10.51. Бедняков потоптался на солнцепеке и не выдержал, передвинулся в тень. Гордеева Бедняков по-прежнему не терял из виду, а долгожданного Владимира Андреича все не было.
Только в 11.05 «ауди» припарковалась у тротуара, Бедняков машинально запомнил номер и стал подбираться поближе. Из салона вылез мужчина, силуэт, которого показался смутно знакомым. Но рассматривать его не было времени, ибо следом за первым подъехала точно такая же вторая «ауди», того же цвета и тоже с тонированными стеклами.
Честно говоря, Бедняков был готов к тому, что сейчас он остановится рядом с первой, из нее выйдет мужик — брат-близнец того, что уже поднимал капот, проделает ту же самую операцию, а потом подъедет третья машина…
Но вторая «ауди» не остановилась, а только сбавила ход, правое переднее стекло плавно поползло вниз, и из отверстия высунулся ствол, удлиненный глушителем, за чем последовало два характерных хлопка, которые Бедняков не услышал — скорее почувствовал.
Дальнейшее капитан фиксировал уже в прыжке, поскольку Гордеев выбрался из толпы и оказался на линии огня.
Мужик из первой «ауди» нырнул к себе в салон через правую дверцу и нажал на газ — мотор он не глушил. Из второй «ауди» выстрелили еще дважды и, рывком взяв с места, понеслись по Богородскому шоссе. И тут действительно появилась третья «ауди».
А в это время первая, капот которой по-прежнему торчал вверх, вслепую ткнулся в зад белой «Ниве». От удара капот захлопнулся, но дальше досмотреть не получилось. Гордеев спихнул Беднякова на асфальт. И тут же заворчал:
— Встань с меня, я, кажется, вывихнул палец.
Когда Бедняков поднялся, ни одного из интересовавших его автомобилей поблизости уже не было. И о том, что здесь вообще что-то произошло, напоминал только помятый багажник «Нивы». Вокруг них собрались любопытные, и Бедняков потащил Гордеева в свою машину, прихватив по дороге маленький блестящий кусочек свинца.
— Возьми вот. Возможно, это предназначалось тебе. — Бедняков протянул пулю Гордееву.
Впрочем, Бедняков намеренно сгущал краски. Очевидно было, что стреляли не в Гордеева, а в этого Владимира Андреевича, это Бедняков видел четко.
— Может, уже настало время мне узнать все подробности?!
Гордеев молча разглядывал пулю и, казалось, думал о чем-то совершенно постороннем.
Бедняков развивал наступление:
— Разве ты не видишь, что Аня тебя банально использует. Сочиняет истории про секретных агентов, которые вербуют проституток и заставляют их травить бухгалтеров мафии. Потом подставляет тебя под огонь. И еще этот Джеймс Бонд — Владимир Андреевич, который приводит за собой длинный хвост и чуть не погибает ради какой-то сверхсекретной информации. Разве он похож на спецагента? Таких идиотов даже во вневедомственную охрану не возьмут ящики сторожить. И что за информация? О том, что у Резника унитаз черного цвета?
— Я должен был вернуть ему зараженную дискету.
— Какую дискету?!
— С вирусом. Этот тип заставил Аню напоить Резника клофелином и записать на его компьютер вирус. Достаточно было только включить компьютер, загрузиться с этой дискеты, а дальше вирус при следующем включении перешлет по модему всю нужную им информацию. Аня говорит, что компьютер не загрузился, потому что потребовал пароль, и, переписался ли вирус, она не знает. Именно эту дискету и нужно было сегодня вернуть.
— Господи, какой бред. Ты сам дискету проверял?
— Нет, конечно, в моем компьютере масса конфиденциальной информации, а вдруг вирус сработает?
— Да ни хрена не сработает! Отдай своим друзьям в детективное агентство, пусть разберутся, ты же говорил, там есть какой-то бородатый компьютерный гений.
— Нет уж. — Гордеев окончательно пришел в себя, и его дальнейшими действиями управлял уже воинствующий адвокатский фанатизм.
Кстати сказать, Юрий Петрович уже жалел, что рассказал Беднякову историю Ани № 3. Ну да, а как еще ее назвать? История первая: в квартире Резника Аня была, ничего плохого не сделала и ушла. Вторая: все-таки опоила хозяина, но опять же ничего не делала. И третья: инфицировала бедный резниковский компьютер вирусом. В какой же по счету наконец всплывет сейф?!
— Юра, только скажи, где сейчас Брусникина, и я сам с ней потолкую! — взмолился Бедняков.
— Не-а, — Гордеев задумчиво покачал головой. — Кстати, спасибо, что спас мою задницу. — И он пересел в свою машину.