Главный охотник прошептал мне:
— Вода сделала свое дело. Теперь здесь будет хорошая охота.
— Однако льва так и не видно.
— Они могут долго обходиться без воды. К тому же, теперь они редко встречаются. Когда-то их было множество, так же как и леопардов, которых я вообще в жизни не видал.
— Так мы будем охотиться на то, что есть, или подождем еще?
Он погрузился в размышления, взвешивая возможности.
— Мы можем убить антилопу и оставить ее лежать. Может быть, лев учует ее и придет поживиться.
— Как приманку? — спросил я.
Он кивнул и сказал:
— Но даже если нам повезет и мы его встретим, необходимы великое искусство, огромная смелость и многолетняя практика, чтобы загнать и убить дикого льва.
— Вот и хорошо, что в нашей команде есть искусные охотники, которые смогут поддержать царя в момент его торжества.
Вместо ответа главный охотник обратил на меня чрезвычайно скептический взгляд.
Молчаливый следопыт, не сводивший свой острый взор с водопоя и его обитателей, внезапно сказал:
— Сегодня вечером льва не будет. И по-моему, вообще его не будет.
Главный охотник, казалось, был согласен.
— Лунный свет будет нам в помощь, но мы можем много часов прождать без всякого результата. Лучше занять царя и его охотников тем, что есть под рукой. Все подготовлено, так что давайте начинать охоту. Это будет хорошая тренировка. Завтра никуда от нас не убежит. Надо поискать подальше в пустыне.
И вот, немного позднее, мы приблизились к водопою с юга и востока, под прикрытием поднявшегося прохладного северного ветерка. Окрашенный закатным солнцем небосвод был золотым, оранжевым и синим. Те, кого пригласили на охоту, — и вельможи в модных одеяниях, и профессиональные охотники, — неподвижно стояли на своих колесницах, ожидая, отмахиваясь веерами от неизбежных мух и неслышно успокаивая нетерпеливых лошадей. Стрелки осматривали луки и стрелы. Воздух звенел от напряженного ожидания. Я протиснулся через небольшую толпу к царю. Царская колесница была простой, подвижной и удобной, с прочными деревянными колесами; ее легкая открытая конструкция позволяла ей без труда передвигаться по неровной местности. Две отличные лошади с султанами из перьев на головах и в золоченых наглазниках, накрытые роскошными платками, замерли в упряжке наготове. Тутанхамон стоял на шкуре леопарда, которая накрывала кожаные ремни пола. На его плечах лежала белая льняная накидка, длинная набедренная повязка была подвязана повыше, чтобы не стеснять движений и не мешать охотнику. Он был в рукавицах, чтобы его чувствительные пальцы не пострадали от давления врезающихся ременных поводьев, буде он захочет перехватить их у колесничего, который почтительно ожидал сбоку. Золотое опахало с ручкой из слоновой кости и пышными страусовыми перьями, а также золотая трость были закреплены на борту колесницы рядом с царем. С ними соседствовали готовые к охоте великолепный лук и колчан со стрелами.
Тутанхамон выглядел возбужденным и нервничающим.
— Что-нибудь слышно?
Я покачал головой. Мне трудно было судить, испытывал ли он разочарование или облегчение.
— Однако там собралось множество газелей и антилоп, а также страусов, так что не все потеряно. К тому же, это только первая охота. Не будем терять терпение.
Лошади тихо заржали и дернули повозку вперед, но царь, привычным жестом натянув вожжи, усмирил их.
Затем он поднял руку, призывая охотников ко вниманию, довольно долго продержал ее в воздухе, а потом резко опустил. Охота началась.
Пешие участники охоты быстро и безмолвно рассредоточились вдоль восточной стороны, держа луки и стрелы наготове. Колесницы, немного выждав, тронулись с юга. Я занял место на своей колеснице, восхищаясь легким, поющим напряжением ее конструкции. Лошади возбужденно фыркали в быстро остывающем воздухе. Полная луна вышла на небо из-за горизонта. Ее бледный свет освещал нашу группу, словно мы были рисунками на свитке с легендой, озаглавленной «Ночная охота». Я поглядел на лицо царя: в короне, с коброй, спускающейся на лоб, он тем не менее выглядел таким юным! Но одновременно он казался целеустремленным и гордым. Тутанхамон почувствовал мой взгляд и повернулся ко мне, улыбаясь. Я кивнул ему и тут же поспешно склонил голову.
Наконец мы тронулись, хрустя колесами по каменистой, неровной почве; колесницы распределились вдоль открытого пространства, широкого, словно арена. Когда все заняли свои позиции, главный охотник умело издал клич, обращенный к лучникам, размещенным с восточной стороны. Далеко впереди, на окутанном тенями расстоянии, я едва мог разглядеть возле водопоя ничего не подозревающих животных — виднелись лишь их силуэты, очерченные последними лучами дневного света. Некоторые из них, заслышав странный крик, беспокойно подняли головы. И тут, по сигналу главного охотника, загонщики все разом внезапно ударили в свои деревянные колотушки, производя ужасную какофонию, и в одно мгновение стадо животных в тревоге рванулось с места — и ринулось, как и было задумано в плане охоты, по направлению к колесницам. Я слышал отдаленный грохот копыт, приближающийся к нам. Охотники немедленно взялись за вожжи, и затем, под предводительством царя — который получал распоряжения от главного охотника, — колесницы покатили вперед, на шум и крик. И внезапно мы оказались посреди битвы.