Но остаться закрытым изнутри, не поддаться соблазну, не распахнуться навстречу – когда облаками весенними вдруг закружат над головой помыслы: собственного ли величия, плотской ли страсти, когда то или иное искушение, насылаемое бесами или выплывшее из памяти, вдруг настойчиво застучит в дверь стоика, – куда тяжелее.
В Печерском патерике есть рассказ о подвижнике XI века Исаакии – купце в миру, сменившем беспечное и сытое существование на иноческое жительство в затворе. Одеваясь во власяницу, покрытую козлиной кожей, принимая в пищу исключительно просфору (да и ту через день) и умеренное количество воды, засыпая сидя и на короткое время, затем лишь, чтобы худо-бедно восстановить силы, молясь усердно, слезно и подолгу – по истечении семи лет дождался-таки этот Божий человек искушения, которое свело на нет весь его длительный иноческий подвиг. Было ему видение, и в этом видении бесы, приняв облик и стать ангелов, призвали его поклониться шествующему следом за ними «Христу». И поверил этому видению, и поклонился, так как в сердце, возможно, уже теплилось сознание своей избранности и своих заслуг перед Богом. Полностью обессиленный от последовавшего многочасового измывательства бесовского, подвижник целых три года – усилиями и молитвами игумена, преподобного Феодосия, и монастырской братии – приходил в себя, возвращался к прежнему своему состоянию и образу жизни, сполна уплачивая цену за свое столь живучее, несмотря на аскезу, живущее в сердце возношение.
Читая жития святых, то и дело сталкиваешься с описанием тех или иных браней, которые вели Божии люди с бесовскими силами. Причем силы эти не только являлись им воочию, но даже могли причинить – и причиняли – телесные муки. Особенно часто это происходило в эпоху перво-христианства, когда устраивались гонения на христиан, когда борьба со злом велась на очень глубоком и обостренном уровне и темная сила осознавалась воинами Христовыми постоянно.
Со временем, по уверению святых отцов, силы тьмы стали скрывать себя и замалчивать. Да и действия их стали тоньше и неуловимее и свелись, практически, к нашептыванию худых помыслов в сердце человека, подстреканию его к хульным и блудным мыслям, злословию и гневу, зависти и унынию.
Так, например, разжигая вражду и ненависть между людьми, они все представляют в свете естественно возникшей антипатии ввиду худости противника; втискивая смысл жизни в рамки погони за роскошью и комфортом – гладят по шерстке человеческое себялюбие не вызывающим подозрения, точно идущим изнутри самого человека: «А чем я хуже других?» и «Сколько той жизни!»; призывая к разнообразию в плотских контактах – насыщают глаза, уши, подкорку любвеобильного подопытного кролика обилием порно– и эротопродукции.Знай, что хотящему и начинающему Бога искать, сатана, враг наш, всяким образом старается препятствовать: то помысл злой, то уныние и леность наносит, то неудобством устрашает, то к прелести суетного мира склоняет, то чрез злых людей беспокоит и прочие беды наводит, чтобы хотение доброе пресечь и спасительные пути отвесть. Всего сего беречься с Божией помощью должно. (Святой Тихон Задонский).
Кто к мирским и суетным вещам прилепляется сердцем, в том нет любви Божией. Бог и мир суть две вещи противные, и потому одна любовь выгоняет любовь другую. Божия и мирская любовь в едином сердце поместиться не могут, так точно, как огонь с водой. (Святой Тихон Задонский).
Аз есмь Господь Бог Твой, да не будут тебе бози инии разве Мене… (Исх. 20:2–3).
Не сотвори себе кумира и всякага подобия, елика на небеси горе, и елика на земли низу, и елика в водах под землею; да не поклонишися им, ни послужиши им… (Исх. 20:4).
Великомученик Феодор Стратилат, назначенный за ум, отвагу и мужество военачальником в городе Гераклея, проповедовал веру христианскую среди своих подчиненных и горожан. Гонитель христиан Ликиний, правивший в то время восточной частью Римской империи, решил, убедившись в крепости веры Феодора, погубить последнего. С этой целью он прибыл в Гераклею, сопровождаемый тысячами воинов, с кучей всевозможных идолов, намереваясь принудить христианина к совместному поклонению и совершению жертвоприношения.
Святой Феодор уговорил императора отложить жертвоприношение на несколько дней, дабы он смог сперва почтить золотые и серебряные статуэтки в собственном доме. Разбив идолов, святой Феодор раздал останки былых величеств своим бедным согражданам.
Мученика распяли на кресте, но посланный самим Господом ангел принес истерзанной плоти чудесное воскресение. Воины, явившиеся выбросить труп в море, увидели Феодора живым и невредимым, обладающим великим даром исцеления.