— Как патрон я прежде всего не позволю — никому не позволю! — превращать эти стены в притонные, а серьезную беседу — в унизительную для обеих сторон пикировку… Но и разойтись по отсекам я тоже не могу позволить. Разве теперь мы в состоянии сделать вид, что ничего не произошло?
— А что, собственно, произошло, патрон? Какой-то негодяй…
— А если не негодяй?
— Хорошо, скажу иначе: некто подбрасывает в лабораторию…
— Не в лабораторию, а господину Кх, что далеко не одно и то же и по-своему весьма знаменательно.
— Прекратите, коллега Вг, или вы покинете мой кабинет!
— Итак, некто подбрасывает бумажки с грифом «Сообщаем важные сведения!», и этого оказывается достаточно, чтобы лаборатория свернула работу и с вожделением погрузилась в чан с нечистотами, нацеленными в лицо нашему достойному метру — председателю совета директоров концерна профессору Грж. Неужели грязные листки с наглым грифом — основание для дознания, более того — хотя бы для малейшей реакции с нашей стороны?
— Исчерпывающая оценка, доктор Ск, с восторгом разделяю ее! Мы не должны опускаться даже до реакции на выходку какого-то ублюдка… Не уничтожайте меня взглядом, патрон, в угоду вашей беспристрастности я могу величать ублюдка аристократом духа…
— Вы слишком экспансивны, мой юный Вг, это отражается и на ваших исследованиях… Однако продолжим. Усилиями господ Ск, Лц и Вг нашему собеседованию придан устойчивый и вполне определенный эмоциональный фон — фон благородного негодования. Не хочу быть понятым превратно и поэтому объяснюсь до конца: ваш порыв красив и радует меня; радует, но не убеждает; кроме сердца, мы наделены разумом, и им пристало пребывать в согласии; сейчас этого согласия во мне нет… Оппонируя нам, вы, господа, называете полуденное послание с грифом «Сообщаем важные сведения!», для краткости — «свс», экскрементами, нечистотами, пошлостью, а его автора негодяем, ублюдком…
— Но, патрон, специально для вас — аристократом духа!
— Лично для меня делать ничего не надо… Ну а если автор и впрямь окажется порядочным…
— Дерьмом?
— Гражданином! Озабоченным чинимыми безобразиями, по существу — преступлениями! Чем оправдаетесь вы тогда?
— Значит, ваше воображение, патрон, рисует творца «свс» в респектабельном обличье озабоченного аристократа духа?
— Если хотите, да, это может быть озабоченный аристократ духа.
— Трогательный образ… Вот только гражданином ваш мнимый аристократ никогда не был и по природе вещей никогда не будет.
— Отчего вы так уверены в том, чего еще не знаете, доктор Ск?
— Истинный гражданин не скрывает свой лик, не оборачивается невидимкой, не проникает тайно в чужие комнаты! Истинный гражданин говорит известную ему правду вслух, изобличает зло, глядя его носителю в глаза, или передает имеющиеся у него доказательства чьей-то виновности телевизионным компаниям, редакциям декадников и вечерних оперативок. И при этом, подчеркиваю еще раз, ни от кого не прячется!
— А если у этого гражданина нет власти, нет положения? Если это маленький гражданин, который всего боится?
— Тогда он маленький обыватель, а не гражданин. Кстати, чего, например, боится ваш подзащитный?
— Быть уволенным, оказаться безработным.
— Серьезный аргумент, будем с ним считаться. Хотя в праве титуловаться гражданином я отказываю подобному субъекту. Боязливый гражданин — это просто не гражданин.
— Вы опускаете, доктор Ск, еще одно качество, которым патрон наделяет адвокатируемого, — озабоченность. Таким образом, подкоп под могущественный концерн «ПИЗЭ» проводит, по определению патрона, боязливый озабоченный гражданин. Для краткости, как сказал бы тот же патрон, — бог!
— О патрон, отдайте должное коллеге Вг — он таки ловко поддел вас за изъян в формулировке!
— Опять обо мне… У моих сотрудников нет ощущения, что мы угодили в мертвую зыбь и никак не вырвемся из нее?
— Есть, и острое! Поэтому предлагаю: теоретику Кх, которому «сообщили важные сведения», выступить в роли практика — собственноручно, дабы другие не пачкались, транспортировать «свс» в ватерклозет. После чего всем разойтись по отсекам и возобновить исследования.
— Патрон, примите мой официальный протест против новых оскорблений в вашем кабинете.
— Господин Лц, я предупреждал Вг, но просьба держаться в рамках приличия относится и к вам. Чем вызвано некорректное заявление о Кх как об адресате «свс»?