– Есть еще что-то, что ты «случайно забыла мне рассказать»? Из-за чего я могу так же сильно отвлечься и потерять управление? – буркнул Эрл, внимательно меня разглядывая. И этот внимательный взгляд мне был хорошо знаком. В зале суда, каждый первый дракон одаривал меня подобным взглядом или хуже.
– Что? Тоже появилось жгучее желание, попользовать меня в своих целях? – вздернула повыше подбородок, стараясь не показывать насколько сильно, меня задевают подобные разглядывания. – Учти, перед тобой километровая очередь!
Все же не смогла не съязвить я.
– Да упаси Великий Предок! – округлил глаза Эрл, и его взгляд приобрел самое обычное выражение, он в шутку поднял руки вверх, тем самым окончательно разряжая обстановку.
– Просто теперь все ясно. У меня одно в голове не укладывалось, почему нужно было привязывать Грэма именно к тебе, ведь вариантов было море. Я сначала подумал, что это такое наказание извращенное, но нашему правителю совсем не свойственно подобное. Обычно он выбирает не столь радикальные методы воспитания. А теперь в очередной раз убедился, что он, шэйтов гений! Он действительно рассчитал абсолютно все. Несмотря на дурной характер, лучшей охраны, чем Грэм тебе с твоим новым статусом и положением просто не найти. Не проверни он все это и тебя бы попытались присвоить прямо в зале суда.
– А они и пытались, – горько усмехнувшись, припомнила пытающихся перекричать друг друга драконов, и их скользкие вожделеющие взгляды. Меня передернуло от отвращения. Брррр.
– Страшно было?
– Неприятно.
– Ладно, полетели уже, мне еще перед «батькой» отчитываться потом.
2.4
2.4
Когда мы подлетали к моему дому, сзади послышалось неясное шевеление. Я медленно обернулась, почти наверняка зная, что я там увижу, но все равно оказалась не готова к испепеляющему меня, бешеному взгляду Грэма, которым он сверлил меня словно лазером. Атмосфера в кэбе в тот же миг раскалилась до максимального предела. Великие Праотцы как же страшно то. А я так надеялась, что он придет в себя через сутки-двое, и я за это время смогу пообвыкнуться с мыслью, что мне снова, как и раньше, придется вынужденно делить с ним одну жилплощадь. Я сглотнула моментально ставшую вязкой слюну, поджилки дрожали, прям как в старые добрые времена. Да-а-а-а. Определенно будет тяжело!
Вопреки всем моим стараниям, и немым мольбам в глазах, Эрл не стал оставаться у меня на чай, как он делал по обыкновению, быстро проводил меня до квартиры и скомкано попрощался, аргументируя свое бегство неотложными делами. И был таков. А еще друг называтся!
Пока мы беседовали с Эрлом, хмурый Грэм затерялся где-то позади. Зайдя в квартиру, я не стала закрывать двери на замок, но и оставлять их открытыми нараспашку не собиралась. Плотно прикрыв их за собой, я резонно рассудила, что такому как он, особое приглашение не требуется. Надо? Сам зайдет! Но ни после ухода Эрла, ни после моих хаотичных метаний по квартире, он так и не объявился.
Не стала проверять его, в конце концов, он взрослый мальчик, сам знает, что к чему. Может быть, вся та штука про батарейку, не что иное, как самое обычное преувеличение. После ужина я окончательно успокоилась, и легла спать, день выдался нервным и крайне насыщенным. Поэтому не успела я коснуться головой подушки, как уснула.
А среди ночи проснулась в холодном поту, подскочила, и еле успев накинуть халат на длинную пижаму, побежала проверять источник внутреннего беспокойства, ругая себя, на чем свет стоит. Что-то с непреодолимой силой толкало меня к входным дверям.
Он сидел, подпирая спиной стену возле моей квартиры, одна нога согнута в колене, он обхватил руками «в замке», вторая свободно вытянута и касается противоположной стены узкого коридора, создавая шлагбаум для нечаянных прохожих, лицо отвернуто от меня. Когда на мой довольно громкий окрик не последовало никакой реакции, я подумала, что он спит. Подошла поближе и попробовала еще разок. Тот же эффект, только голову еще сильнее отвернул. Точно не спит.
Ну и ладно, подумаешь гордец какой, как будто мне это надо. Уже развернулась уходить, но что-то в последний момент дернуло. Я села перед ним на корточки и стала, потихонечку трясти, зовя его по имени. Вместо того чтобы встать, он стал заваливаться набок.