Когда тело унесли, жрец повернулся ко мне. На губах его — хищная, жестокая улыбка.
- Где ты предпочитаешь… кормиться? - перед последним словом он сделал заметную паузу. - Дом ушедших для этого вряд ли подходит.
- Почему же? - удивилась я. Моя кровь все еще была отравлена пряным вином азарта, и я намерена была поиграть. - Обстановка кажется мне крайне подходящей.
Дальше… Дальше я полностью отдалась течению Силы. Каждое мое движение, каждый мой взгляд — сладкий мед для жертвы. Маленькая мушка увязла, и шанса спастись нет.
Темноволосый вер с почти прозрачными, голубыми глазами ложится на холодный металлический стол сам. С отчаянным восторгом. Осознавая, что предает все, что было ему дорого. Я приникаю к его шее, клыки пронзают кожу — и горячая, густая кровь течет по горлу. Глоток. Еще один. И еще.
Прозрачность его глаз мутнеет, будто разбавленная молоком. Кровь не дает мне ни тепла, ни холода. Кровь — лишь проводник чувств. Я пью его жизнь. Пью запах яблок, которыми он в первый раз угостил свою возлюбленную. Пью первый крик его дочери.
Собственно, вот то, что вампиры есть по сути. Просто воры.
Утирая губы ладонью, я смотрю на Камео. Он… меня не осуждает. Ничуть. Он восхищен.
- Ты все еще голодна? - спокойно спрашивает жрец.
- Уже нет, - я смотрю на мертвое тело оборотня. - Остальных пока следует убрать как… консервированные продукты.
Камео усмехнулся, весьма иронично.
- Надеюсь, ты не будешь против, если мы поместим их не в банки, а в пенитенциарий?
***
В кофе я добавила кардамон, сладкий, чуть островатый, чтобы Аларик мог немного расслабиться, и вместе с пряностью — свое тепло. Мой мужчина потратил сегодня много сил.
- Надеюсь, твои воины не натворят бед? - спросила я, поставив на кухонный стол миндальное печенье.
- Нет, - мой принц, сидя на скамье, оперся спиной о стену и закрыл глаза. - Я ведь призвал не только их тела, но и духи, потому они сейчас почти не отличаются от себя самих при жизни.
Почти. Сколько горечи в этом слове.
- Кроме того, рыба утолит их страдания и позволит контролировать в полной мере свои действия.
Это хорошие новости. Я почти могла представить себе, как женские руки готовят перламутровую бледную плоть рыб для ушедших возлюбленных. С соусом из белого вина, например. Или с мятой. А может быть, с имбирем и кунжутом.
- Прекрасно.
Моему принцу подвластно все, и я не сомневалась в исходе войны. Эта уверенность в словах не нуждалась, потому я просто села рядом и потерлась щекой о его плечо.
Аларик сделал глоток кофе, затем поднес чашку к моим губам.
- А если я проиграю?
Мои губы коснулись изгиба его шеи.
- Зная тебя, я не сомневаюсь: даже если тебе случится проиграть, проиграешь ты с честью.
- Это уж точно, - усмехнулся мой принц. - Я тебя безумно люблю, ты знаешь?
- Нет, я не знаю. Я уверена.
Аларик целует меня в висок. И когда на кухню заходит Илиас, я рассказываю своему мужчине о том, что в саду у нашего дома обязательно будут цвести багровые, черные почти розы.
Его Величество, как всегда, был точен и лишних слов не тратил. Он молча протянул к нам руку. Раскрытая ладонь была испачкана аквамариновой пылью.
- Не повезло, - ровным тоном сказал Аларик. Его пальцы раскрошили фарфоровую чашку, и капли крови из порезов смешались с кофе.
***
- В любом случае, мы найдем нужный камень, - сказала я, разглядывая ладонь супруга, чтобы оценить, насколько повреждена кожа.
- Ты права.
Мой принц улыбнулся так хищно, что будь этот злосчастный аквамарин живым, я серьезно беспокоилась бы за его судьбу. Аларик, без сомнения, не остановится, пока не найдет для Северного ветра Мириэллу.
Вернее сказать, Его Величество и Его Высочество не остановятся. Но их внимания требуют и иные государственные дела, потому сейчас король отправился на совещание с главой экономического ведомства, а мы с Алариком — в медицинское крыло.
Регенерация итилири просто мечта каждого целителя. Благо, что царапины я успела промыть до того, как они стали затягиваться. От перевязок моему принцу также отказаться не удалось.
- Очень важно, чтобы ты был здоров. Важно не только для твоей супруги, но и для всего твоего народа. Кроме того, - я мягко улыбнулась, - мне очень нравится, как выглядят бинты на твоих руках.
- Как коварна, оказывается, моя женщина, - протянул Аларик. - Отвлекла внимание словами о том, что тебе важно мое здоровье, а на самом деле, оказывается, вот так все просто.
Я засмеялась и обняла любимого за шею.
- Да, ты все понял верно. А я, кстати сказать, хочу понять, почему в мире вампиров вновь появилась черная лихорадка.