– Да вот, Денис натравил собак на детей, – хмыкнул Толик. – Еще и палкой их пугает.
– Денис?!
– Это неправда! – Орал я, пытаясь перекрикнуть собачий лай. – Это они натравили. А я пытаюсь помочь.
– Да что же это такое! Питбоевы!
– Это не мы! Мы вообще просто гуляем.
Все смешалось в криках, рычании и лае. Воспитатель тоже безуспешно пыталась отогнать собак, но ничего не выходило. Только кто-то из вышедших из столовой старших ребят присвистнул на хвостатых, подзывая к себе и приманивая едой.
Наконец, все стихло. Я стоял с палкой, отдуваясь, дети рыдали от страха, а братья состроили самый невозмутимый вид, продолжая грызть семечки.
– Я все расскажу отцу! Ваших собак пристрелят! – Заикался один из «домашних».
Толик закатил глаза и сложил руки на груди, демонстрируя всем своим видом, что угрозы малого ему до лампочки.
– К директору школы! Все трое! Сейчас же! – рявкнула на нас Лопата. – А вы, дети, идите, пока собак увели подальше. Эй, Барановский, проводи их!
– Любовь Анатольевна, да это не мы! – заголосил Гришка.
– Быстро к директору, я сказала!
***
Галина Александровна, по прозвищу Гидра, сидела за своим письменным столом и что-то высматривала в глубинах монитора, будто ястреб наблюдала за цыплятами. Ее взгляд всегда был жесткий и смелый и мог добраться до глубин души. Наверное, это очень нужный навык, чтобы справиться с батальоном брошенных родителями и обозленных на жизнь оборванцев. В таком заведении, как у нас, работают исключительно закаленные люди, которые не позволяют себе расстраиваться, изучая наши личные дела. Ведь в них столько боли, что можно умереть от передоза несправедливости этого мира.
Воспиталка семьи Питбоевых затолкнула нас в кабинет. Гидра сняла очки с носа и уставилась на нас.
– Что стряслось? – Она перевела взгляд на Лопату.
– Эти трое науськали собак, и те набросились на проходящих мимо детей.
– Это Денис! – взбрыкнул Толик.
– Врет он все! – Вскипел я. – Говорю вам, я лично слышал, как они договаривались напугать тех школьников. Я же, наоборот, хотел защитить.
– Не верьте ему! Вы даже не представляете, какой Денис лицемер! – подхватил Гришка. – У него был план – украсть телефон. Вы ведь знаете, что он обожает копаться в гаджетах. Наверное, хочет стать программистом. Вот ему и требуется новая дорогая техника, а подрабатывать в поселок он не ходит.
– Докажи, что у меня был такой план! – Злость захлестнула меня, и я схватился за ворот его куртки.
– А ты докажи, что это мы натравили на них собак, – Гришка в моих руках язвительно улыбнулся. – Может быть, это все-таки ты? Вон ты какой агрессивный. Наверное, давно спортом не занимался? Почему, кстати, на баскет не ходишь?
– Пошел ты! – прошипел я и отпустил его.
– Так, – вмешалась Гидра. – У меня эти ваши разборки уже вот здесь… Заранее знаю, что виноватых не найти, поэтому наказаны будут все! Но перед тем, как вы уйдете чистить душевые в корпусах, я вам прочитаю лекцию о поведении.
– Не-е-ет! Галина Александровна! – Питбоевы побросали модные шапки на стол директора. – Какие душевые! Вы шутите?! Мы вообще шли на каток!
– Конечно, не шучу. Вы обязаны понести наказание. Что вы такое придумали?! – Заорала директор. – Отдать ни в чем не виноватых детей на растерзание собакам, у которых недавно родились щенки!
– Ни в чем не виноватых? Разве это справедливо, что они окружены вниманием и любовью дома? Что их ждут каждый вечер родители? Что их всегда защищают? – Заорал в ответ Гришка.
– Жаль, что собаки порвали им только куртки, – хмыкнул Толик.
– Значит, это все-таки не Денис, а вы двое? – Подняла бровь Гидра.
– Да. Ну и что? Какая теперь разница? Наказание вы все равно нам уже выписали.
– Еще и на Дениса свалили вину.
– Минусы? – Снова хмыкнул Толик.
– Ни о чем не жалею, – поддакнул Гришка.