— Сойлар Лайонай, мне нужно в ванную комнату.
— Первая дверь слева, — ответил вайр, продолжая изучать содержимое бумаг.
Я вздохнула с облегчением, когда поняла, что не услышу от сойлара неудобных вопросов, типа “зачем”. Вбежав в ванную, я первым делом посмотрелась в зеркало и чуть не расплакалась.
— Чудовище, — прохныкала я в отчаянии, — как же стыдно!
Вспомнив, что обед подадут только через пятнадцать минут, я подошла к душевой и активировала подачу воды. Плевать, что ванная не моя, я так отвратно выглядела, что даже сам сойлар Кайрана не помешал бы мне сейчас помыться. К тому же я так замёрзла, что зуб на зуб попадал с заметной периодичностью.
Скинув одежду, я зашла под горячие струи и с наслаждением закрыла глаза. Тело быстро согрелось, а я выбрала первую попавшуюся баночку с белой жидкостью и не прогадала — шампунь. Хорошенько промыв волосы, я оттёрла докрасна кожу, прополоскала рот и, свежая и благоухающая чужими запахами, вышла из душевой. Надев майку, я заправила её в шорты, и подошла к зеркалу. Выглядеть я стала посвежее, от тела и волос приятно пахло и даже глаза засияли, но вот с волосами нужно было что-то делать — хотя бы расчесать. Я горько вздохнула, поискала глазами что-нибудь похожее на расчёску, но так ничего и не нашла. Выйдя в гостиную, я обнаружила Кайрану всё там же. Он продолжал читать бумаги. Я не удержалась и спросила:
— Зачем настолько развитому обществу, как ваше, сойлар Лайонай, бумажные носители? Разве не проще передавать информацию в электронном виде?
Вайр оторвался от бумаг и повернулся, окинув мою фигуру равнодушным взглядом. А сердце моё снова пропустило удар, и я опустила глаза, не выдержав взгляда светло-серых глаз.
— Письмо, написанное при помощи пера и чернил, несёт в себе много больше информации, нежели письмо, напечатанное бездушной машиной, — ответил сойлар.
Неожиданно было слышать такой ответ от твари, убивающей людей направо и налево, но в его словах был смысл, и если бы это сказал человек, я бы покивала головой и поудивлялась глубокомыслию сказанного, но это сказала тварь, и мне захотелось смеяться. Но я позволила себе только усмешку — мне всё ещё страстно хотелось жить.
— Мне нужна расчёска, чтобы привести в порядок волосы, — я быстро перевела тему, — вы не подскажете, где я могу её взять?
Сойлар посмотрел на мои влажные спутанные волосы и, положив бумаги на стол, зашёл в ванную. Нажав на что-то в стене, Кайрана позвал меня. Я подошла и обнаружила целый шкафчик с массажками. Выбрав одну с самыми редкими зубьями, я повернулась к зеркалу и начала расчёсывать непослушные волосы. Всё это время сойлар стоял напротив и наблюдал. Я чувствовала смущение, но сказать властителю целой империи, находясь в его доме и полностью завися от его воли, чтобы он вышел… я просто не могла себе такого позволить.
Когда вайр заговорил, я вздрогнула от неожиданности:
— Как называется цвет твоих волос?
— Русый, сойлар, — ответила я, продолжая гипнотизировать своё отражение в зеркале и стараясь не обращать внимание на заинтересованный взгляд Кайраны.
— Русый, — повторил Кайрана и подошёл ближе. Я не удержалась и посмотрела на отражение вайра в зеркале. Сойлар был выше меня почти на две головы, и значительно шире в плечах, чем Ниари. Впервые за всё время я позволила себе рассмотреть сойлара повнимательнее: да, Нир не был похож на отца. Если черты лица Ниари были плавными и нежными, а в глазах почти всегда искрились смешинки, то Кайрана Лайонай был острым, как лезвие кинжала: длинный прямой нос с тонкими крыльями, холодный, будто мёртвый, взгляд очень светлых, а потому пугающих до ужаса глаз, острые скулы, большой рот и заострённые зубы с удлинёнными клыками. Я поёжилась от забегавших по телу мурашек, не поняв причину их появления, и отвернулась. Во рту скопилась слюна, и я шумно сглотнула. И снова вздрогнула, услышав низкий голос вайра:
— Я знал много рас и народов по всей вселенной, но никогда не встречал такого цвета волос.
— И что же в нём такого особенного? — спросила я, опустив глаза.
— Ничего, — неожиданно грубо ответил сойлар и отвернулся, — он крайне непригляден, тускл и невзрачен.
— Ну, спасибо за комплимент, — язвительно прошептала я и, кажется, обиделась за всех русоволосых людей, почивших и ещё живущих на этой бренной земле. Да, мне не нравился мой мышиный цвет, но им наградила меня природа, и изменить я его не могла. Ещё и самооценка моя, которая и так была хуже некуда, приказала долго жить и испарилась. Конечно, после встречи с феей Изалай я выглядела самой страшной обезьяной среди рода человеческого. Да даже вайрийские мужчины выглядят красивее меня! Я горестно вздохнула, последний раз проведя массажкой по волосам, и быстро заплела простую косу, нашла в шкафчике металлическую заколку, похожую на ту, что была у Нира, и защёлкнула её на кончике волос. Сойлар, внимательно наблюдавший за моими действиями, спросил: