Кровь из разбитой губы текла по подбородку и капала. Я вытерла рот тыльной стороной ладони и посмотрела на Лену, которая тоже задыхалась и пыталась привести в порядок растрепанные волосы.
– Причина драки? – поинтересовался Дьяконов, лениво перебирая магнитные четки.
11 глава
Катя
– Пошел ты к черту, Дьяконов! – огрызнулась Ленка, поправляя свитер. – Я не собираюсь перед тобой отчитываться.
– Полегче, рыжая, – слишком спокойно ответил Дьяк. Он подошел ко мне, и мне показалось, что в его глазах мелькнула тревога, когда его взгляд скользнул по кровоподтекам на моих губах. Снял с себя олимпийку и накинул мне на плечи, прикрыв разодранную Ленкой школьную рубашку, из дыр виднелось нижнее белье.
– А ты? – тихо спросил меня Дьяк, ухватившись пальцами за подбородок и приподняв лицо, чтобы рассмотреть раны и заглянуть в мои глаза. – Расскажешь?
– Нет.
– Ленка влюбилась в Кирпичникова. – Хохотнула девушка в толпе. – Вот и ревнует. Бедная Питбоева, получила ни за что.
Рядом кто-то присвистнул.
– Чайковская точно от воспиталки получит за то, что Катьке одежду порвала.
– И от ее братьев тоже!
– Заткнитесь там! – рявкнула Ленка.
За моей спиной послышались шаги и шелест ветвей акации.
Лена метнула испуганный взгляд в ту сторону.
– Денис… Я…
– Я люблю Катю. – Он встал между нами, посмотрел на Чайковскую жестко и холодно. – И пусть все знают об этом! А ты в первую очередь, Лена. Мы с Катей встречаемся. И мне плевать кто и что об этом думает. Если ее кто-то хоть пальцем тронет – пожалеет. Мне все равно кто это будет.
– Да делайте что хотите! – зло фыркнула Ленка, развернулась и пошла к жилому корпусу. – Два ботаника!
Толпа загалдела, зашумела. Девчонки из семьи Ленки побежали за ней, чтобы успокоить. Остальным Дьяк приказал расходиться.
– Идем отсюда, – Дэн подошел ко мне, обнял за плечи и куда-то повел.
Мы прошли по яблоневой аллее, мимо библиотеки, мимо складов, пересекли огороды, где скоро будет высажена капуста, и вышли на большой пустой стадион, на который тихо опускались сумерки. Здесь по выходным проходили соревнования по футболу, но сейчас было тихо: простенькие трибуны темнели, сетка ворот трепетала от налетающего ветра. Мы дошли до самой дальней лавочки близ беговой дорожки. Денис сел на холодную скамейку и притянул меня к себе ближе, усадил на колени, чтобы я не замерзла. Некоторое время мой взгляд блуждал по нависающим ветвям деревьев, что росли по периметру всего стадиона, потом остановился на глазах Дениса. Все это время он изучал мое лицо.
– Дай посмотрю, – и прикоснулся к подбородку кончиками пальцев, повернул голову в бок, чтобы лучше рассмотреть ушибы и синяки. – Это из-за меня, да?
Я кивнула.
– Черт… Я идиот. Нужно было сказать всем раньше, что мы вместе. Тогда можно было бы избежать этих неприятностей. Мне так жаль!
Он уткнулся носом мне плечо и крепко обнял меня. Я обвила его шею руками и тихо вздохнула.
– Я не собираюсь больше делать вид, что между нами ничего нет, – заявил Дэн.
– Лена считает, что она подходит тебе больше, чем я. Хочет поступать с тобой в один университет.
– Вряд ли она потянет программирование, – хмыкнул Денис, поднял голову с моего плеча. – В любом случае, она мне безразлична.
Дэн коснулся моей щеки, большим пальцем провел по линии подбородка. Я задержала дыхание.
– Болит? – Шепнул он, и его взгляд остановился на моих губах.
– Немного. Ничего страшного. Боль от того, что ты не нужен родителям, саднит сильнее синяков и царапин после любой драки.
– Маленькая моя…
Денис порывисто обнял меня и прижал к себе, коснулся своей щекой моей, зарылся носом в мои волосы. Погладил по спине и вздохнул. Так мы просидели в молчании несколько минут, а потом он слегка отпрянул и коснулся кончиком носа моего. Я прикрыла глаза, чувствуя тепло его губ недалеко от своих, его спокойное дыхание, хотя он даже не коснулся их. И все-таки в какой-то момент Дэн повернул голову, поцеловал меня сначала в щеку, в уголок рта, а потом наши губы встретились. Трепетный, нежный поцелуй. С легким привкусом металла. Денис почти сразу отстранился, не хотел причинять мне боль: моя губа чудовищно распухла из-за раны. Но мне самой стало мало маленького чмока. Тогда я наклонилась к нему и поцеловала его: глубоко и чувственно, запустив руки в кудрявые волосы. В этом поцелуе было все – и злость, и страх, и ревность, и облегчение. Все, что кипело в моей душе после драки. Денис прижал меня к себе еще крепче. Наши рты жадно ласкали друг друга, а руки смело исследовали те места, до которых раньше мы не дотрагивались. Дэн положил руку на мою грудь, прикрытую нижним бельем: рубашка была разорвана и легко позволяла ему дотронуться до голой кожи. Мурашки побежали по всему телу. Меня взбудоражило теплое, несмелое прикосновение его дрожащих пальцев. Он тяжело задышал, слегка сжав грудь, и по его жгучему поцелую мне показалось, что он захотел большего. Денис отодвинул чашечку бюстгалтера, и его пальцы коснулись чувствительной точки. Я шумно выдохнула. Его губы опустились с моих губ на шею и ключицу. Он оставлял влажные поцелуи на моей коже, продолжая рукой исследовать грудь. Я подумала, что он делал это впервые. Наверное, все его критическое мышление в этот момент отключилось, знания, которыми он ежедневно блистал, куда-то испарились.