— Деньги — это хорошо. Левее, Хан! Левее! Глаза разуй! Так, о чем мы говорили? Да, об оплате… — он вздохнул, посмотрел в сторону — туда, где стояли Клаус и Белла, жавшиеся друг к другу. — Оплата… Деньги — это хорошо…
— Третий сектор осмотрен, перехожу в четвертый.
Знакомый голос резанул по ушам. Гул голосов и техники перестал сливаться в единый далекий шум. Ядро перевернулось, болезненно впились в органы синие нити — тело еще не зажило от последствий ночного побега. Мозг вычленил из общего гама нужный голос, зацепился за него, определяя его местоположение, расстояние от него до альфы. Глаза симбионта тут же пробежали по сектору космопорта, отыскивая мужчину в форме. Нет, Фолс перестраховался. Военный был одет в серые джинсы, зеленую футболку, и легкую ветровку бежевого цвета. Из многочисленных карманов выпирали ножи и два энергопистолета — но суть проступающих очертаний разгадать мог только посвященный. Альфа поспешила шагнуть в сторону, отгораживаясь от офицера полным телом капитана космолета. Увиденный ею эгочеловек иногда заходил к куратору Паю посудачить о начальстве и неверной жене под стопку тридцатиградусного кэлваса — национального напитка нинокайцев. И сюда он явился явно не прохожих девиц разглядывать. Военные не краски. И работают быстро. Даже странно, что они заявились сюда только сейчас.
— Когда вы вылетаете?
Мужчина посмотрел на нее, на детей, потом на свой космолет, мерцающий на левом борту синей надписью "Ласточка".
— Через полчаса.
— Мы очень торопимся. Что вы хотите?
В толпе появилось еще несколько мужчин, целеустремленно кого-то высматривающих.
— Я… Деньги, конечно… Но… — капитан вдруг наклонился ниже, огляделся воровато и ткнул пальцем в сторону, где стояли дети. — Я хочу ее.
Пятая замерла.
— Не бойся, я ласковый, — улыбнулся мужчина ободряюще. — Я ее не обижу. Но больно хороша, чертовка! Я, знаешь ли, беленьких ужас как люблю.
— Это незаконно.
Она проговорила это, зная, что ей скажут в ответ. Знала Пятая и то, что ответит капитану она сама.
— Так вам какая разница? — пожал тот плечами. — Если мотаетесь тут — значит, проблемы у вас. Добрые люди вас не возьмут, а злые продадут на мясо. Или в тот же бордель тебя с ней сдадут. По вам же видно, что заступиться за вас некому. А я вас честь по чести довезу — к следующему утру будете на Терре Ферта. Всего и прошу-то за это: девочку на часик. Все равно тебе ее теперь не сохранить. А я с ней ласков буду. Я сильничать не люблю. Девочка еще благодарить меня станет.
Мужчины с военной выправкой приближались.
Белла испуганно жалась к Клаусу — она шесть лет не видела ничего, кроме серых стен лаборатории. Клаус в ожидании смотрел на Пятую и хмурился.
Альфа посмотрела на приближающихся военных, на усатого элюдя, с придыханием произносящего слово "девочка". Мужчина выглядел прилично, и не подумаешь, что он таким может увлекаться. Но…
Один из военных зашагал в их сторону. Не прицельно, но это пока. Белла спрятала свои волосы под капюшоном, но это не сильно поможет, когда они столкнуться нос к носу.
— Я согласна, — кивнула она и махнула детям рукой, давая знак приблизиться. Едва они подошли, Пятая запихнула их внутрь корабля, ничего не объясняя. Следом зашел парень в куртке летчика, остальные двое членов команды остались ждать капитана.
— А таможня? — спросила альфа у тощего парня, осматривая грязно-белый интерьер корабля. — Разве они не сканируют на теплоотдачу?
— Для начала: я — Майк, — представился тот немного напряженно. Тут же вызвал окно управления космолетом, ткнул какие-то строчки, и часть стены отъехала в сторону. — Полезайте. Там частично экранировано, а с другой стороны ящика — большой аквариум. Скажем, система сглючила. Не волнуйтесь, это прокатит, проверено.
Альфа волноваться не собиралась. Просто высчитывала возможный процент обмана. Но деваться было некуда, и она приказала детям:
— Лезьте!
Белла послушно стала на четвереньки и полезла в квадратный проем. Клаус с недоверием смотрел на Майка. Альфа подтолкнула мальчишку к лазу.
— Если что, знай, — это ты будешь виновата, что доверилась этим уродам! — предупредил Клаус, нехотя пролезая внутрь.
Альфа последовала за ними, еле втиснувшись в оставшееся место. Стена стала на место, оставляя их в темноте и духоте.
Закрылся люк, загудели двигатели, мимо протопала команда — занимать перед вылетом свои места. В темноте и относительной тишине альфа очень хорошо слышала и звуки работающих механизмов, и разговоры команды. Ничего особенного: говорили о маршруте, о полученном для перевозки товаре, о бытовых мелочах вроде "кто будет готовить ужин". Два раза обмолвились и о тайных пассажирах. Майк заверил, что в аквариуме достаточно разной живности, чтобы отмазка "прокатила", капитан сказал убрать каюту с двумя койками.
— Они там поместятся? — спросила зиранка удивленно.
— Поместятся! — уверенно ответил капитан, попутно наказывая соорудить на ужин что-нибудь повкуснее и достать бутылку вина из запасов. Зиранке же было поручено найти среди своих побрякушек браслет покрасивее и принести его капитану после обеда.
— Самый дорогой неси! — уточнил мужчина. — Я тебе за него заплачу, не бойся. Грабить твою шкатулку не собираюсь.
Подобные разговоры успокоили Пятую. Значит, вреда им причинять не собираются и условленный договор — действительно честный договор, хоть и несколько нестандартный. Альфа, не переставая прислушиваться к пустой болтовне команды, немного поелозила, пытаясь устроиться так, чтобы тело не затекало. Дернула плечом, сложила на плотно прижатых к груди коленях ладони — и почувствовала, как в ее руку вцепились холодные пальцы Беллы. Дрожащие от испуга.
— Все будет хорошо, — зачем-то соврала Пятая. Но девочка поверила и дрожать перестала.
Зря. Доверчивых сжирают первыми.
Глава 22
Темнота, теснота, духота. Страшное сочетание. Невозможно пошевелиться, поменять позу, достать из рюкзака бутылку воды и попить — места не хватит даже чтобы чуть отклонить в сторону локоть. Три тела плотно вжаты друг в друга, а оставшееся пространство заполнено тяжелым теплым воздухом. Кажется, что они вдыхают одни и те же молекулы по кругу, и кислорода внутри этого странного тайника становится все меньше и меньше. И веры тоже все меньше…
Белла не выдержала — коснулась дрожащими пальцами ладони альфы. Настя не отдернула руку, ничего не сказала, и девочка сочла это добрым знаком. Все получится, ведь с ними симбионт, а симбионты могут почти все. К тому же Анастасия особенная. Она не предаст. Иначе зачем ей их спасать?
Дыхание Клауса было громким, недовольным, альфы — почти неслышным, свое Белла ощущала шумным и тяжелым. Хриплым. Воздух заполнял легкие с неохотой, выходил из них со свистом. Толстовка пропиталась потом, рюкзак больно давил на спину, волосы липли ко лбу и губам. Говорить было страшно, молчать тоже. Оставалось только думать обо всем произошедшем, но картинки, встававшие перед глазами, заставляли дрожать от ужаса перед собственным будущим. И Белла цеплялась за ладонь сидящей рядом невозмутимой женщины, словно утопающий за спасательный круг. Если бы Настя была эгочеловеком, Белла непременно заподозрила, что она спасла их с Клаусом из каких-нибудь корыстных целей. Но симбионты на подобное неспособны. К тому же девочка давно подмечала "живые" странности за 192-5, но считала свои наблюдения результатом разыгравшегося воображения. Ведь ей так хотелось, чтобы окружающие ее люди-куклы вдруг ожили — и заметили ее наконец…
Клаус, тесно прижимающийся к ее боку, прошептал что-то ругательное. Белла, к своему счастью, не разобрала, что именно. Стиль поведения нового друга… по крайней мере она надеялась, что он станет ей другом… ее озадачивал, а иногда даже пугал. Но мальчика Изабелла почитала своим спасителем не в меньшей степени, чем Настю. Именно он сунул свой любопытный нос в мятый листик, что Белла нащупала в кармане, и дал, как оказалось, верную трактовку странному посланию. Это он сказал, что системе связи нельзя верить, и Белла должна будет сходить к Фолсу, если ей напишут или позвонят. Только тогда доктор посчитает ее безопасной. Клаус почти угадал: господин Фолс не стал ничего ей вкалывать, не выставил у ее комнаты охрану, просто посоветовал ложиться спать и запер дверь на код, известный только ему. Хорошо, что Клаус часто сбегал из детдома и знает, какой смесью надо ломать такие замки. Иначе бы все вышло по-другому. Совсем. И Настю у пятого выхода никто бы не ждал. Как хорошо все-таки, что они ушли вместе!