Прадос. Окружены со всех сторон, герр Гауптман.
Гауптман. Это мне известно. Решение?
Прадос. Через восточную окраину попробуем прорваться к горам Сиерра Гвадаррама.
Гауптман. Толедо, значит, сдать республиканцам? Прадос. Иного выхода не вижу, герр Гауптман. Гауптман. А крепость Алькасар, герр генерал? Прадос. Для современной артиллерии это горшок, герр Гауптман.
Гауптман. У вас есть глина для того, чтобы горшок тот укрепить, герр генерал…
Прадос. Я не совсем вас понимаю, герр Гауптман. Гауптман. В руках у вас есть много детей и жен республиканцев. И можно взять еще…
Бой приближается. Долетают победные крики: «Вива ля республика! Ура!» Пули залетают па командный пункт. Беседа продолжается в быстром темпе.
Решенье, герр генерал?
Прадос. В Алькасар! Полковник!
Входят офицеры штаба генерала Прадос.
Женщин и детей побольше в крепость… Побольше женщин и детей…
Полковник. Слушаюсь, ваше превосходительство! (Уходит.)
Прадос (идет к выходу). В Алькасар! (Уходит.)
За сценой крики: «В Алькасар! В Алькасар!» Крики покрываются шумом моторов в небе.
Обер-лейтенант. «Юнкерсы» идут бомбить восточную окраину, герр Гауптман.
Тотчас же возникает характерный шум полета истребителей.
Капитан. Три истребителя республиканских…
Слышны звуки воздушного боя. Шум вошедшего в штопор бомбардировщика.
Обер-лейтенант. Падает… Ну и пусть падает!..
Взрыв.
Гауптман. Бедная машина!
Шум второго сбитого бомбардировщика.
Капитан (с досадой). Уходят!
Взрыв. Шум уходящих бомбардировщиков. Вспышка наземного боя.
Крики: «Вива ля республика! Ура! Вива Педро Коррильо!» Вбегает полковник.
Полковник. Герр Гауптман, вам здесь опасно дольше оставаться!
Гауптман, раздраженно поправив фуражку, уходит. За ним остальные.
Некоторое время сцена пуста. За сценой истерические крики женщин и плач детей.
Голоса:
— Куда, куда нас гоните?
— Мама, мамочка!
— Боже мой!
— Беги, беги, мой мальчик!
Выстрел. Стоп: «А-а».
— Изверги!..
— Я не пойду, я не пойду!..
Подталкивая штыком, юнкер гонит на сцену женщину с грудным ребенком на руках.
Юнкер. Иди, я говорю тебе — иди!
Женщина (идет). Боже, боже мой!.. (И вдруг останавливается.)
Юнкер. Опять остановилась, стерва? Иди!
Женщина (не обращая внимания па крик). Родная моя крошка, жизнь моя… Пусть твой отец простит меня… И ты прости…
Юнкер (кричит). Иди! Не то я пристрелю тебя тут как собаку. Иди!
Женщина. Прости мне малодушие мое!.. (Повернулась к юнкеру.) Стреляй! Стреляй, бандит!
Юнкер вскидывает винтовку.
(Не выдерживает, отворачивается и, припае лицом к стене, истерически кричит.) Стреляй! Стреляй же, сволочь! Стреляй!
За сценой топот пробегающих людей. Крики: «Ура! Вива ля республика!»
(Истерически.) Стреляй! Стреляй!
Юнкер убегает.
Стреляй! Стреляй же, негодяй!
На сцену врываются Педро, Перрико, Регино, Марианна и несколько солдат республиканской армии. Перрико и солдаты пробегают через сцену на другую сторону.
(В том же положении.) Стреляй!
Регино спешит к женщине.
Педро (смотрит в сторону Алькасара). Взгляни-ка, Марианна, возможно, ошибаюсь я…
Марианна (смотрит в сторону Алькасара). Там у ворот толпа и паника… и много женщин и детей… Да, женщины и дети…