- Дай отбой. Утром список всех серебристых оборотней - волков мне в кабинет, - и, со словами: - а пойдем-ка, братец напьемся,- обнял Дейма за плечи и шагнул вместе с ним в портал. Ликур вздохнул и пошуршал выполнять указанное.
Глава девять
Тутху знобило. Она открыла глаза и увидела стоящую перед собой груду рельефных мышц и изуродованное шрамом смуглое лицо.
- Проснулась? Тогда слушай. Завтра ты выйдешь на арену. Между боями. Сегодня будет тренировка, чтоб не дала себя сразу убить. Вопросы есть? Может пожелания?
- Одежда. Удобная, лучше мужская. Расческа. Шнурок. Мне дадут оружие?
- Оружие? - усмешка обезобразила и без того страшное лицо, - Через час на тренировку. Там получишь.
Тутха едва успела надеть свои подсохшие за ночь тряпочки, как дверь снова отворилась и служка, один из тащивших ее сюда, принес стопку одежды и частый костяной гребень. Потом нерешительно потоптался и спросил:
- Расчесать?
- Иди уж! Чесатель!
Тутха надела плотные кожанные штаны, что сразу подогнались по фигуре, простую серую рубаху, кожанную безрукавку на шнуровке впереди, шитые кожанные мокасины. Дополнительным бонусом был кожанный то ли шлем, то ли плотная шапка. В ней обнаружился и шнурок. Затем долго возилась с волосами: выдирала плохо вымытые длинные пряди, заплетала в тугую косу, вплетала шнурок и закрепляла при помощи шпилек. Затем все это спрятала под полушлем.
В двери открылось любопытное окошко, опустилась решетка и просунулась рука с тарелкой съедобной баланды - к чему кормить смертницу? И сиплый голос сказал:
- Кружку дай.
Тутха подняла с пола кружку, что валялась там со вчерашнего дня и просунула в окошко. Обратно получила горячий травяной настой и не удержалась от озорства - другой рукой схватила служку за бороду и пристукнула слегка мордой о дверь. Служка взвыл:
- Ааа-ууй! Завтра сдохнешь, шлюха! - и долго еще ругался за споро захлопнутым окошком.
Тутха села за скудный завтрак: "С арены начала, ареной и закончу. Ччерт!" А потом сама себя и успокоила: "Девятый день. Не так, так - так. Хоть побрыкаюсь".
Служка, что приносил ей одежду, повел ее из темниц наверх - к нему она не испытывала агрессии. Может за сочувственный взгляд и просительные интонации в голосе. Почему шла безропотно? Вокруг себя чувствовала какую-то силу, что раздавит в случае неповиновения. За замком были сплошь тренировочные площадки. Тут стояли разнообразные чучела, тренировочные снаряды, мешки и ящики. На площадках, с разным оружием в руках, повизгивая от страха или ругаясь, тренировались четыре особи женского пола. Две человечки, орчиха и нагиня. Против них выступали тренированные бойцы с грудой мышц и зверскими лицами.
Тутху же встретил давешний со шрамами и повел к стойке и подставкам с разнообразным оружием.
- Готова? Выбирай чем себе жизнь спасать будешь.
Тутха танцевала. Сколько себя помнила. Но при виде блеснувшего на солнце металла, притормозила и, протянув над ним руки, пошла вдоль. Даже глаза слегка прикрыла. Пики, рапиры, булавы, топоры,огромные мечи, изогнутые и прямые, парные и одиночные остались позади. Над подставкой с более мелким оружем изящные кисти притормозили. Легкое тепло и покалывае в пальцах заставило Тутху открыть глаза и взять в руки парные саи - ножи ближнего боя.
- Самоубийца,- довольно выдохнул сопровождающий, и отвел Тутху на пустую площадку. Подвел к чучелу, показал пару приемов и дал задание отрабатывать. Тутха неуклюже двигалась, нанося слабые колото-резанные дыры в тряпичном теле. А руки словно вспоминали давно забытые движения и пытались повторить то, чего ей никто не показал.
После обеда, который ничуть не отличался от завтрака, Тутху поставили в спарринг с здоровенным тренированным бойцом с наглой мордой. Он подлавливал Тутху в каждый удобный момент слегка щипля за ягодицу. И довольно улыбался, если получалось. Но делал это беззлобно, просто показывая, где защита слаба. А если ей удавалось увернуться, шептал: "Умничка, девочка!" И Тутха, которая могла уже раз пять царапнуть его острием сая, не нанесла ему ран.
Вечером, вымотанная и потная, она шла в сопровождении того же служки назад. И уже подходя к двери, увидела и краем уха услышала разговор двух мужчин - хозяина и здоровяка со шрамами:
- Ну, что скажешь?
- Человечки падут сразу. За счет орчихи и нагини будет время, минут по десять каждой. Посмотреть их не хотите?
- Нет. На арене увижу.
Мужчины стояли к ним боком, воин со шрамами стоял склонив голову, а хозяин смотрел прямо над ним, Серебристые светлые волосы зачесом назад, невероятный чеканный профиль, длинные ресницы и полыхнувшие красным глаза. Сердце Тутхи ускорилось и кровь прилила к щекам: "Что это?- опешила Тутха,- раньше такого не было. Уже второго мужчину чувствую! Девятый день!"