Вся проблема отца была в том, что он был излишне честолюбив, оставаясь при этом крайне наивным. По истечении полугода он предложил маме не только вернуться в их исконный мир, но и расписал радужные перспективы возвращения в Империю Шаррайит. Клялся, что сможет оставить в секрете все, что с ними произошло, и защитит молодую супругу от опасности.
Мама тоже была наивной девчонкой, да и слишком полюбила своего дракона, чтобы противиться его воле. И в день икс они вернулись на его родину. Фанфары были, и вступление в род, и даже взлет по служебной лестнице состоялся. Все о чем мечтал дракон осуществилось, только от высших, было не утаить многократно возросший потенциал нового члена рода. Как следствие, конечно же, появились вопросы, а заодно и все, что произошло дальше…
В общем, после того, как драконогад состыковал все свои догадки и пришел к однозначному выводу. Он уже достаточно сильно приблизил отца к себе. И пригласил ни о чем не подозревающих родителей, погостить в родовой резиденции. Но обратно уже не выпустил.
Мать описывала, как он, сперва в довольно деликатной форме, попросил поделиться с ним кровью, взамен на жизнь и здоровье отца. Как она согласилась, зная, что от ее крови, тому не будет абсолютно никакого толку, но молчала и отдавала, выискивая любую возможность увидеться с супругом. Как просьбы постепенно превратились в приказы и откровенный шантаж.
Как она кусала свои губы до крови, и рыдала навзрыд, когда видела в каком состоянии приводят мужа к ней на встречи, умоляла того не сопротивляться. Как обвиняла драконогада в том, что он не соблюдает условий договора, а тот лишь жестко усмехался в ответ, мол твой муж сам виноват, не нужно сопротивляться и на рожон лезть.
В этот момент ко всему прочему она узнала, что беременна мной.
А потом вдруг все резко прекратилось. Как она не просила, ей больше не разрешали увидеться с мужем и крови больше не требовали. Вместо этого из гостевых покоев особняка, ее перевели в камеру со стерильно белыми стенами и решеткой. С этого момента жизнь ее окончательно превратилась в ад. Ее окружали абсолютно сумасшедшие фанатики в белых комбинезонах, которые проводили над ней какие-то страшные эксперименты. Постоянно пичкали ее какой-то дрянью. После которой ей было безумно плохо.
Видимо именно в тот момент драконогад попросил своего помощника, отца Эрла - Рэймира Шэидир, накопать для него информацию о природе дэйтиири. Тот и раздобыл, и сразу отпала нужда в крови, потому что он понял бессмысленность ее заборов у связанной дэйтиири, и тогда же он, скорее всего, узнал и о детях драконов и дэйтиири. Иначе зачем все эти эксперименты. Видимо хотел чтоб наверняка…
Очень скоро по многим признакам и оговоркам мама поняла, что отца уже нет в живых, в тот момент она окончательно осознала куда попала и что ее ждет. И видимо что-то все-таки с ней сделали во время тех экспериментов, потому что впервые от обуревающих ее эмоций с ней случилось помутнение рассудка, с мрачным торжеством она писала, что практически не осознавала себя, превратившись в сгусток беспощадной стихии. А придя в себя, поняла, что находится на свободе неподалеку от разлома.
Тогда то она и решилась на новый переход, но возвращаться в лоно семьи побоялась. Осознав, какой чудовищный хвост может привести за собой в Вортанию, в случае если маньяк надумает последовать за ней. И тогда же она решилась, во что бы то ни стало попасть за барьер Великой Кейлонской Державы, зная что драконы избегают тех мест.
Именно в пустоши неподалеку от великого барьера она и набрела на группку ученых, которых возглавлял мой отец ученый и инноватор Кайрэл Вирг. Он был покорен ее красотой, и хрупкостью, а ей нужно было,во что бы то ни стало попасть за барьер. Он ее желал и жалел, она была любовью всей его жизни, а ей нужно было думать, как спрятаться самой и спрятать меня от маньяка. Он сделал все, чтобы протащить ее сквозь барьер, а она отплатила ему тем, что вышла за него замуж, стараясь сделать так, чтобы ему было хорошо с ней, хотя ее сердце все еще кровоточило от боли по моему настоящему отцу.
Чувствуя, что уходит, все-таки дали о себе знать те самые эксперименты, она взяла с него обещание, что он будет любить меня как родную. И он выполнил, от и до ее предсмертную просьбу. Любя и посвящая всего себя чужому ребенку.
Но самое обидное было в другом, я снова попала в те же лапы, и получается все усилия матери были напрасны.
Читая ее признания и глотая слезы, я не могла понять одного, где скрывался тот жесткий и довольно агрессивный дракон, которого описывала моя мать. Неужели жажда власти в нем была настолько велика, что заставляла чудовище, притворяться добреньким опекуном и папочкой.