Я вела «фольксваген» словно на автопилоте. Во второй половине дня машин на улицах прибавилось, но я этого почти не замечала. Я пребывала в затянувшейся депрессии и тонула в пучине жалости к себе, которая грозила поглотить меня целиком. Только одно обстоятельство вернуло меня к действительности: неожиданно для себя я обнаружила, что въезжаю на задний двор своего дома, то есть туда, где мне меньше всего хотелось бы оказаться.
Затормозив, я посидела за рулем, глядя на дверь черного хода, ведущую прямо в мою спальню. В конце концов, кого это волнует? С какой стати для меня вдруг стало так необыкновенно важно не появляться в собственном доме? Да, Джимми убили здесь, его труп лежал в моей гостиной на бабушкином ковре, и что из этого? Не могу же я убегать из дому вечно. Если разобраться, не этим ли я занималась всю жизнь — убегала? Если бы я в свое время обратилась в суд и попыталась бороться за Шейлу, возможно, судья принудил бы ее остаться со мной.
— Мэгги, ты говоришь глупости! — сказала я себе. В тишине холодного осеннего дня голос прозвучал непривычно громко. — Шейла ведет себя так же, как большинство подростков ведут себя по отношению к своим матерям. Она пытается сделать свою жизнь твоей ошибкой. Хватит ныть, возьми себя в руки и берись за дело.
Я вынула ключ из замка зажигания, вышла из машины и захлопнула за собой дверцу. Мне все равно придется преодолеть страх перед смертью Джимми, так почему бы не сейчас? Ансамбль сегодня вечером не выступает, не будет даже репетиции, момент самый подходящий.
— Ты просто трусиха, боишься собственной тени. Если вести себя так, словно весь мир только и думает о том, как бы тебя куснуть, то так и будешь все время плясать под чужую дудку.
Продолжая разговаривать сама с собой вслух, я поднялась по лестнице, ведущей к двери черного хода, и не мешкая вставила ключ в замочную скважину.
— Сейчас мы зайдем и наведем тут порядок, а потом снова поселимся в этом доме. — Я сама не знала, кого имела в виду, говоря «мы», но было как-то спокойнее делать вид, будто я не одна.
Я вошла внутрь, включила свет и заставила себя пройти в глубину дома. В гостиной я взглянула на пол, туда, где на бабушкином ковре расплылось пятно крови Джимми. Пятно было по-прежнему на месте. Не знаю, почему меня это немного удивило, вероятно, потому, что в глубине души я все еще отказывалась поверить в случившееся и надеялась, что все это окажется кошмарным сном. Я сдвинула мебель к стене и скатала ковер в длинный рулон. Рулон получился тонкий, но протащить его через дом оказалось труднее, чем я себе представляла. Тяжелый старый ковер, казалось, сопротивлялся моим попыткам от него избавиться. Но в конце концов мне удалось вытащить его через дверь черного хода, спустить по лестнице и оттащить к мусорному баку. Там я его и оставила. Не знаю, сумею ли я оттащить его к дороге, когда приедет мусорщик, но на душе стало легче уже от того, что я убрала его из своего дома.
— Ну вот, — громко сказала я, стоя в пустом дворе. — Пусть лежит.
Вернувшись в дом, я прошла на кухню, налила в ведро горячей воды и добавила «Пайн-сол», моющее средство с запахом сосны. Мама всегда говорила, что вымыть пол с «Пайн-солом» и хорошенько проветрить дом — лучший способ изгнать из дома все неприятности.
После часовой уборки я заглянула в спальню и увидела, что на автоответчике мигает красная лампочка. Хороший предлог сделать перерыв. Я нажала кнопку и подождала, пока перемотается лента. Автоответчик у меня был старый, доставшийся от Вернелла. Моему бывшему мужу нравилось, чтобы «народ», как он выражался, всегда мог до него добраться. Я-то лично думаю, что если ты кому-то очень нужен, он вполне может и перезвонить еще разок. Тем не менее я сама стала включать автоответчик — на случай если вдруг понадоблюсь Шейле. Просто на всякий случай.
Несколько человек повесили трубку, не оставив сообщений, потом я услышала знакомый хриплый голос, немного неразборчивый, как у человека в подпитии.
— Мэгги, это все равно что стрелять уток в бочке, — проскрипел Джерри Сайзмур. — Я тут собрал для тебя кое-какую информацию. Буду дома, пока ты со мной не свяжешься, так что бери купальник и двигай ко мне. — Джерри стал подробно объяснять, как мне найти его дом в юго-западной части округа Гилфорд, кажется, не обойдя вниманием ни одну самую маленькую развилку или проселочную дорогу. Помолчав, он усмехнулся: — Если ты думаешь, Мэгги, что я собираюсь рассказать тебе все это по телефону, то ты ошибаешься. А если ты собираешься «забыть» купальник, имей в виду, я усажу тебя в ванну голышом. Информация, которую я раздобыл о твоем наследстве, того стоит.