Когда сидящие рядом со мной комиссионеры стали дружно кивать, он произнес: – Тогда давайте начнем. Я считаю поступок безродного дракона Грэмзорда особо тяжким, если бы не подоспевшая вовремя поддержка, мы до сих пор пересчитывали бы количество пострадавших, умерших и пропавших без вести и разгребали завалы посреди города. Поэтому я голосую за смертную казнь через развоплощение.
Говоря все это он смотрел четко на правителя Драконьей Империи, в очередной раз проверяя того на прочность, тот в ответ и бровью не повел. Лишь слегка кивнул, принимая слова старейшины.
Мне же словно кулаком под дых заехали. Такого, я услышать, точно не ожидала.
С этого момента началась моя персональная пытка, потому что этот бред я слышала с завидной долей постоянства.
Смерть.
Рудники.
Рудники.
Смерть.
Рудники.
Смерть.
Воздержусь.
Смерть.
Летело отовсюду, я закрыла лицо руками в неверии. Силясь понять. Но смысл происходящего от меня ускользал.
Я читала про этот вид наказания, он действительно применялся в самых крайних случаях, когда Империя отчаявшись перевоспитать отъявленного негодяя в добропорядочного гражданина, принимала единственное оставшееся решение. И таких случаев было по пальцам одной руки пересчитать. За всю их историю! Последний раз подобный приговор был вынесен, кажется, лет двести назад! И теперь Грэм!
Нет, его безусловно нужно наказать, но не так же! Даже я, будучи пострадавшей стороной, понимала всю абсурдность сложившейся ситуации.
Хотя моя душа и требовала возмездия. Хотелось заорать на весь зал «Да что с вами всеми такое, ну ничего же в конечном результате не произошло! Пострадала только одна маленькая я, и моя гордость. Как можно было все так извратить?!!»
Поняв, что наступило гнетущее молчание. Заторможено перевела взгляд на Гаасторда. Голоса разделись поровну, по одиннадцать, с каждой стороны и двое воздержавшихся, получалось что судьба сына сейчас целиком и полностью легла на плечи его отца и его решение будет окончательным.
Я было выдохнула с облегчением «ну не может отец, вынести такой приговор собственному сыну» но тот молчал и смотрел на Грэма долгим, тяжелым взглядом. И я снова напряглась «Да нет же, нет, вы что? Вы не можете! Не можете! Не смейте!» Кричал и бился в бессилии мой внутренний истерик.
Не верила и тогда, когда услышала тяжелый звук голоса и окончательный приговор, крышкой гроба, накрывший все вокруг меня.
Но добило меня, абсолютно безучастное ко всему лицо Грэма.
Глава 2
Глава 2
Приговор и его последствия
2.1
Не верила и тогда, когда услышала тяжелый звук голоса и окончательный приговор, крышкой гроба, накрывший все вокруг меня.
Но добило, абсолютно безучастное ко всему лицо Грэма.
Я закрыла глаза и медленно вздохнула, прогоняя подступившую к горлу истерику.
– Что же, все проголосовали, дело прошу считать зак…
– Я возражаю! – вскочила прямо со своего места, когда поняла, что они, вот это всё, абсолютно серьезно сейчас. Грэма просто убьют, убьют фактически ни за что! И никто за него не вступится.
– Что простите? – драконодед даже слегка опешил от моей дерзости.
– Нельзя… осуждать человека на смерть, только за создание потенциальной угрозы обществу!
Глубоко вдохнула и выдохнула через рот, ныряя в омут с головой: – Нельзя!!! Осуждать человека, за то, что вы между собой что-то не поделили!!!
Неуважение к суду? Возможно! Но что же это за суд такой?! В котором творится такое. Возмущение выплескивается из меня непрерывным потоком. Возникает ощущение, что даже волосы транслируют мое бешенство, становясь дыбом.
– Милое дитя, осторожнее в выражениях, – снисходительно бросил драконодед, презрительно окинув меня брезгливым взглядом. – Если не желаете получить строгое взыскание за свое поведение. Мы прощаем вас… на первый раз.
Они что-о-о-о? Прощают? Меня?
Святые Праотцы, сколько еще, подобные личности будут проверять меня на прочность?!!
Вы здесь все неадекватные. Хотелось крикнуть мне этому отвратительному деду в лицо, но я сдержалась. Пришлось тихо, но четко цедить сквозь зубы.
– Здесь должен был состояться суд за…
Перевела дух и продолжила.
– Я жертва! – ткнула пальцем себе в грудь, затем указала на горе насильника, – Он преступник.
– И должен понести справедливое наказание! За преступление, которое он действительно совершил! Но то, что происходит здесь – обвела взглядом помещение. – Это, это…