Фигурное катание – это вся моя жизнь. А отношения с ним забудутся. Это все было несерьёзно. Подумаешь, первая влюблённость и первый сексуальный опыт… Такое случается со всеми и чаще всего – не на всю жизнь. Я это все забуду…
– Я всегда это знал. Ты никогда не поставишь нас на первое место, – произносит Максим ледяным тоном.
– А разве есть это мы? – спрашиваю я, а у самой все внутри дрожит. Зачем сама себя мучаю? Черт, сейчас зареву! Не смогу сдержаться.
– Если бы ты хотела, могло бы быть, – отрезает он и выходит из комнаты.
Я закрываю дверь и начинаю реветь. Кажется, это конец.
Вытерев слёзы спустя время, кладу оставшуюся одежду в чемодан. Ничего. Как мне было больно в Питере после того, что я узнала! Но я же это пережила. И даже выиграла соревнования.
Вот и сейчас переживу. И тоже выиграю чемпионат. А Максиму просто вернулся бумеранг за то, что он тогда сделал… Я его бросаю в этот раз.
Спускаюсь вниз, объясняю все маме. Она, конечно, расстроена, но реагирует не так, как Максим. Просто обнимает меня и просит приезжать в гости.
Приезжаю в квартиру Киры Викторовны уже поздно вечером. Она провожает меня в свою гостевую комнату.
Хоть у неё и двухкомнатная квартира, но всё же здесь очень уютно.
Я сажусь на подоконник, выглядываю в окно – открывается вид на пустынный парк – и снова чуть не реву.
Почему жизнь такая несправедливая штука? Разве я не могу быть счастлива и в любви, и в спорте? Почему у Киры Викторовны такие жесткие условия? Есть спортсмены, которые встречаются друг с другом, поддерживают… У нас такого в коллективе нет. Я точно знаю, что ни у кого из девчонок нет времени на отношения. Первый раз в жизни я задумываюсь: может, не просто так от нашего тренера уходят девочки в другой центр?
Или Кира Викторовна права? Чтобы получить золотую медаль на чемпионате, надо что-то поставить на кон?
Глава 47
Катя
Завтра я первый раз поеду за границу. В Италию, город Милан.
Честно говоря, мне не терпится… Я все время думаю о предстоящих соревнованиях, и мои тревоги о Максиме и наших «неправильных отношениях» отступают на второй план.
С Кирой Викторовной оказалось жить не так уж и плохо, я все время нахожусь в тонусе. На тренировках и у неё дома некогда расслабиться. Живу по четкому режиму. Тренировка, перекус, тренировка, небольшой отдых, тренировка, перекус, отбой…
Сегодня впервые за долгое время привычный режим немного рушится.
Вечер, темно, я жду маму у ледового дворца с замиранием сердца. Я знаю, что она расстроена, ведь я не появляюсь в «ее доме». А мне не хочется видеть ее расстроенной. И в то же время я должна с ней увидеться перед поездкой в Европу!
Мама подходит с двумя большими пакетами, я подлетаю к ней, обнимаю.
Мама начинает сразу с претензии:
– Катя, почему ты вчера не приехала? Мы же договаривались!
– Прости, я собирала чемодан.
Мама вздыхает и передаёт мне пакеты:
– Это полезный перекус, тебе можно. Я смотрю, ты похудела… Да?
Пожимаю плечами:
– Может, всего на килограмм.
– Куда тебе ещё? Голова не кружится?
– Нет, все отлично, наоборот, чувствую больше сил.
Мама грустно улыбается, обнимает меня.
– Как там дома дела? – тихо спрашиваю я.
– А Милана тебе разве не рассказывает? – удивляется мама.
Я стараюсь не закатить глаза и пожимаю плечами:
– Мы не разговаривали. Тем более, она расстроена. Ее не взяли в итоге на чемпионат, – говорю я, надеясь, что мама не слышит злорадства в моем голосе.
– Ах, да. Точно.
– Так что там у вас дома? – снова спрашиваю я и понимаю, что мне больше всего хочется услышать о Максиме.
– Ну, какие у нас новости? Скоро мы с твоим папой поедем в отпуск, – мама улыбается, затем машет рукой: – Не переживай, всю прямую трансляцию с чемпионата, конечно, мы будем смотреть в прямом эфире.
С губ срывается:
– А Максим?
Внутри даже все дрожит, я произнесла его имя вслух. Мама удивляется:
– Я тебе разве не говорила?
– О чем?
– Он съехал сразу после твоего отъезда. Теперь снимает квартиру, чем-то собирается заниматься, вроде какой-то мастерской… Еще в путешествие собрался.
– О. – Я вздыхаю.
Если честно, в сердце сильно колет. Он не рассказывал мне о своих планах. И грустно, что наши пути так резко разошлись… А мы ведь могли бы до сих пор поддерживать общение. Я злюсь на него. Он такой категоричный, ему либо все, либо ничего… Была бы я ему дорога, он бы мне написал! Пожелал бы удачи. А от него ни слова…
Я целую маму на прощание, она крепко меня обнимает и говорит тихо:
– Катя, даже если ты ничего не займёшь, знай, что ты лучшая!