– Ты что, преступница? – истолковав мое молчание превратно, он грубо в лоб задал новый.
Ну да, было такое. Отправляли наших смертников сюда, были громкие случаи. Чтобы другим неповадно было. Практиковали наши органы правопорядка такие методы «воспитания сознательности гражданского населения» при полном попустительстве со стороны чиновников. Но одна мысль, что он принял меня за смертницу, вызвала волну раздражения.
– А что не похожа?! – не удержалась от грубости.
– За что тебя осудили? – новый вопрос, поднявший изнутри приступ желчи.
– Это не ваше дело! – четко по слогам отчеканила я, с вызовом смотря в его глаза.
Желваки на его лице заходили ходуном. В голосе прорезалась холодная сталь.
– Ты права, абсолютно не мое. Что же, тогда я пожалуй оставлю ВАС, и продолжу свой дальнейший путь в гордом одиночестве. – он развернулся ко мне спиной, имея четкие намерения покинуть стены пещеры. И я поняла, что если сейчас его не остановить, то он действительно улетит, и даже не обернется.
Было безумно обидно. Мой чешуйчатый теплый друг, спасающий и вытаскивающий из передряг, греющий ночами и заботящийся, как о своем детеныше, вдруг оставил меня. Хоть убей, этот мужчина, спина которого так решительно отдалялась от меня, не ассоциировался у меня с моим другом. Но факт оставался фактом.
Сморгнув набежавшие слезы, я смотрела, как моя единственная возможность выжить, тает на глазах, с каждым его шагом. И ругала себя, на чем свет стоит.
А чем я отплатила ему за спасение? Не ему? Моему дракону? Ведь спас, и не раз. А я, в ответ на простой вопрос нагрубила. Ведь если задал его, значит ему это действительно нужно. В конце концов, он пошел на уступки, позволив мне задать свой вопрос первой. И ответил на него честно и прямо.
И не важно сейчас, что наше знакомство в его человеческом обличии началось наперекосяк, и не нужно спирать на него, все шишки. Со своей гордостью и ущемленным самолюбием я разберусь позже.
– Стойте! И-извините. Мой отец недавно умер, его мачеха травила, а я ей мешала, понимаете? Он был богат и влиятелен, а после его смерти я оставалась прямой наследницей. А у нее связи… и вот я тут. Я не преступница, и не представляю ни для кого угрозы. Просто так вышло.
Он задержался на мгновение, его напряжение выдали только плечи. И не поворачиваясь, произнес.
– Что ж, я возьму тебя с собой. При условии, что ты будешь выполнять все мои команды. Без промедления! Поняла? Скажу, садись в дерьмо ты сядешь, скажу ползти по пластунски в луже, поползешь. Я больше не намерен вызволять тебя из неприятностей. Если ты в них попадешь, будешь расплачиваться за свои действия сама. Усвоила?
Во мне вскипело негодование, но я смогла его удержать на кончике языка. Сдержано кивнула. Потом сообразила, что он не видит, но ждет ответа.
– Да. – голос прозвучал охрипшим и надломленным.
– Хорошо. – возобновил он свой путь наружу.
– А-а-а-а… Рассказать?
– Ты упустила свою возможность. У меня больше нет желания откровенничать с тобой.
Сказав это, он покинул стены пещеры. Прыжок, и вот уже расправленные крылья дракона озаряются в темноте росчерками молний. Ловят порывы шквалистого ветра, и уносят своего обладателя в далекую даль, пока его силуэт окончательно не теряется среди грозных туч.
А снаружи снова бушует стихия.
Глава 4
Глава 4
Тайны перехода
4.1
Он прилетел под утро, когда бушующая стихия отступила. Низкие чернильные тучи еще стелились над головой, нависая над вершинами скал своим тяжелым боком. Но горизонт был чист, резкие порывы ветра гнали их подальше от робкого розового рассвета.
За всю ночь мне так и не удалось сомкнуть глаз, я ворочалась с бока на бок не в силах унять бегущие непрерывным хороводом мысли. Холод одиночества тоже не способствовал сну. Хотя вряд ли бы я смогла прижаться как раньше к боку дракона. Все изменилось. И почему-то было очень горько от осознания.
В какой-то момент я смирилась со своей бессонницей, и остаток ночи я провела, прислонившись к сырой стене, в созерцании безумства стихии, открывающейся мне в круглом отверстии входа. Мои эмоции сейчас были созвучны ей.
Он был все так же мрачен, как и ночью. Абсолютно не глядя в мою сторону, бросил на пол моток веревки. Я с опаской перевела взгляд от пола на него.
В голове тут же родился миллион предположений. Он что, хочет предложить мне спуститься вниз с ее помощью? Тогда можно сразу прыгать с обрыва.
– Возьмешь, перед выходом. Когда спустимся на землю, заберешься верхом на меня и привяжешься к моей спине. Сегодня мне понадобятся все мои конечности. Вопросы?