Ни носа, ни ушей на безобразной морде, я так и не увидела. Все тело монстра было покрыто мелкими игольчатыми наростами, имело серовато-стальной цвет и слегка светилось в сгущающихся сумерках. Вот такой дикобраз.
Когда оно стало медленно приближаться в мою сторону, шаг за шагом сокращая расстояние между нами и угрожающе рыча. Я поняла насколько мне страшно. До ужаса, до холодного пота, до мурашек.
Слава Праотцам, на этот раз стряхнуть с себя оцепенение получилось довольно быстро.
Не стала ждать дальше и проверять, сколько времени ему потребуется, чтобы отужинать. Поскольку ближайшим претендентом на трапезу была я сама. Нет спасибо! И буквально влетела вверх на камень, преодолев оставшееся расстояние в кратчайшие сроки.
Перемахнула на скалу, не оглядываясь, и не теряя впустую времени и стала судорожно карабкаться наверх. Что-то мне подсказывало, что этот милейший зверек, тот еще попрыгунчик, лапки уж слишком мощные.
Выступ, выступ, перенести ногу на ту выбоину. Руку выше, подтянуться! Еще раз и еще. Вперед, выше, не смотри вниз! Быстрее. Молодец, так держать! Словно всю жизнь только и делала что вот так бодренько по скалам прыгала. Когда перемахнула всем телом за очередной выступ, поняла, что добралась до своей цели, не промахнулась. Улеглась спиной прямо на камень и разрыдалась, закрывая лицо ладошками.
Снизу раздавались страшные гортанные звуки, утробное рычание и шум опадающих камней оторванных от скалы. Милый зверечек прыгает, достать добычу не может и негодует.
Только бы в пещере не водилось еще какой-нибудь гадости наподобие этой!
1.3
1.3
Выплакавшись, осмелилась посмотреть вниз, в темноте уже не было видно очертаний окружающего меня пейзажа, только светящийся в темноте монстр обратил на меня свой кровавый взгляд. Задними лапами он стоял на камне, на том самом на который я так долго карабкалась, а передними подпирал отвесный свод скалы. Меня снова затопила паника, и я отступила вглубь пещеры.
Если до сих пор сюда не забрался, значит безопасно!
Успокоила своего внутреннего паникера, готового бежать наутек.
Несмотря на узкий вход, сама пещера оказалась довольно широкой, сразу от входа она расходилась в стороны неравномерным клином, образуя продолговатую довольно широкую площадку свободного пространства.
В свете луны было видно, что стены ее были неровными, выщербленными. Все в круглых и продолговатых рытвинах. Они слегка напоминали мне соты. С потолка свисали тонкие сосульки сталактитов. Дальний край пещеры утопал в непроглядной тьме, из-за чего не было понятно, насколько пещера глубока.
Внутри было сыро и прохладно, пахло затхлостью.
Уставшее, израненное тело молило о пощаде, каждая мышца сильно ныла, казалось что ломило и выкручивало все, даже самые маленькие косточки. Надо же, как их оказывается у меня много!
Я не стала сопротивляться потребностям организма. Лишь отошла немного вглубь, от задувающего внутрь сквозняка села на ноги, согнутые в коленях. И привалилась спиной к стене. Было холодно и неудобно.
И наверное, все-таки поднялась температура, потому что меня снова начало знобить. Но несмотря на это, меня быстро уволокло в темноту. А песик снаружи так и продолжал бесноваться.
Я стояла посреди пустоши Наарона, ровно посередине между темными скалами и мыльным пузырем великого барьера, верх которого растворялся где-то в вышине, среди чернильно-черных тяжелых туч, низко нависающих над моей головой.
Вокруг неистовствовала стихия. Слышались оглушающие раскаты грома. Окрашивая сумеречный пейзаж в зловещие багряно-фиолетовые тона, сверкали множественные молнии, и порывисто дул ветер.
Он задувал под тонкую ткань моей ночной сорочки, пробирая холодом до костей.
Очередной разряд молнии осветил пространство вокруг. На всю долину пустоши черной гигантской кляксой легла тень от змея.
Природа словно сошла с ума, вокруг разверзся настоящий ад.