Мне два раза повторять не надо, я ужом ныряю в чужой номер. Он оказывается точно такой же, как наш, только зеркально противоположным.
Маша копошиться в одной из комнат в чемодане.
- Привет, - целую в шею и обнимаю
Глава 20
Мария
- Привет – резко прилетает мне в шею поцелуй и объятья сзади.
- Привет – шепчу я и резко развернувшись начинаю зацеловывать его всего. Куда только могу достать. Обнимаю со всей дури.
Он откровенно шокирован. Даже не отвечает. Стоит смотрит сверху на меня, своими красивыми глазищами моргает и глупо улыбается. По голове своей огромной ладонью гладит, а у меня уже комната кружит, от того, что я только вдохнула его запах. Разрядами по всему телу током бьет. Стоит рядом, такой здоровенный, в одних еще влажных плавках, а я поверить не могу в его присутствие, хоть и видела уже в бассейне.
Как же я по нему скучала, сколько плакала, а оказалось, что нет у меня силы воли, чтобы отказаться от Потемкина.
Когда позвонил Леша Юсупов и сказал, что у меня бинго и я с Аленой и Аделиной Цветковой лечу в Доминикану естественно я его послала. Он не должен знать, что как только я начинаю думать о Максиме, мое сердце сразу же пускается какую-то нездоровую кардиограмму выписывать. Но после пятого его звонка сдалась и прислала паспорт для оформления. Леша, чтоб я не сомневалась в правильности своего решения прислал видео, где Максим в умат пьяный лежит на лежаке и еле ворочая языком ругает себя и параллельно отвечает на вопросы, среди которых был один самый важный: «Любишь Машу?» «Да» «Не слышу» «Да!» «Давно?» «Как в первый раз увидел…» «Да мой же ты золотой...» Видео обрывается.
Мы в тот день с Лешей долго разговаривали, и он посоветовал «не светиться», похвалил, что бросила Максима, что на показ все сделала, и за то, что сделала это сразу после первого бабкиного предупреждения тоже похвалил, ведь все теперь знают, что мы не вместе. Рассказал про его придурошную бабушку вкратце, объяснил, что в их кругах такое поведение - это нормально, ибо много охотниц за деньгами, а внук один единственный, да и дофига чего он тогда объяснил.
Хороший он парень всё-таки, повезет кому-то.
И я после этого просто летала от счастья. Ну любит же, любит! Все двенадцать часов просидела как на иголках пока девчонки дрыхли под непрекращающийся детский ор, думала о нем. Плавилась только от мыслей. Что там у меня по мозгам? Нет их. К прилету окончательно спалила. Переживала, что скажу, когда увижу.
Перед родителями не так переживала, когда перед фактом ставила, что улетаю на десять дней и видела их ошарашенные лица. Мама только спросила: «Деньги на поездку оттуда же, откуда и телефон?» Я лишь утвердительно кивнула. Потом услышала, как мама у отца спросила: «Как думаешь, она эскортом не занимается?», а отец уверено протянул: «да ну, посмотри на нее, какой тут может быть эскорт».
Офигеть конечно!
А сейчас Потемкин, вот тут, рядышком стоит. Абсолютно мой, ощущается и пахнет так же прекрасно, как весь мой мир, жаль только месячные начались.
Твою ж мать! Месячные!
- Блин, Максим, подожди! – я начинаю вырываться.
- Маленькая, я сейчас умру – шепчет мне на ухо страстно.
- Да Максим же! Я не могу! У меня критические дни!
- Блядь. Ну я в принципе уже был в твоей крови – тянет задумчиво.
- Фу! Нет! Макс! Ну по крайней мере не сейчас!
Возвращаюсь к поискам тампонов игнорируя расстроенный взгляд Потемкина.
- Маша, я живу все эти дни как конченый дрочер…
- Ты хотя бы живешь… - бегу в душ чтобы переодеться и воспользоваться находкой.
Успеваю только полностью раздеться. Он влетает за мной.
Хватает меня и впивается в меня губами. Стонет прямо мне в рот. Меняет напор на более нежный и отстраняется, демонстрируя огромный кол в плавках. Сиплое дыхание у обоих на пределе. Захожу в душевую кабину, он не отстает, шагает следом. Присасываемся друг к другу с ответным рвением. Сталкиваемся языками. Бьемся ими, сплетаемся сливая друг другу накопленную тоску, везде его вкус чувствую, а мне все мало. Он переходит на шею, кусает ее, всасывает, лижет, оставляя следы удовольствия. Притягиваю назад и одурело захватываю его язык, он лишь рычит от удовольствия, ловит зубами мою губу и принимается буквально трахать мой рот.
Одну руку мне между ног сует, а другой грудь сминает, после большим пальцем по соску, круги выводит.
- Так и знал… Мокрая.
- Фу, Макс, не надо… там… руками… фу, нет… не входи… – шепчу одурело, когда он начинает пальцами планомерно приближать меня точке взрыва.