Он измученно вздохнул, прикрыл обратно мою грудь остатками рубашки, отпрянул и коснулся своим лбом моего. Его зрачки стали огромными, а дыхание неровным.
– Нам надо остановиться. – Шепнул он.
– Да, – кивнула я. – Думаю, нам лучше вернуться обратно. Скоро ужин.
Я встала с его колен и окинула взглядом пустой стадион.
– Неужели уже пора возвращаться? – Дэн опустил лицо в ладони и потер его, чтобы вернуть себе самообладание.
– К сожалению. Но… еще пара месяцев, и мы уедем отсюда. – Я протянула ему руку, и Денис нехотя поднялся со скамейки.
Мне тоже безумно хотелось остаться в его объятиях, в них было так тепло и уютно. Как дома. От набежавшего ветра я вздрогнула и поежилась: разорванная рубашка с легкостью пропускала ветер под одежду, и я закуталась плотнее в олимпийку Дьяка. Денис сразу обратил внимание на это.
– Подожди-ка. – Он стянул через голову свой огромный серый свитер.
– Что ты делаешь?
– Надевай, – коротко сказал он, протягивая свою одежду.
– Тебе же холодно будет.
– Я в футболке. Мы, парни, практически не мерзнем. Олимпийку Дьяконову я сам отдам.
Улыбка сама собой расплылась на моем лице. Вот же собственник! Не хочет, чтобы я ходила в одежде другого парня.
– Ладно.
Я скинула ветровку, и Денис скользнул зачарованным взглядом по моей груди, которая виднелась через дыры в школьной рубашке, сжал губы и уставился на траву. Олимпийка полетела на лавку, ее сменил мягкий серый свитер, пахнущий стиральным порошком и Денисом. Край почти прикрывал колени, не видно было даже моей юбки. Рукава тоже были длинны.
– Люблю свободную одежду, – хмыкнул Дэн, глядя, как я закатываю их до локтя. Он подошел ближе и поправил ворот, коснувшись кончиками пальцев моей шеи. Хотел отойти, но на секунду замешкался. Наклонился и быстро чмокнул в щеку, чтобы не беспокоить разбитую губу. – Так-то лучше.
– Спасибо, – тихо шепнула я.
Мы медленно побрели к жилым корпусам, взявшись за руки: по тропинке между огородами, мимо огромного дерева черемухи, мимо складов, библиотеки, по нашему небольшому школьному стадиону.
– Не боишься разговоров? – Денис взглянул на наши соединенные руки.
– После сегодняшней драки о нас уже все знают.
– Теперь воспиталки будут пристально следить за тобой. Возможно, даже к врачу потащат, чтобы проверить – прилично ли ты себя ведешь.
– Мне нечего скрывать, – я пожала плечами. – Пусть тащат.
В столовой дежурные уже накрывали к ужину: был слышен звон посуды и обрывки разговоров, когда мы проходили мимо. В окнах горел теплый свет, собаки дремали на крылечке. Когда мы почти дошли до площадки между жилыми корпусами, не договариваясь, немного замедлили шаг, чтобы остаться вместе чуть дольше.
– Не забудешь отдать олимпийку Дьяконову?
– Нет. Сразу зайду к нему.