Все эти регулярные звонки свидетельствовали о том, что за ним пристально следят. Где-то в этом бурном потоке машин скрывался прилежный наблюдатель.
Как всякий опытный водитель, Денис знал, что чем ближе к центру, тем меньше заправок на дороге и соответственно тем дороже на них бензин. Но желающих заправиться обычно меньше не становится. Сегодня же все было не так. Средняя цена 92-го бензина взлетела до тринадцати рублей, а ведь еще совсем недавно за эти же деньги продавали 95-й. Буквально за две недели на разных заправках цены выросли от пятидесяти копеек до рубля за литр!
Денис включил радио и дождался информационного выпуска. Разумеется, такой экстраординарной новости, как резкое повышение цен на бензин, никто не смог обойти. Все возмущались и гадали, что бы это могло значить. А в студию весьма уважаемой радиостанции «Эхо столицы» пригласили известного политического аналитика Очубеева, который недвусмысленно высказался, что такая неприятная метаморфоза — однозначно дело рук крупных олигархов, государство же тут ни при чем.
— Ну а кого же конкретно вы имеете в виду? — допытывался ведущий.
— Да сами небось знаете наших нефтяных магнатов, — усмехнулся аналитик. — Клеонского, конечно. В первую очередь — его.
— Но зачем ему это надо? — поразился ведущий.
— А вот давайте изловим его и спросим, — на полном серьезе предложил Очубеев. — Отзовитесь, господин Клеонский, дайте ответ!..
Очубеев и радиожурналист немного помолчали, как бы ожидая реакции Клеонского.
— Ну что, не дает ответа? — иронично вопросил Очубеев.
— Не дает, — согласился радиожурналист. — Прямо как Русь — птица-тройка, сама не понимающая, куда несется!
И оба засмеялись, довольные своей культурной эрудицией.
На проходной «Мосфильма» Денис спросил пропуск на свое имя. Пропуск оказался выписан от съемочной группы фильма «Семеро смелых» — на «Г-на Грязнова и его машину». Денис въехал на территорию «Мосфильма» и притормозил, ожидая дальнейших указаний. Они не заставили себя ждать — телефон зазвонил, и все тот же женский голос сказал неприветливо:
— Ну что же вы остановились? У вас в пропуске что написано?
И Денис отправился разыскивать павильон, где работала группа «Семеро смелых».
На съемочной площадке было почти пусто. Несколько человек дремали в креслах, еще двое пили кофе. Денис, памятуя слова Чаплина о снегоходе, ожидал увидеть какие-то чудеса, но ничуть не бывало. В центре павильона в окружении юпитеров стояла хорошо укрепленная палатка… Съемочная аппаратура была зачехлена. Денис подумал, что в эпоху компьютерных технологий, наверно, нет смысла в июне ездить за снегом туда, где по-настоящему холодно, если его можно… просто дорисовать. Или нет?
— Здравствуйте, а где здесь каскадеры? — спросил Денис.
— Да вон! — Ему показали в глубь павильона, оттуда из-за высокого, пятиметрового, заграждения доносился шум какого-то станка или двигателя.
Денис обогнул заграждение и увидел двоих мужчин, склонившихся над каким-то шумящим агрегатом. Агрегат искрил. Один из них что-то сказал, а второй не расслышал, и первый повторил уже громче:
— Масло надо менять!
Тогда второй заорал:
— Степаныч! Мешаешь движок слушать! Заткнись лучше, а то щас лицо погну!
Такого двигателя Денис никогда не видел. Но он подошел и сказал со знанием дела (а что было терять?):
— Снегоход барахлит?
Изумление изобразилось только на лице одного, второй же оставался невозмутим. Он снял очки-консервы как у автогонщика и спросил:
— Что ты тут забыл?
— Чаплин с вами работает?
— А ты кто такой? — поинтересовался каскадер.
— Так… Один человек. Гомо сапиенс.
— Точно сапиенс?
— Стараюсь…
Каскадер придирчиво осмотрел Дениса со всех сторон и остался не слишком доволен. Впрочем, он, кажется, был из породы тех, кто всегда и всем недоволен.
— Ты на машине?
— При чем тут это? — Денис сообразил, что пропуск, наверно, неспроста был выписан и на его машину.
— Пешком долго идти. Если на машине, то пошли, покажу дорогу.
Они отправились к джипу, но Денис все оглядывался. Он понимал, что управлять погодой во время съемок невозможно. Тем более ни в Арктику, ни в Антарктику никто не поехал. Но неужели все делается с помощью компьютерных технологий? Это ведь безумно дорогое удовольствие.
— Можно у вас спросить…