— Мила, хватит! — я подбежала к дочери и обхватила её руками, не позволяя встать.
— А знаешь, сестрёнка, почему отец никогда не узнает о тебе? — задал риторический вопрос Ниари и подошёл ближе, — потому что твоя сучка-мать обвела вокруг пальца меня, отца, всю расу и притащила за собой на Эйлидию чёртово оружие массового поражения.
Вайр замолчал, уставившись куда-то вдаль, но потом резко перевёл безумный взгляд сначала на меня, а потом на мою дочь.
— Кто бы мог подумать, что тупая человеческая сучка сможет такое провернуть и взорвать целую планету с её колониями, — вайр присел на корточки и обратился уже ко мне, — знаешь, Са-Ша, я до последнего не верил в твою виновность, пока несколько лет назад с последними выжившими вайрами не вернулся на Землю. И вот когда в вашей местной инфосети я узнал все подробности твоей миссии, я пришёл в ужас! Как ты могла, тварь? Как могла ты так со мной поступить, когда я сохранил тебе жизнь? Как?
Я не выдержала и вскочила на ноги. Нир тут же подскочил следом за мной.
— Как я могла, Нир? — кричала я в какой-то неистовой, не свойственной мне злости, — а как ты и твои сородичи могли уничтожать нас на протяжении тридцати лет? Вы что, правда, думали, что вам не прилетит однажды ответка за все ваши преступления? Вы думали, что так и будете безнаказанно истреблять один народ за другим? Да чёрта с два! Вы, твари, получили то, что заслужили!
Нир сжал кулаки и в мгновение оказавшись рядом со мной, со всей силой ударил меня по лицу. Я не успела среагировать и упала. Вайр же присел на корточки рядом со мной, схватил меня за свитер и приподнял.
— Ты такая же тварь, как и я, Са-Ша, — спокойно произнёс он, глядя мне в глаза, — а сейчас смотри внимательно, как будут дохнуть твои родные. Почувствуй то же, что чувствовал я, смотря на горящую Эйлидию.
Отпустив меня, Ниарит встал и медленно двинулся к реке, где играли и весело смеялись дети и отец.
— Папа, беги! — крикнула я, попытавшись встать, но ужас так сильно сковал меня, что ноги отказывались двигаться. Мила подползла ко мне, не в силах встать.
— Мама! — прохныкала она, — мамочка, он же убьёт их!
Я, не отрываясь, смотрела, как Нир подходит к отцу, что-то ему говорит, а потом наносит удар, разрывая грудь отца, и вырывает сердце. Папа падает замертво, а Нир смеётся.
Я оглянулась по сторонам в поисках детей, но папа, кажется, успел их спрятать. И пока Ниарит пытался их найти, я повернулась к рыдающей дочери и спросила:
— Мила, встать сможешь?
Она попыталась успокоиться, но безуспешно, тогда я наотмашь ударила её по щеке, и дочь неожиданно затихла.
— Мила, — ласково позвала девочку я, — тебе нужно уходить, слышишь? Если останешься, с тобой произойдёт то же, что и с дедушкой Колей.
— Мама, пойдём со мной.
— Не могу, дорогая. Тварь пришла за мной. Поэтому я должна остаться.
— Мама… — взмолилась дочь, — пожалуйста, идём со мной.
— Доченька, милая моя, со мной всё будет хорошо. Я разберусь с вайром и сразу же вернусь к тебе. И расскажу тебе всю правду о твоём настоящем отце.
— Обещаешь? — недоверчиво спросила дочь.
Я просто кивнула, не в силах открыто соврать девочке, и продолжила:
— А сейчас вставай, и как бы больно тебе не было, беги к лайру и улетай как можно дальше от Земли. Поняла меня?
— Да, мама, — коротко ответила Мила, тяжело поднялась и поковыляла в сторону леса. По-видимому, дочь повредила спину, когда вайр откинул её на камни.
Мила неожиданно остановилась, повернулась ко мне и произнесла:
— Я люблю тебя, мама. Больше всех на свете.
Сказав это, Мила тут же отвернулась и скрылась под сенью густого леса. А я позорно разрыдалась. Шестнадцать лет я жила, пытаясь забыть то, через что прошла благодаря Марку и своей слабохарактерности. Со временем я смогла ужиться с мыслями о том, что виновна в гибели целой расы. Я смирилась с тем, что моя юношеская мечта выйти замуж за прекрасного принца никогда не исполнится. У меня была дочь от любимого мужчины и мне хватало этого, чтобы жить в умиротворении. Конечно, я винила себя в смерти Кайраны и часто плакала по ночам, но продолжала жить и растить дочь. Но даже в своих самых страшных снах я не предполагала, что однажды встречусь лицом к лицу с Ниром и потеряю всё, что так ценила, любила и оберегала.
Я утёрла слёзы с лица, несколько раз глубоко вздохнула и всё-таки смогла подняться на ноги. Дойдя до неподвижного тела отца, я упала на колени и прошептала: