня бубнению, кого-то вызвал по рации.
Через двадцать минут в щели приоткрытой двери появилась голова полковника Головина, заместителя начальник девятого отдела. Бросив мимолётный взгляд на тела на полу, перевёл глаза на меня. — Сергей Павлович, вы меня слышите?
«Идиот»!
— Ты где?
Написал я Моргане.
— Уже подъезжаем.
Пришёл мгновенный ответ.
Недобившись от меня никакой реакции, полковник исчез.
— Я захожу.
Через групповой чат предупредила меня Моргана.
— Давай уже быстрее.
Дверь осторожно приоткрылась и в образовавшуюся щель проскользнула Маргана, бросив короткий взгляд на тела на полу не выразила никаких эмоций, за последние месяцы девушка повидала всякого и простой расчленёнкой, её давно уже было не удивить, обошла растекшуюся лужу крови и приблизилась ко мне.
Шевельнув челюстями с трудом разлепил спекшиеся губы.
— Пить и зелья восстановления.
Через двадцать минут я уже сидел на кровати и жадно допивал вторую бутылку воды. Труп бойца и искалеченную девушку убрали.
Мной владела ледяная ярость подпитываемая болью от обширных ожогов. Пообещав Головину, что если через полчаса у меня не. будет результатов расследования, то я проведу его сам и церемонится ни с кем не буду, каждый на кого у меня падёт подозрение, будет медленно скормлен кошмарику. Причём сам сам полковник был первым в списке подозреваемых, так как отвечал за мою безопасность. Полковник легко уложился в полчаса и
сейчас бледный и запуганный стоял передо мной и несмотря на то, что был моим начальником, докладывал мне о проведеном расследовании. Как оказалось никакого покушения или заговора не было, просто очередная отбитая «блогерка», чей брат служил в спецназе ФСБ и по немногу сливал ей информацию, уговорила его запустить на минутку в мою палату. Что тот и сделал улучшив момент когда его напарник отлучится в туалет.
«Просто идиотка и недоумок»!
— Что уже известно по покушению?
— Пока никакой конкретики, но уже есть кое-какие зацепки.
Кое-как подавив ярость отпустил полковника восвояси, тем более, мне пришло предложение принять в группу от одного из серых игроков. Кликнув принять через мгновение, получил четыреста десять ОП.
Пока флегматичная уборщица замывала лужу крови пожаловала начальник госпиталя полковник Лозина.
Видимо убедится, что я адекватен, присутствие страхолюдого Кранхор,гора перед дверями палаты, её не убедили, если не сказать наоборот.
— Почему мне не поставили капельницу с зельями?
Я точно знал, что такое в госпитале уже практикуется.
Главврач нисколько не испугалась моей сгоревшей физиономии, ответила спокойным голосом.
— Ваши кожные покровы, несмотря на глубокие ожоги, не возможно проколоть.