– Леша, ты разговариваешь с чудищем? – робко спрашивает Ксения.
– Нет, конечно! С чего ты взяла?
– Оно смотрит на тебя. Наверно, съесть хочет.
– Ну, я тоже иногда смотрю на тебя. Но думаю вовсе не о еде.
– А о чем? – оживилась Ксения.
– Карета подана, господа! Это наше транспортное средство, я правильно понял, Алексей? – вмешивается в разговор Борис.
– Да. Хотя я представлял иначе. Садимся!
Цепляясь за «прутья» шерсти, люди забираются на спину чудища. Тварь расправляет крылья, тело чудовища содрогается. Крылья начинают вибрировать, слышен низкий гул, переходящий в рев. Тяжелая туша медленно отрывается от земли, лапы прижимаются к брюху, чудовище кренится в бок и резко набирает высоту. Чтобы не упасть, Алексей прижимает ноги, наматывает на руки волосяные отростки и наклоняется вперед. Ксения тотчас обхватывает его за пояс.
– Где Борис? – через плечо спрашивает Алексей.
– Не знаю! – кричит в ухо Ксения. – Был там! – кивает она и встречный ветер срывает платок с головы. – Ой!
– Я здесь, не извольте беспокоиться! – раздается веселый крик.
Борис сидит у основания первой пары крыльев, в руке трепещет платок Ксении.
– А куда мы летим? – крикнул он еще раз.
– Я приказал отнести нас к Ротшилю!
– А он… оно его знает?
– Ну, куда-то же летит!
Чудище выравнивает полет, некоторое время летит прямо, затем сворачивает вправо. Высота небольшая, около сотни шагов. Внизу появляется обширная роща полудохлых от холода древовидных папоротников. Чудище снижается, вибрация крыльев уменьшается. Пасть чудовища распахивается, нижняя челюсть отваливается, словно крышка чемодана и раскрывается. По краям надуваются пузыри, кожа натягивается резко и страшно, хорошо видны натянутые сухожилия и кости.
– Что это с ним? – завизжала Ксения.
– Жрать захотело. Будет мошек ловить, как летучая мышь! – отвечает Алексей, отворачиваясь от потока встречного воздуха.
Летающий дракон несется к земле, как стратегическая ракета на Вашингтон. Ветер превращается в ураган, холодные струи режут лицо, стягивают кожу со лба и норовят содрать скальп. По железу доспехов что-то постукивает. “Местные жуки? – подумал Алексей. – Или летающий вагон слюнями брызжет”?
Чудище идет на бреющем полете прямо над верхушками папоротников. Насекомые, взлетающие полуптицы-полуящерицы, сидящие на макушках мелкие хищники, шишки и семена – все проваливалось в желудок. Питательный полет продолжается нескончаемых минуты три или четыре. Стало заметно теплее, Алексей поднял голову, разжал затекшие пальцы. Местность понижается, впереди темнеет каменный бок скалы, будто крепостная стена до неба, потому что верх скрывается в облаках. Монстр обжора летел прямо на стену и сворачивать явно не собирался. Алексею это не понравилось, он повторил мысленный приказ лететь туда, где собралось много тошавов. По мысли отставного майора, именно в том месте и прячется главный враг. Летающий пожиратель всего живого должен знать, где это. “Ну, а как еще? – обозлился сам на себя Алексей. – Как объяснить безмозглой твари, что нам надо во дворец этого долбанного Ротшиля? Может, и не дворец у него вовсе, а нора в земле. Или хижина, благоухающая цветами, я ж не знаю! Но у любого правителя, президента, короля или председателя партии есть свита, состоящая из подхалимов, лакеев и охранников. Целое стадо! Кстати … э-э … ангел мой, – мысленно обратился Алексей к чудовищу, – они все твои. В смысле, обед, ужин и полдник. Или все наоборот? Ну, неважно. Все, до последнего пейса! Сами в рот полезут, я распоряжусь”!
Чудище машет крыльями с удвоенной силой, от гула закладывает уши. Тварь захлопывает пасть, чуть прибавляет высоты, но продолжает мчаться прямо на стену.
– Лешка, скажи ему, что оно летит неправильно! – визжит на ухо Ксения.
– Уже сказал.
– Ты не так сказал!! А-а-а!!!
Бурая равнина обрывается резко и страшно, словно отсечена мечом палача. Бездонная пропасть раскрывает пасть, в глотке бурлит туман, скрывающий под собой тьму. Чудище клюет угловатой башкой, будто хочет покувыркаться после того, как слегка перекусила летающими козявками. Гул прекращается, крылья сдвигаются назад и замирают в полной неподвижности. Словно пикирующий бомбардировщик, монстр несется вниз, туман глушит истошный визг Ксении.
Чудище расправило крылья в тот момент, когда люди были уверены, что гибель неминуема и жить осталось считанные мгновения. Крылья движутся с такой скоростью, что исчезают из виду. Гул оглушителен, торможение таково, что людей буквально вдавливает в хитиновый панцирь. Сгибается хвост, лапы расправляются, содрогающаяся от усилий тварь мягко приземляется. Гул пропадает, как обрезанный. Слышен слабый хруст камней под когтями тяжелой твари. Неподалеку что-то шипит, клубы пара поднимаются ввысь, образуя над головами мутную пелену. Алексей первым приходит в себя и обретает способность говорить. Он с трудом разжимает затекшие пальцы, расправляет спину и вертит головой, разминая шею.
– Все… кхе! … все живы! – спрашивает он преувеличенно громко.
Голос слегка дребезжит и срывается, но после пережитого это допустимо. Шея поворачивается с трудом, позвонки словно окостенели, сухожилия скрипят. Такое чувство, будто голова торчит на колу.