Я резко бросаюсь на нее, валю на кровать, смотрю на вновь расширяющиеся зрачки и сам себя чувствую наркоманом. Процессы, что сейчас идут в моем теле ломают все границы. Целую, игнорируя все сигналы своего тела. Отстраняюсь и срываю с себя шорты с трусами, а с нее полотенце. Остаемся совершенно голыми.
- Сейчас я докажу тебе что ты моя – хриплю на выдохе.
Ложусь на нее, подгребая под себя, целую глубоко, страстно, на максимуме физических сил и эмоций. Лижу и покусываю губы как безумный. Глажу руками бархатное тело, сжимаю сосочки, ягодицы, трогаю ее волосы, плечи. Не могу остановиться. Не хватает дыхания. Она моя, вот здесь, со мной. Моя. Не отдам.
Она тихо стонет, выгибается, тяжело дышит.
Я целую одну грудь, а вторую терзаю рукой, чувствую, как подо мной дергается ее тело, прикусываю и всасываю, рукой не уменьшаю давления. Стоны выпускает уже в полную силу.
- Макси-и-им, о-ох, да-а.
Меня словно молнией прошивает, боже как она сладко выкрикивает мое имя, как меня это заводит.
- Да, кричи мое имя, да! – выдаю одурело - Я хочу, чтоб ты его кричала. Кричи. Кричи для меня.
Возвращаюсь к шее, ощущаю, как головка члена упирается ей в лоно. Чувствую ее твердые и влажные от моей слюны соски в районе своей груди. Держусь уже из последних сил.
- Нравится? – хриплю, стараюсь больше себя отвлечь, чем получить от нее внятный ответ - Мне тоже! Да, девочка моя. Ты моя! Слышишь?
Я весь горю. Волны тока пробивают на максимуме, понимаю, что ощущаю ее членом там, почти в киске. Башню сносит ураганом. Притираюсь, размазываю влагу, по ее сладкой пещерке. Она впивается ногтями мне в плечи и стонет. Боже как она стонет. Тянет на себя и целует меня. Сама! Она сама меня сейчас целует! Значит хочет также этого, не меньше моего.
Понимаю, что в этот раз снова по-другому, с ней каждый раз по-разному, но одинаково круто. Пьянит меня нехило. Кружит стены. Сознание уносится и возвращается невероятным усилием. Мне сейчас нельзя терять самообладание! Я же первый!
- Чья ты? – рычу, хочу, чтоб уяснила, что именно моя.
Молчит
- Скажи, что ты моя! – шепчу, целую вишневые от поцелуев пухлые губы.
- Зачем, если не любишь? Зачем тебе я?
- Маша! – хриплю – Маша! Ты нужна мне, пойми. Как воздух, как доза. Я подсел на тебя капитально.
Начинаю целовать, снова страстно, снова крышесносно, она отвечает. Но мы уже не целуемся, мы словно бьемся в общем безумии. Будто пытаемся напитаться друг другом, как путник водой в пустыне. Все вертится и куда-то несется. Мир рушится вокруг нас, а мы центр этого апокалипсиса. И где все мои ограничения и запреты?! Где они, когда она нужна мне как лекарство, как аппарат жизнеобеспечения коматознику!
Опускаю руку и касаюсь ее клитора, складочек. Мокрая. Боже, какая мокрая. Впиваюсь в шею, контролируя себя, чтоб не оставить засосов на нежной коже. Только бы она не остановила. Не знаю смогу ли тормознуть.
Толкаюсь внутрь, понимаю, что вот он рай, почему я с другими этого не замечал. Она напрягается и попискивает.
- Ты моя, ты только моя, больше ни чья – смотрю ей с мольбой в глаза. – скажи это. Скажи.
- Твоя – шепчет – я твоя, Максим.
От ее слов пелена перед глазами. Моя! Моя! Моя!
Толчок. Резкий, сильный до конца, до основания. Моя. Вот теперь точно моя.
Содрогается, хватает ртом воздух. Заполошно дышит от боли, а вот я почти не дышу. Стараюсь не сорваться и не кончить еще на старте, считал ведь себя примером выдержки. Блядь, я внутри нее, внутри! Замираю, жду пока успокоится. Прижимаюсь к ее лицу.
- Моя, моя, моя – шепчу – только моя, маленькая. Моя.
Все мои желания заставляют меня продолжить начатое. Стараюсь сделать это вдумчиво, не быстро. Насколько это возможно в моем состоянии. Ей же наверняка все еще больно. Она мычит. Жмурится. Бровки домиком ставит. Блядь, какая она узкая, тугая. Пытаюсь аккуратно, медленно. Пытаюсь. Ох как это непросто. Со всей осторожностью и нежностью двигаюсь в ней.
- Прости за боль, так надо… - шепчу как безумный - Как же в тебе хорошо, хорошо… я в тебе, в тебе, моя девочка… моя…
Хочу все контролировать, но тело не слушается. Скорость моих толчков растет, причем в арифметической прогрессии. Чувствую, что она мокрая, хоть выжимай. Не могу сдержать рычания. Она тоже стонет. Короткими ногтями спину царапает. Ногами обвить пытается. Как же с ней кайфово.
- Прости, что делаю больно. Прости. – снова шепчу я извинения ускоряясь.
Меняю угол наклона, и она уже начинает кричать уже от удовольствия. Неожиданно.